Чтение онлайн

– Продолжайте, – спокойно произнес Эббот, увлеченный рассуждениями собеседника. – В чем заключается ваш вопрос?

– Кто он? Кто, черт возьми, этот Кейн?

Некоторое время стояла тишина, в течение которой глаза каждого из присутствующих блуждали по физиономиям соседей, стараясь поймать их взгляд. Периодически раздавалось сухое покашливание, но никто даже не шелохнулся. Похоже на то, что решение принималось без обсуждения, – уклониться от ответа было невозможно, потому что поток вопросов, задаваемых конгрессменом Ефремом Уолтерсом, никто не смог бы остановить при помощи пустого многословия о специфике тайных операций. Торговля закончилась!

Дэвид Эббот положил трубку на стол, и легкий стук, произведенный этим движением, явился как бы увертюрой к последующему обсуждению событий.

– Для ограниченного круга лиц упоминание человека, вроде Кейна, объясняет очень многое, гораздо больше, чем для постороннего.

– Это не ответ, – возмутился Уолтерс. – Но я полагаю, что это могло бы стать его началом.

– Это именно ответ. Этот человек – профессиональный убийца, то есть квалифицированный эксперт в области способов убийств, который продает свои услуги тем, кто в состоянии их оплатить. Его не интересуют ни политические, ни личностные, ни другие мотивы. Ничего, кроме денег.

Конгрессмен кивнул.

– И поэтому, плотно завинтив крышку на этом деле, вы стараетесь избежать утечки информации.

– Совершенно верно. Всегда существует достаточное количество маньяков в окружающем нас мире, которые имеют или реальных, или воображаемых врагов и которые, естественно, будут стараться добраться до Кейна, если узнают о его существовании. К сожалению, на его счету тридцать восемь убийств достоверных и около пятнадцати недоказанных.

– Это и есть список его «подвигов»?

– Да, и мы проигрываем сражение. С каждым новым убийством его репутация поднимается.

– Некоторое время он бездействовал, – заметил Ноултон из ЦРУ. – Совсем недавно, несколько месяцев назад, мы думали, что он сам угодил в переплет. Иногда возникают ситуации, когда убийца превращается в мишень. Мы решили, что это как раз подобный случай.

– Какой именно? – уточнил Уолтерс.

– В Мадриде был убит банкир, получавший взятки от европейских корпораций, занимающихся спекуляцией в Африке. Его застрелили из проезжающего автомобиля на Пасо дель Кастельяно. Но телохранителю удалось прикончить и водителя, и убийцу. Некоторое время мы полагали, что этим убийцей был Кейн.

– Я помню этот случай. А кто мог за это заплатить?

– Самые разные компании, – сообщил Джиллет, – те, кто хотел выгодно торговать с временными диктаторами.

– Кто еще?

– Шейх Мустафа Калич из Омана, – добавил Маннинг.

– Говорят, что он был убит во время переворота.

– Не совсем так, – продолжил офицер. – Попытки переворота не было, это подтвердили и два агента из Джи-2. Калич был недостаточно популярен, но другие шейхи не так уж глупы. Сказка о перевороте стала прикрытием для убийства, которое могло бы соблазнить и других профессиональных убийц. Для поддержки этой версии расстреляли несколько незначительных офицеров. Некоторое время мы думали, что один из них мог быть Кейном, чем и объясняли его бездействие.

– Кто мог заплатить Кейну за убийство Калича?

– Мы задаем себе этот вопрос снова и снова, – произнес Маннинг. – Единственный возможный ответ на него пришел из источника, который мы не в состоянии проверить. Сообщалось, что Кейн сделал это лишь для того, чтобы доказать, что он способен на подобное. Нефтяные шейхи путешествуют с чрезвычайно мощной охраной.

– Имеется несколько десятков других случаев, – добавил Ноултон. – Жертвами были влиятельные, хорошо охраняемые личности, а источники информации опять указывали на Кейна.

– Понятно, – конгрессмен, сидевший за столом, поднялся. – Но как я могу заключить из всего услышанного, вы не знаете, кто на самом деле был этим киллером.

– Нигде не было двух похожих описаний убийцы, – откликнулся Эббот. – Вероятно, Кейн является виртуозом перевоплощений.

– Однако люди встречались с ним и даже разговаривали. Ваши источники, информаторы, наконец, этот человек в Цюрихе. Никто из них не выступит открыто с разоблачениями, но ведь вы же допрашивали их, и у вас должен находиться хоть какой-то материал.

– У нас много разных материалов, но что касается описания его внешности, то тут мы постоянно наталкивались на трудности: он всегда встречался с ними ночью, в темных аллеях или в затемненных комнатах. Если он и встречался когда-либо более чем с одним человеком, то мы такого случая не знаем. Все опрошенные сообщили, что при встречах он обычно сидел – или в темном дымном ресторане, или в стоящем в укромном местечке автомобиле. Иногда он носил большие очки, иногда – нет. На одной из встреч у него были темные волосы, на другой – светлые или рыжие. Иногда он надевал шляпу.

– А язык?

– Здесь мы имеем значительно больше информации и ясности, – проговорил представитель ЦРУ, стараясь продемонстрировать достижения своего ведомства перед сидящими за столом. – Он бегло говорит по-английски, по-французски и, кроме того, знает несколько восточных диалектов.

– Диалектов? Каких диалектов? Разве не должен быть сначала определен язык?

– Да, конечно. Корень у них вьетнамский.

– Вьетнамский? – Уолтерс подался вперед.

– Да, по крайней мере, мы знаем, откуда он мог появиться, – сказал Джиллет, быстро и странно взглянув на Эббота.

– Откуда?

– Из Юго-Восточной Азии, – ответил Маннинг, и в его голосе ощущалось напряжение. – Насколько мы можем сделать вывод, он владеет местными диалектами настолько, что может свободно объясняться не только в приграничных районах Камбоджи и в Лаосе, но даже и в Северном Вьетнаме. Мы сравнили даты, они подходят.

– Подходят к чему?

– К операции «Медуза». – Полковник отодвинул от себя бумаги и придвинул большой пакет. Открыв его, он достал оттуда папку и положил ее перед собой. – Здесь досье Кейна, – сообщил он, кивнув на открытый пакет. – Тут собраны материалы по «Медузе», в аспектах, касающихся Кейна.