Чтение онлайн

— Ну, вот… Ну, вот и прекрасно, — говорит Игорь Милице в то время, как он и девушка шагают по бесконечным улицам столицы. — Ей-Богу же, все выходит куда лучше, нежели я ожидал… Браво, Милочка, браво! Чудесный мальчуган из вас вышел. Только, чур, помнить хорошенько: вы — Митя Агарин, паренек, недавно окончивший городское училище, круглый сирота и мой друг и приятель. A теперь забудьте, как можно скорее, ваше прежнее имя, фамилию…

— Только не родину! Ни моего народа, ни моей родины я не забуду никогда!

— Вот чудная, право. Да кто же вам говорит, чтобы вы забыли их? Напротив. Я хлопочу совсем о другом. Боюсь, признаться, как бы вы не ахнули ненароком вашей тайны. Эти несчастные окончания женского рода: «забыла», «ходила», «позвала», — могут погубить все наше дело, голубчик вы мой. Стоит вам только обмолвиться одним ничтожным словом и тогда — пиши пропало, прости наше предприятие: препроводят рабу Божию Милицу на место её постоянного жительства, a раба Божие Игоря запрут под замок, чтобы сам он на войну не бегал, да и других в этом направлении не смущал. Тем более, надо вам сказать, наш капитан ой-ой какой бедовый. За версту чует, где что неладно. Честное слово. Так с ним-то ухо востро надо держать. Сумеете ли, Мила?

— Постараюсь…

— Ну, то-то же. A теперь маршируем вон по тому направлению. Не устанете?

— О, нет.

— Молодчинище! Ей-Богу же, вы молодец. Кто скажет, что вы… что ты… Ведь вы ничего не имеете, если я буду вам говорить «ты», чтобы убить малейшие подозрения? По крайней мере тогда, когда мы будем не одни?

— Ну, конечно же, конечно, Горя.

— Вот мы и пришли.

Потянулись длинные заборы и каменные здания казарм. Около одного из них Игорь остановился. Молодой дневальный маячил y ворот с ружьем в руках.

— Скажи, голубчик, как пройти к капитану третьей роты Любавину? — обратился к нему юноша.

Солдатик весьма обстоятельно пояснил дорогу.

— Ну, коллега, айда вперед! — весело крикнул Корелин, обращаясь к своей спутнице.

Быстро перебирая ногами в высоких походных сапогах, данных ей её новым приятелем, зашагала по двору Милица, стараясь изо всех сил идти в ногу со своим спутником.

Посреди двора, на огромном плацу, стояли, сидели и лежали уже одетые в полную походную амуницию солдаты. Несколько человек офицеров, мало отличающихся по форме одежды от нижних чинов, находились тут же. Ружья, составленные в козла, занимали часть плаца.

— Вот это и есть тот самый батальон, в состав которого входит наша рота, — произнес Игорь вполголоса, направляя свои стопы к небольшого роста офицеру, одетому в солдатскую шинель с фуражкой на голове защитного цвета. На боку y офицера висела сабля; револьвер, вложенный в кобуру, был прикреплен y пояса. Он отдавал какие-то приказания вытянувшемуся перед ним в струнку солдату.

— Честь имей явиться, господин капитан! — вытягиваясь рядом с солдатом и тоже прикладывая руку к козырьку, отрапортовал молодой Корелин.

Сосредоточенное лицо капитана прояснилось сразу; энергичные глаза его ласково блеснули юноше.

— Ага, уже пришли? Хвалю. Прекрасно. Аккуратность на службе — первый залог успеха. A это кто же с вами? Славный мальчуган. Родственник? Пришел проводить юного солдатика на войну? — бросив беглый взгляд в сторону Милицы, спросил капитан Любавин.

Ta, вспыхнув до ушей, опустила глаза.

На одно мгновение опустились и серые правдивые глаза Игоря. Но вот он поднял их снова, и, смело глядя в лицо своему новому начальнику, проговорил, понижая голос:

— Могу я просить вас на две минуты разговора без свидетелей, господин капитан?

Тот удивленно вскинул глазами на юношу.

— Но, кажется, y нас давным-давно улажены все наши дела с вами, Корелин… — начал было офицер.

— На одну минуту, господин капитан, только на одну минуту… — взмолился Игорь.

Что-то было такое в его молящем голосе и взволнованном лице, что капитан, немного подумав, уступил юноше.

— Хотите здесь или пройдем ко мне на квартиру?

— Если разрешите, то к вам, господин капитан…

— Хорошо.

— Разрешите пройти с нами и моему товарищу? Дело, касается, собственно говоря, только его…

Капитан опять быстро взглянул на Милицу и в голове его бегло промелькнула мысль: «Что надо от меня этому ребенку? Какое-такое y него может быть дело ко мне? A славный парнишка, что и говорить! Глаза смелые, смелые, хорошие глаза»…

— Идем все трое… Что будешь делать с вами, коли с боя берете! — засмеялся Любавин и пошел вперед, указывая дорогу своим спутникам.

В его крошечной холостой квартире хозяйничал, делая последние приготовления к отъезду, денщик. Посреди миниатюрной прихожей стоял уже совсем уложенный чемодан, a из походного тюка торчал своим никелированным носом чайник.

— Ну-с, я слушаю вас. В чем дело? — присаживаясь тут же, на подоконник, и жестом руки приказав солдату выйти, произнес, обращаясь к своим гостям, капитан Любавин.

Тогда Игорь выступил вперед.

— Вы были так добры, господин капитан, так великодушны, приняв меня к себе в роту и согласившись взят меня с собой в поход… Довершите же ваше благодеяние, возьмите и его… Тут Игорь мотнул головой в сторону Милицы. — Это мой товарищ детства, мы вместе росли с ним и за него я ручаюсь, как за самого себя. Он сирота круглый, y него нет ни родных, ни родственников. Кончил в этом году городское училище, а на дальнейшее образование нет средств.

— Как кончил училище? — удивился капитан. — Да сколько же тебе лет, мальчуган? — неожиданно обратился он к Милице.