Чтение онлайн

— Кто просил?

— Ох, вы же не знаете… дракон. — Добродушно усмехнулся он. — Меня зовут Итар.

— Ты живёшь в долине? — недоверчиво спросил Людвиг.

— Да.

— Давно?

— Да лет двадцать уже будет.

— А как же дракон?

— А что дракон? Гарр-он никого не обижает, да и налог у него куда как поменьше, чем в Империи. А защиты больше — не один иноземец не сунется. Спокойно тут.

— Ничего не понимаю. — Обречённо признался принц. — Он же дракон!

— Ну так и что, что дракон? Люди и похуже встречаются. — Философски заметил Итар. — В Империи вообще не жизнь.

— А моего брата ты не видел?

— Прости. — Развёл руками он. — Гарр-он сам расскажет, когда пожелает.

— Но он жив? Прошу, только это скажи!

— Эх, не стоило бы мне этот разговор начинать… Жив. — Тихо ответил он.

— Благодарю…

— Что мы всё стоим? — спохватился Итар. — Там вам и банька готова и стол жена наверняка уже собрала.

Мы спускались в долину, вертя головами и останавливаясь чуть ни на каждом шагу. Драконья долина? В Империи я никогда не видела столь мирного места. Аккуратные домики стояли на берегу речки, не отгороженные никаким забором. Рядом с ними были огороды, среди которых часто пестрели цветы, дальше раскинулись поля. За деревней — сад. Собаки, куры, коровы… всё как везде. Только жители не спешат хвататься за колья при виде посторонних с оружием, идущих к их деревне. Улыбаются, переговариваются со смехом, разглядывая нас. Моим по-прежнему слишком коротким волосам досталось повышенное внимание,… пока под слоем грязи и крови любопытные не разглядели эльфа. Тарриэль вполголоса высказал своё мнение по поводу деревенских обитательниц, поголовно пускающих слюни. Людвиг укоризненно покачал головой. Я начала тихо радоваться, что после лабиринта мы похожи на троллей, иначе до дома Итара добралась бы одна я. Ну, может, ещё вор, на которого никто не смотрел. Он к этому и не стремился, привычно скрываясь за спинами других.

— Вот и мой дом. — Остановился Итар. — Добро пожаловать.

Двухэтажный дом утопал в цветах — вдоль дорожки, ведущей к высокому крыльцу с витыми деревянными колоннами, бушевало ароматное разноцветье. По стене ползла жимолость, беседку оплетал клематис с крупными ярко-синими цветками. Над всем этим вились нервные, похожие на всё те же ожившие цветы, бабочки.

— Баня на заднем дворе. — Улыбнулся хозяин, довольный произведённым на нас впечатлением. — Чистую одежду я вам принесу.

— Баня? — растерянно произнёс Людвиг. — Мы попали в сказку?

— Если тебе больше нравится реальность, можешь остаться здесь. — Предложил вор.

— И отказаться от возможности всыпать тебе веником? Ну уж нет.

— Отстань противный. — Отмахнулся Фет, вприпрыжку уносясь на задний двор.

— Иф, а ты? — вспомнил о моём присутствии рыцарь.

— После вас помоюсь. — Решила я не смущать друзей.

— Хочешь, иди первая.

— Тогда тебе придётся выгонять оттуда Фета.

— И выгоню.

— Не надо. Я пока погуляю, осмотрюсь.

— Будь осторожна.

— Ага… иди, тебя ждут уже.

Вор и впрямь недовольно вопил что-то. Кажется, эльф не позволил ему запереть дверь до прихода Людвига, чем жутко обидел.

Я усмехнулась

— Не мучай убогого.

Людвиг улыбнулся в ответ и ушёл наконец… в баню.

— А что ж ты не моешься? — выглянул Итар.

— Жду своей очереди.

— Тогда кисельку налить?

— Давайте. — Широко улыбнулась я.

— Иди в дом, тут прохладнее.

— Да я лучше тут, на крылечке посижу.

— Ну дело твоё. Держи. — Мне выдали внушительную кружку с холодным киселём. — А я пока одежду твоим друзьям отнесу.

— Свою? — я не сдержала ехидный смешок.

— Нет. Гарр-он передал два дня назад. Велел гостей ждать.

— Понятно. — От этой новости мне как-то поплохело. Если он знал, почему позволил придти?

