Чтение онлайн

– Хорн хада, – ответил беловолосый, отступил на шаг и распрямился.

Стало ясно, что он высок и необычайно худ и одет просто – в куртку из темной кожи и холщовые штаны. За плечами, судя по лямкам, болтался мешок, а на поясе висел широкий недлинный меч и несколько коробочек из той же бересты. На ногах были высокие сапоги.

Олен перевел взгляд на себя и осознал, что от его одежды остались горелые обрывки.

– Проклятие… – сказал он. – Ладно хоть обувь уцелела…

Думалось почему-то с необычайным трудом, каждый вдох отдавался болью в груди, а движение – колотьем в мышцах. Словно впихивал в себя не воздух, а что-то колючее, ядовитое.

– Лоари тэ миноа, – сказал беловолосый и принялся снимать мешок. – Се хари та омнаси хоба…

– Понять бы, чего ты говоришь, – пробормотал Рендалл, поднимаясь на ноги и убирая меч в ножны.

Рыжий глянул на него с укором, после чего уселся и принялся умываться.

Чужак развязал мешок, вытащил из него просторную рубаху из белого полотна с вышивкой у ворота. За ней на свет появились залатанные, но совершенно чистые штаны.

– Это мне? – спросил Олен.

Беловолосый вряд ли понял слова, но верно угадал интонацию. Он кивнул, сверкнула белозубая улыбка. Настоящим потоком хлынули незнакомые, чудно звучащие слова, и одежда оказалась всунутой Рендаллу в руки. Тот немного помялся и принялся одеваться.

Штаны были длинноваты, он их заправил в сапоги, рубаху подпоясал ремнем, на котором висели ножны с мечом.

– Вот так-то лучше, – сказал Олен, оглядывая себя. – Хотелось бы еще понять, куда я попал.

Насколько помнил, внутрь Дома Ничтожества вошел в последний день холодня, в разгар зимы. А очутился где-то посреди бесплодной, бесснежной степи. Такие в Алионе имелись, севернее Огненных гор или восточнее Терсалима, но и в той и в другой обитали орки. А на орка круглолицый чужак походил мало. Немного напоминал эльфа, человека или какую-то странную их помесь…

Но где же все-таки он оказался?

Есть еще тундра к северу от Великого леса, но там сейчас царят свирепые морозы…

Или Олена забросило далеко на восток, в Вольные степи, где вовсе живет неведомо кто?

Но что тогда случилось с солнцем и небом и почему воздух кажется ядовитым?

Или это последствия того, что случилось в подземельях Дома Ничтожества, где Рендалл соприкоснулся с силой Внешней Тьмы?

– Юрьян, – сказал тем временем беловолосый, заставив Олена отвлечься от суматошных мыслей.

– Что? – спросил тот.

– Юрьян, – повторил чужак и длинной рукой ткнул себя в грудь.

– Ага. Это тебя так зовут? – Уроженец Заячьего Скока дернул себя за мочку уха. – Олен… Олен Рендалл.

– Олен Рендалл, – повторил чужак и рассмеялся, после чего заговорил вновь, отчаянно жестикулируя и указывая, судя по положению солнца, на юг.

– Э… что? – Олен нахмурился, пытаясь понять, что от него хотят. – Мы должны идти туда? Иначе будет плохо?

Догадка, похоже, оказалась верной. Юрьян вытащил из мешка кусок чего-то белого и твердого, оказавшегося высохшим сыром. Сунул Олену в руки, вручил фляжку и пошел на юг, поманив Рендалла за собой.

Тот глянул на оцилана:

– Нам предлагают поесть на ходу. Ну что, Рыжий, пойдем? Вряд ли человек, спасший мне жизнь, захочет завести нас в ловушку…

– Мяу, – согласился кот, оторвал мохнатую задницу от земли и неспешно потрусил за беловолосым.

Они оставили позади выжженное пятно, продрались через заросли кустарника. Олен управился с сыром, вернул ополовиненную флягу хозяину.

Шли быстро, причем Юрьян время от времени оглядывался, и во взгляде его легко читалась тревога. Чего-то боялся беловолосый, погони или еще какой-нибудь опасности, что могла прийти с севера.

Но пока ничего страшного видно не было.

Миновали небольшое круглое озеро, на берегу которого росли огромные красные цветы, похожие на лилии. В воздух поднялась стая уток, и Олен остро пожалел, что у него нет с собой лука. Зашелестела под ногами необычайно высокая, сладко пахнущая трава, закачались, рассыпая семена, пушистые метелки.

Летали бабочки, удивительно большие, с ладонь, черно-оранжевые, на склонах холмов шуршали какие-то зверьки, похожие на крыс. Услышав путников, прятались, но сквозь заросли сверкали любопытные черные глаза, слышалось оживленное тонкое попискивание.

Рыжий поглядывал в их сторону, но отправляться на охоту не торопился.

Двигаться Олену было по-прежнему нелегко, каждый шаг давался с трудом, точно топал не по ровному, а лез в гору. А вот воздух перестал колоть гортань, из груди исчезла тяжесть.

Ближе к вечеру на южном горизонте стала видна гряда холмов, одинаково голых, с крутыми склонами.

– Или мне это только кажется, или они похожи на те, что были на Теносе? – проговорил Рендалл, вспоминая заросший джунглями остров и чудовищные древние храмы, спавшие под землей долгие века. – Неужели и тут побывали уттарны?

– Уттарны? – переспросил Юрьян, замахал руками и обрушил на спутника настоящий поток слов.

Олен вздрогнул, когда уловил несколько знакомых. Вслушался, с облегчением понял, что речь беловолосого по-прежнему представляет собой набор бессмысленных звуков. Решил, что показалось.

С усталости да после соприкосновения с Тьмой и не такое померещится…

Прошли еще несколько миль, а когда солнце наполовину спряталось за горизонт и начало темнеть, Юрьян остановился на берегу небольшого ручья. Постоял, осматриваясь, и принялся снимать с плеч мешок.

– Что, встаем здесь? – поинтересовался Рендалл, ощущая, что ноги от усталости гудят, а глаза закрываются сами.

Беловолосый кивнул и показал вниз по течению, где виднелась роща до странности низкорослых берез и каких-то незнакомых деревьев, маленьких, корявых, с коричневыми морщинистыми стволами.

Намек выглядел более чем понятным – надо собрать хворосту.

Олен вздохнул и отправился к роще. Когда вернулся с охапкой веток, небольшой костерок вовсю дымил, на нем стоял закопченный котелок, а Юрьян деловито копался в мешке.