Чтение онлайн

– Почему же тогда не сидит на троне?

Дух приблизился, словно перетек из одного места в другое и по спине Тегдарда потекла струйка пота, а с лица слетели последние краски.

– Он еще мальчишка.- заговорил дух.
– Молодой и глупый. Он ценит жизнь. Твою жизнь, в первую очередь. Но время исправит это и он поймет, что ему не уйти от своей судьбы. Он купил тебе право оставаться среди живых, кровью и силой своей королевы.

– Тоесть? – спросил Тегдард, сглотнув вязкую слюну.

– Он поклялся найти и привести к нам королеву, а взамен мы оставим тебе жизнь и, как следствие, Смелендерский трон.
– по лицу мужчины скользнула улыбка. – Но он забыл упомянуть твоих родных и близких. Она все уйдут за грань и я лично сопровожу их.

И король сломался. Его мать, жена и, главное, нерожденный ребенок. Он словно воочию увидел серые тени приблизившиеся к грани этого мира.

– Что я должен сделать? – спросил король Смелендера, оперевшись спиной о холодный камень.

– Король и королева должны сидеть на троне. Таков закон. Такова воля богов. И ты не король, Тегдард. Подумай, что тебе дороже. Жена? Дочь? Мать? Или власть, которую ты так и не оценил по достоинству?

Тегдард сглотнул, не в силах собрать разбегающиеся мысли.

– Меня не поймут…

– Выбор за тобой. Нам не нужны оправдания. – оборвал его дух, снова ставший сгустком тьмы.

«Хороший вир и умелая шлюха – лучшее средство от хандры» - говорил когда-то Тигивар.

Ложь.

Ни выпитые литры вира, ни ласковые руки шлюх, не разгоняли хандру наследного принца.

Видит тьма, он собирался уйти в горы. Остаться среди холода и ветров. Но они больше не приняли его. Им чужд был полыхающий в его груди огонь. А Ринемар ничего не мог с ним поделать.

Как же так получилось, что он попался в столь искусно расставленные лордом Редхардом де Наахаром, сети?

Как сталось так, что он, сын гор и долин, гордившийся тем, что никогда не поддавался чувствам, сейчас запивает горькое разочарование и ноющую боль в груди в компании продажных женщин? А ведь он всегда знал, что королевский двор не то место где может прорасти хоть что-то настоящее, искреннее, чистое. При дворе нет места ни любви, ни доверию. Интриги, заговоры, шепотки в нишах. Это да. Но точно не любовь.

Тем болезненней было осознание своей глупости.

Дочь первого советника вернарского короля. Темный принц многое о нем слышал. Самые невероятные слухи, сплетни. Мелкопоместный барон, что взлетел к самому трону. Говорили, что именно в его руках власть в Вернарии. Что он тщеславен и властолюбив. Плел изощренные интриги. Убирал с пути любого, кто посмел на нем встать или даже просто не успел убраться. Говорили, что он необычайно жесток. Что темный. Демон. Какие только слухи не ходили о нем даже в вотчине Темного принца. А ведь можно было предугадать, что он не упустит возможности управлять и Смелендером.

И Наахар не мелочился. Хотя с другой стороны, дочь – это не просто очередная девчонка, от которой неизвестно чего ожидать. Родная кровь, как никак. Она не предаст…

Принц горько усмехнулся, смахнув с колена очередную, прильнувшую к нему девку. Все они не были ему интересны. Ему нужна была его женщина. И в то же время, как доверять, выращенной Редхардом, ядовитой змее?

Миелисандра.

Сейчас он чувствовал себя глупцом. Одно ее имя говорило само за себя. Так на юге Вернарии называли цветок олинарии, прекрасный, нежный и… смертельный.

Ринемар не знал, чего хотел добиться первый советник Ледмарта, но был уверен, что ничего хорошего.

– Решил перетащить казну Смелендера в бордель? – спросила Тартея, садясь рядом на мягкий диван. – Нет, девочки здесь конечно ничего, но с какой кислой физиономией ты их разглядываешь… Ты пей-пей.
– поднесла она к губам Ринемара стакан с виром. – Оно ж всяко лучше, чем головой подумать, выводы сделать, разобраться в ситуации. Пей, говорю. И жалей себя дальше.

Ринемар скрипнул зубами и вырвал стакан из ее рук. Поставил на низкий стол и склонился над ним глядя в янтарную жидкость, словно она могла показать ему легкий путь. А есть ли он?

– Зачем ты здесь? – прорычал он, стиснув зубы от злости.

– Пить буду, - и подтвердила свое заявление осушив наполовину наполненный стакан, вырванный из рук рыжеволосой девчонки, прильнувшей к Темному принцу.

– С чего бы?

– А что? Это очень удобно, когда не хочешь принимать никаких решений. – и тут же зашипела, словно потревоженная гадюка. – Ты думаешь, я все рассказала тебе, чтобы ты расклеился и страдал? Нет, мой мальчик. Я растоптала надежду забрать у Наахара внучку, чтобы ты, идиот, сделал выводы и оценил по-достоинству то, что он преподнес тебе.

Губы Темного принца искривила невеселая улыбка.

– Кто знает, для чего ты это сделала? Ведь столько лет я доверял тебя. Ты называла меня сыном и в то же время таскалась к этому старому интригану.

– У меня небыло выбора. – устало сказала на это Тартея наливая новую порцию вира и выпивая ее залпом

– И что изменилось.

Тартея молча налила себе еще пол стакана ядреного напитка, но в этот раз просто вертела в руках.

– Он не отдаст мне Адеширу. – сказала она с грустью. – Я это только сейчас поняла. Хотя вру. Понимать то понимала, а вот принять… Надежды странная вещь. Они не дают нам возможности видеть то, что есть на самом деле. И позволяют упиваться иллюзиями. Но невозможно обманывать себя вечно.

– Это да! – кивнул тот, кого она называла сыном.

– Что да?
– взвилась ведьма, расплескав налитый вир. – Ты знаешь что такое, для темной осознавать свою беспомощность? Невозможность защитить самое дорогое? САМОЕ дорогое, Рин. Ты еще даже не представляешь, как много для таких, как мы, значат наши потомки. Но поймешь, когда возьмешь на руки сына. Тегдард уже понял, хотя всегда прятался от собственной тьмы. Даже Наахар, какой бы тварью не был, заботился о дочери. Да-да. Ты не представляешь, что такое забота потомков демонов. Не знал ты мою мать. И ты не поверишь, мне даже жаль немножко твою Миели.