Чтение онлайн

— Таль очень хорошо играет, — поддакивает Аксёнов, — было бы интересно посмотреть кто кого.

— А знаете что, — оживился Высоцкий, — а ведь это и правда интересно. Васю обыграть невелика наука. Как вам такое предложение, едем к Талю и играем, вчетвером, допустим. Вась, я не про тебя, а про твоего друга. Про Юру Одессита я,в отличии от писателя Евстигнеева, знаю.

— Ты хочешь прямо сейчас всё бросить и поехать играть в карты? — вмешивается в разговор Влади, по-русски она говорит с лёгким акцентом, но он её только украшает.

— Да нет. У Миши сейчас скучно, Нарзан и стол номер 7. А тут у нас мясо и выпивка. Выбор очевиден. Но вот, допустим, завтра можно и поехать к Талю. Как вам такое?

— Я не против, — улыбаясь говорит Юра, — это будет интересно.

— Я тоже не против, — соглашаюсь я, — чемпионов мира по шахматам и звёзд советского театра и кино я ещё не обыгрывал. Надо будет, как закончим, сделать вашу с Талем фотографию. Повешу у себя в кабинете как охотничий трофей.

— А ты наглец, Достоевский, — смеётся Высоцкий и хлопает меня по плечу, — мне нравится. Вот только я готов поспорить, что это Миша у себя над столом повесит твою голову, а не ты его.

— Пари дело благородное, — тут же подхватываю я, — на что бы нам поспорить?

— Давай так. Если выиграет Миша, то ты должен мне его выигрыш.

— А если я то вы мне?

— Да что ты выкаешь? Давай на ты. И да, если ты обыграешь Мишу, то с меня твой выигрыш.

— А это Василий Палычу говорил и тебе скажу. Ох, зря ты это делаешь. У меня же теперь ещё одна цель появилась, выиграть так чтобы принца датского без штанов оставить.

Мы снова смеёмся и жмём друг другу руки. Дело сделано.

Утром следующего дня Юра заезжает за мной в гостиницу, и мы отправляемся за Высоцким.

Сегодня у моего наставника в шулерских делах уже другая машина. Не Волга в кузове кабриолет, а Жигули первой модели, которую позже в народе прозовут «Копейкой». Машина скромнее и классом попроще.

Хотя скромной она, наверное, кажется только мне. Для всех вокруг это диковинка. Да и Юра катит на ней с невероятной гордостью.

Ещё бы, учитывая те очереди, которые надо было отстоять простому советскому человеку, чтобы приобрести автомобиль, гордым владельцем «Копейки» сейчас может стать разве представители партийно-хозяйственного актива страны, такие как сотрудники министерств, первые секретари обкомов или директора заводов.

Злые языки позже будут отказывать этому автомобилю в уникальности, говоря, что «наши купили 'Фиат-124» и назвали по-своему. В первых автомобилях, сошедших с конвейера и правда немало «отвёрточной сборки». Практически иномарка, да ещё какая. Автомобиль года — 1966.

Фиат — 124 и ВАЗ — 2101. Сёстры близняшки

Специалисты могут говорить про двигатели и тормоза, но с виду — не отличишь! Да и скорость. По сравнению со слабосильными «Москвичами» и тяжеловесными «Волгами» новенький ВАЗ играючи выжимал 140 километров в час.

За что его исключительно полюбили высокопоставленные лихачи. Один из таких делился потом, что в начале 70-х ГАИ-шники на патрульных «Москвичах» даже не пытались преследовать таких за превышение скорости. Всё равно не догонишь, а радаров и фото-фиксаций в те времена, понятное дело, не существовало.

У Юры автомобиль тем более непростой. Сиденья обтянуты красной кожей. Под приборной панелью установлен радиоприёмник. Руль в цветной оплётке, рычаг переключения скоростей венчает рукоятка из янтаря. Не удивлюсь, если настоящего. Эдакий «полный фарш» образца 1972 года.

По крайней мере, на стоянке у Ореанды именно наш автомобиль, а не имеющиеся здесь в достатке Волги и Чайки, облепляют любопытные пацаны, которые, присев на корточки, любуются своим отражением в хромированных колпаках.

Юра прикуривает от встроенной зажигалки и, приспустив стекло до середины, выпускает в него колечки ароматного дыма.

Я от сигареты отказываюсь, терпеть не могу курить в автомобиле, да и запах прокуренного салона тоже недолюбливаю, но тут уж, как говорится, хозяин барин.

— Дядь Юр, погуди! — набравшись храбрости, просит один из пацанов.

Благодушно улыбаясь, Юра нажимает на круглый диск сигнала.

Тру-ля-лю-лю! — к восторгу пацанов над автостоянкой раздаётся заливистая трель.

Ждать нам приходится больше получаса.

Вышедший из подъезда гостиницы Высоцкий выглядит хмурым и помятым, словно не спал всю ночь, из-за чего кажется даже ниже ростом.

За ним выпархивает Марина Влади. Улыбка её выглядит слегка натянутой, словно она уступает капризу неких великовозрастных детей, соглашаясь играть с ними в их мальчишеские игры. Вообще, она девочка серьёзная, взрослая, и делает всем этим нам большое одолжение.

Они оба в джинсах и тонких летних водолазках, похожи на иностранцев. Хотя я, даже пытаясь анализировать, не могу понять, в чём разница. Просто наши люди, имея даже деньги и возможности, так не одеваются и не выглядят.

Высоцкий буркает что-то приветственное, но неразборчивое, жмёт нам руки и лезет в автомобиль.

— Работал всю ночь, — слегка виновато поясняет Марина, — писал.

За руль, кстати, садится она.

Следуя за серым Рено, наш автомобиль выезжает со стоянки у гостиницы и направляется в горы.

Михаил Таль, экс-обладатель шахматной короны, один из самых знаменитых людей Советского Союза, лечится сейчас в Крыму, недалеко от Ялты, в санатории «Украина».

Спорт в Советском Союзе всегда занимал особое место, причём не только массовый, дворовый, но и в особенности так называемый спорт высоких достижений.

Ведь каждая такая победа — это возможность поднять престиж страны на международной арене. А самих спортсменов, сумевших надрать задницу иностранцам, чествуют не меньше, чем космонавтов.