Чтение онлайн

Дар продолжал скулить, обливаясь слезами.

— Отвечай! — гаркнул Баян, наступая сильнее.

— Нет! — выдавил Дар. — Нет! Нет! Не лучше!

— Тогда скажи «спасибо», — облизнулась Забава и подвинула зайца ближе к лицу Дара. — За вкусный ужин. Скажи! Скажи! Скажи!

Корни зашевелились, сжимая Дара с новой силой, вдавливая его в землю и обещая переломать кости.

— Ну же! — заорала Забава, хватая Дара за волосы. — Говори!

— С-спасибо, — захлёбываясь слезами, выдавил наконец Дар, хотя едва ли мог говорить.

— За вкусный ужин, — подсказал Баян.

— За в-вкусный ужин.

— Из моего друга.

— Из моего д-друга.

— Ну и придурок, — захохотал Баян и убрал ногу с лица Дара. — Пойдём отсюда, когда он сдаётся, становится совсем неинтересно.

Они со Славной направились в сторону леса, корни отпустили Дара и исчезли в земле, но он так и остался неподвижно лежать. Забава задержалась.

— Надеюсь, не забыл, Кощеюшка? Хоть слово скажешь матери, — прошептала она, глядя на Дара своими огромными белыми глазами не моргая. — Мы тебя убьём. Как этого зайца. Или его похуже.

Дар только и сумел, что кивнуть.

Игла, потрясённая до глубины души, с трудом сумела оторвать взгляд от его покрытого грязью и кровью лица, когда рядом зажёгся новый кристалл. Она не хотела смотреть, сидела на полу, шорами сложив ладони у лица и смотреть на собственные ноги. Сердце предчувствовало слёзы. Она не хотела смотреть. А кристалл смиренно ждал, пока она обратит на него внимание. Игла втянула носом воздух и медленно выдохнула, стараясь успокоиться. Мысли метались в голове, всё, что она увидела, что что знала до этого, всё... Игла положила ладонь на каменный пол.

— Ты не пропустишь меня дальше, пока я не посмотрю? — спросила она.

Гул прошёлся по её телу — таковы правила. Место не хотело ей показывать всё, что она увидела, но место не может поступить иначе. Так велела Славна — она тут хозяйка. Игла судорожно вздохнула и подняла взгляд.

Это снова был Дар. Гораздо старше прежнего, но ещё с мягкими, юношескими чертами лица. На вид — не больше восемнадцати. Он стоял на горбатом мосту через неглубокую, но быструю реку, опирался на деревянные поручни и нервно мял в руках жёлтую веточку льнянки, глядя в тёмную воду. За его спиной разгорался маковым цветом закат.

Услышав что-то, Дар обернулся:

— Ласка?

— Серьёно, ты думал, что она взаправду явится на встречу с тобой? — У схода с моста стояла Славна, сложив руки на груди. Дар поморщился, и развернулся было, чтобы уйти, но с другой стороны моста его ждали Баян и Забава.

— Это было очень глупо с твоей стороны, Кощеюшка, — покачала головой Забава. — Ласка сбежала, как только мы рассказали ей, кто ты такой. Ты правда думал, что сможешь спрятать её от нас?

— Просила передать, что не хочет тебя знать, — кивнул Баян.

— Что вы с ней сделали? — Дар побледнел, судорожно сжимая в кулаке льнянку. А Славно надменно рассмеялась.

— Мы... — начала было она, но Забава её перебила.

— Мы придумали для тебя новую игру! — Она радостно хлопнула в ладоши. — На самом деле, всё придумала я! Но это неважно! Главно, что игра очень-очень интересная! Мы та-а-ак долго готовились!

