Чтение онлайн

— По крайней мере, позвольте предложить вам хотя бы чая. Этот мед с моей собственной пасеки. Там, позади, за садом.

— А где ты медитируешь? — спрашивает Тима, наблюдая, как он разливает чай.

— А… ну да. Предполагается, что я должен медитировать, но я имею склонность выходить из себя… — Биби улыбается. — Так что в основном мой сад — то место, где я могу безопасно швыряться камнями. — Он вздыхает.

— Он не шутит, — говорит Фортис, отвинчивая крышку с флажки и наливая в свой чай немного жидкости янтарного цвета. В духе мерков.

Биби кивает:

— Я все еще воспитываю в себе терпение, необходимое для следования по Срединному Пути.

Мы смеемся, а потом я вдруг замечаю, что Фортис наблюдает за нами с гораздо большим интересом, чем обычно. Смотрит на нас и наши пустые тарелки. Поэтому я заставляю себя взять в руку тонкие серебристые палочки для еды.

— Умираю от голода. Я уже почти забыла, как вообще едят, — неубедительно произношу я.

Ну же, давайте! — думаю я, глядя на Лукаса и Тиму.

Они же заметят. Он заметит.

Тима едва заметно кивает, Лукас тоже. И вскоре мы уже смешиваем зеленое, красное и желтое с рисом на наших тарелках — без разбору фрукты и овощи, лежащие перед нами и между нами, как будто собираемся съесть все, что на столе.

Фортис откидывается назад, опираясь на шелковую подушку. Он бросает на стол свою салфетку, но так и не сводит с меня глаз.

Я это знаю, потому что и сама не отвожу от него взгляда.

На следующий день жаркое солнце висит низко, а нас везут по улицам в маленькой громыхающей тележке, которую Биби называет «тук-тук». Мы впятером едва умещаемся на сиденьях за спиной древнего возчика, который хлопает вожжами по спине еще более древнего животного.

— Kwai, — сообщает нам Биби. — Водяной буйвол. Глуп, как Фортис. — Он ухмыляется.

Фортиса мы с собой не взяли, потому что, как говорит Биби, он лишь расстраивает людей.

— В этом я с тобой спорить не стану, — соглашаюсь я.

Биби старательно показывает нам все вокруг, как будто мы здесь только для осмотра достопримечательностей. Но нечто среди всего этого, безусловно, не может остаться незамеченным. Великий проект, стройка Юго-Восточных Колоний, как и все стройки Лордов, ведется на побережье. Мы не знаем, почему или какое отношение к этому имеет вода, но это именно так. Стройки ведутся только вдоль побережий. По крайней мере, те, которые мы видели.

Поскольку Юго-Восточные Колонии созданы на насыпных землях — из песка и наносов и камней, извлеченных со дна моря, — и нагромождены над водой, чтобы сотворить остров там, где прежде жили только водоросли, — длинная, узкая полоса суши соединяет новую стройку со старым городом, который называется, представьте себе, Старым городом. Старым Бангкоком.

Биби улыбается:

— Крунг-Тхеп. Город Ангелов. На языке колонистов.

— Точно как Хоул. Старый Лос-Анджелес. Еще один Город Ангелов, — говорю я.

Тима внимательно рассматривает улицу со своей стороны тук-тука:

— Не знаю, почему так много городов считают принадлежащими ангелам. И нет городов, которые назывались бы Городами Лордов… хотя все они принадлежат им.

Биби смеется, но я думаю, что Тима права. Чем дольше Лорды с нами, тем труднее вспоминать о временах, когда существа, приходящие с неба, были созданы из любви, а не из войны. Когда они были чудом, а не кошмаром. Я гадаю, есть ли в Крунг-Тхепе кто-нибудь, кто помнит о такой разнице.

Мы не спеша продвигаемся по дороге, и пространство и небо, нависшее над нами, огромны и прозрачны, но вот окруженные колючей проволокой площади Юго-Восточного проекта, пожалуй, еще более обширны. Неровные, шероховатые стены поднимаются так высоко, что заслоняют свет, и в их тени температура падает почти с такой же скоростью, с какой она поднимается на солнце. Как будто стройка несет с собой собственный климат.

А я бы не удивилась, думаю я, учитывая, что нам совершенно ничего не известно о происходящем там.

Над впечатляющими плоскостями проволоки и металла я вижу ярко-желтый флаг, плещущийся на ветру на самой высокой башне рядом с входными воротами.

— Что означает желтый флаг? — смотрю я на Биби.

Тот хмурится:

— Код безопасности для отсевков внутри. Желтый означает, что им не грозит немедленная смерть от пламени и пепла. Красный предупреждает о смерти, и это не случайное совпадение. Алая кровь…

— То есть ничего хорошего… — Вид у Тимы встревоженный.

Биби пожимает плечами:

— Однако полагаю, это лучше, чем уже быть мертвым.

— Но надолго ли это? И насколько лучше?

Лукас не скрывает сарказма, и в это мгновение я осознаю, что, оказавшись так близко к стройке, мы все напряжены до предела.

— Кто знает? — Биби вздыхает. Качает головой. — Лучше поблагодарить Бога Будду за то, что мы здесь, а не там.

Пока он говорит, тук-тук останавливается у первой улицы за обнесенным стеной гетто стройки. Поскольку город вплотную примыкает к этой ограде, мы остаемся слишком близко к закрытой территории и потому напряжение нас не оставляет.

По-другому и быть не может, думаю я.

— Приехали. — Биби понижает голос. — Держитесь позади меня. Не смотрите никому в глаза. Не разговаривайте. Понятно?

Я понимаю. Биби в такой же мере шпион, как и монах.

Потом он говорит громче, словно нас кто-то слушает:

— Это торговый район. Вперед! Мы остановились, чтобы пообедать. — Он похлопывает себя по животу. — Час Биби! Мы должны накормить зверя.

Монах выбирается из тук-тука и, оказавшись на заполненной толпой улице, жестом предлагает последовать за ним.