Я дождалась, пока гостеприимный хозяин ни вернулся из бани, и спросила

— А как вы здесь оказались?

Итар присел рядом, задумчиво погладил бороду

— Да как многие. По молодости решил рискнуть, к дракону в логово слазить. Сокровищ хотелось, а пуще того славы. Добрался до его пещеры, залез в сокровищницу. Тут меня Гарр-он и сцапал. Я то решил — всё, смерть моя пришла, ну и говорю: «Жри, гад, быстрее». А он в ответ: «Вот ещё, всякую дрянь в рот тянуть». Ну и поговорили. Он предложил тут остаться, в долине. Я побродил, подумал, хотел уж обратно возвращаться, смотрю — девка навстречу идёт. Коса с мою руку, глазищи голубые, сама статная, а улыбка… ну и остался. На Лоне своей женился, дом построил. Вот уже второй десяток вместе отмерили.

— По Империи не скучал?

— А что по ней скучать? Родные у меня уже давно померли — мор всех скосил. В Империи у меня только долги остались, а жизнь — здесь. Так вот получилось. Дракон не император, налог, конечно, требует, но деньги ему ни к чему. Овцами платим. Получается по одной в два месяца с каждого дома. Шесть в год. В Империи платили столько, что можно было тридцать овец купить. Вот и сравнивай. Ему тоже хорошо — еду искать не приходится, да и риска нет.

— Эй, балагур, совсем гостью заболтал. Идите блины есть. — Раздался из дома смеющийся женский голос.

Я улыбнулась, вдыхая упоительный запах цветов… и не менее упоительный — блинов. Желудок радостно шевельнулся, предвкушая подзабытую радость обжорства. Я быстро обломала его

— Спасибо, я друзей подожду.

— Не бойся, им тоже хватит. — Усмехнулся Итар.

— Конечно, хватит. — Поддержала его жена, выглянувшая на крыльцо. Она полностью соответствовала краткому описанию, данному Итаром. Только фигура, в юности бывшая стройной и гибкой, поплыла, и походка стала тяжелее. А так… Светлые волосы тёплого золотистого оттенка, уложенные косой вокруг головы, ясные внимательные глаза, открытое лицо… Она была красива и, похоже, счастлива. — Спасибо, Гарр-он заранее предупредил. Я всё сделать успела.

Опять Гарр-он. Похоже, дракона здесь действительно любят. Я вспомнила об отношении к Императору у меня на родине (его физиономия украшала все деревенские пугала и большинство заборов, сопровождаемая соответствующими надписями, отнюдь не блиставшими патриотизмом и уважением к священной персоне правителя), и покачала головой. Представить подобное здесь было невозможно.

— Ну так что? Решилась?

— Решилась.

Итар ушёл, мимоходом поцеловав жену.

Ммм… вкус блинов вернул меня к детским воспоминаниям. С ним были связаны практически все праздники. И предпраздничная суета, веселившая меня куда больше. Потом, правда, по мере взросления подготовка к праздникам стала скорее ещё одним видом работы, а не радостью. А ещё через пару лет я поняла, что матери моих друзей не просто так присматриваются к тому, что и как я делаю. И работу мою хвалят с немного отстранёнными лицами, словно прикидывая, какие навыки пригодятся, а какие нет. Постепенно меня начало мутить от одного их вида и слабое желание вести себя «как подобает девушке» окончательно капитулировало перед перспективой остаться свободной. Я куда чаще выбирала поход с отцом в лес, чем время, проведённое за вышиванием или вязанием. К чему это привело? Да меня просто сосватали, не позаботившись о том, чтобы хотя бы предупредить.

— Вкусно?

Я наконец очнулась, согнала с лица тоскливую гримасу и выдавила виноватую улыбку

— Да, очень.

Лона понимающе улыбнулась

— О доме вспоминаешь?

— Да. Как вы догадались?

— У тебя лицо открытое. Всё видно. — Рассмеялась женщина. — Только глаза грустные. Тебя что-то тревожит? Или — Она заговорщицки подмигнула — кто-то?

— Может быть. — Я позволила себе поддаться игривому непривычно беззаботному настроению.

— Тогда почему ты грустишь? Любовь — это огромная радость и огромная честь. Не всякий её встретит.