Дар побледнел, стиснул зубы и взмахнул рукой, в которой вспыхнуло пламя, готовый обороняться, но Славна за его спиной оказалась быстрее. Деревянный мост ожил, зацвёл алыми бутонами, оплёл тело Дара когтистой лозой. Дар успел превратить в пепел несколько стеблей, но Забава и Баян не дремали. Баян в два шага подлетел к Дару и со всей силы ударил под дых. Тот перегнулся пополам, задохнувшись от боли. А Забава уже мощным потоком воздуха подкинула его над землёй, лишая опоры и помогая стеблям Славны окончательно обездвижить Дара. Острые шипы впились в шею и запястья, рвали одежду, но Дар не сдавался, пытаясь высвободиться. Скованные руки не позволяли делать пасы, для того, чтобы сотворить огненные чары, но кончиками пальцев он почти дотянулся до ножа на поясе. Славна щёлкнула пальцами, и стебли потянули Дара в разные стороны, растянули руки и ноги, лишая даже шанса на освобождение.

— Это тебе не понадобится, братец, — цокнул языком Баян, забирая клинок у него из ножен. Баян сильно изменился за годы, оброс густой русой бородой, набрал веса и стал походить на медведя.

— А нам — очень даже! — Забава взяла нож в руки и придирчиво осмотрела. — Ого! Выглядит дорого! А ты знаешь толк в безделушках, Кощеюшка.

— Встречает нас так, будто не скучал, — хмыкнула Славна, останавливаясь напротив Дара и с отвращением глядя ему в лицо. Она тоже стала выше, взрослее и шире в плечах. Тяжёлая коса теперь доставала ей до самых пят. — Думал, спрячешься на окраине Чароградского княжества, затеряешься в глуши, так мы тебя не отыщем?

Только Забава почти не изменилась: всё такая же худощавая, длиннорукая и нескладная как подросток.

— Он по-прежнему считает, что особенный, — ухмыльнулся Баян.

— Наша мать всё для этого сделала, — скривилась Славна, и шипы сильнее впились в кожу, но Дар почти не дрогнул и упрямо не проронил ни звука. — Помнишь? Я ведь всё тогда слышала. Сердце, полное любви? За что ты его получил, а? — Её глаза вдруг наполнились слезами обиды, но она их зло смахнула и схватила Дара за подбородок. — Почему ты его получил, а мы нет!

— Это совершенно несправедливо, — закивала Забава, выковыривая остриём ножа грязь из-под ногтей. — И мы решили это исправить. — Она протянула руку, уронила клинок на грудь Дара, плотоядно улыбнулась и проговорила нараспев. — Нет сердца — нет любви. Ни-че-го нет. — Она моргнула и прошептала. — Всё честно.

Лезвие вошло в плоть, и Дар уже не сумел сдержать крика. Забава засмеялась и надавила сильнее. Стебли зашевелились, поползли по телу и нырнули в рану, помогая вскрыть грудную клетку. Дар вопил от боли, но не мог даже пошевелиться. На мост рекой полилась кровь, захрустели, выворачиваясь, рёбра. Чары сестёр сетью опутали его, не давая ни лишиться сознания, ни умереть. Забава восхищённо выдохнула, когда в раскуроченный груди показалось беззащитное, трепещущее от ужаса и боли сердце. Но её восхищение тут же погасло, сменившись разочарованием.

— Странно, — хмыкнула она, облизнув сухие губы, — А выглядит совершенно обычно. Как у всех.

— Да плевать, как оно выглядит, мы не любоваться пришли. — Баян запустил руку в грудь Дара и одним резким движением вырвал сердце.

Дар захлебнулся криком, и глаза его закатились — он почти лишился сознания, — но Славна не позволила. Она достала из рукава алый багрец, размером с кулак, сияющий, от наполняющей его магии и поместила камень в грудь Дара, на место украденного сердца. Багрец запульсировал, кровь снова понеслась по телу, сохраняя Дару жизнь. Он уронил голову на грудь, пустым взглядом глядя себе под ноги. С губ сбегала смешанная с кровью слюна. Забава грубо вернула рёбра на прежнее место, залатала рану чарами и наклонилась, чтобы заглянуть в потухшие глаза Дара.