Чтение онлайн

Вот уже деревенские дома, весь ряд, полыхают вовсю. Сворачиваются в огородах от магического жара листья земляники, лопаются рыжие помидоры. По улочке плывёт сизый чад и запах жарящейся птицы. Кое-кто из парней, прикончив жителей, бросают пернатые тушки обратно, прямо в пылающие отверстия дверей. А кое-кто, прихватив парочку птиц за когтистые ноги, накалывают их на длинные жерди, и суют в пламя. Со смехом отворачиваясь от летящих искр и прикрывая лица ладонями, вытаскивают опалённые тушки. С пупырчатых, лишённых перьев тел капает шипящий жир.

Машинально сую найденный ящичек в мешок, и иду к Гаю. Он стоит возле Кривозуба, отвернув лицо от жара, и с рассеянной улыбкой остругивает палочку широким ножом.

– -Я сделал, как ты сказал.

Командир оборачивается ко мне, белые зубы его блестят на смуглом, покрытом гарью лице:

– -А, это ты, Эрнест. Видел, как ты поджарил птичку. Только перья полетели. Первое задание. Молодец.

Маг опускает руки, поворачивается. Влажные губы его потемнели, верхний клык врезался в натянутую в напряжённом оскале кожу. Красные глаза, как кровавые дыры, уставились мне в лицо:

– -Я велел тебе прочесть свиток внутри дома, новобранец!

– -Я не кошка, чтобы видеть в темноте, Кривозуб, - смотрю ему в лицо, в перепачканные кровью клыки.
– Там темно, как у тебя подмышкой.

– -Ты не выполнил мой приказ, - рычит маг. На губах его пузырится розовая слюна.

– -Ты мне не командир.

– - Что ты взял в доме?
– голос Кривозуба звенит, мне в лицо летят капли слюны.
– Я велел тебе сжечь проклятое гнездо!

– -Тише, мальчики, - лениво говорит Гай.
– Не ссорьтесь.

Кривозуб отступает, тяжело дыша. Я вижу, что его трясёт от непонятной мне злости. И ещё вижу, что он боится командира. Боится так сильно, что мгновенно остывает и даже прячет руки в широкие рукава балахона.

А я внезапно замечаю то, на что не обратил внимания раньше - человек, настоящий человек, здесь только Гай. Нет, все его парни, весь отряд - люди. Две руки, две головы, всё, как полагается. И все они - местные. Ходячие функции, как сказал бы Арнольд.

Вглядываюсь в тёмную фигуру мага. Он тоже проштампован, как всё вокруг. Все предметы, все вещи здесь отмечены невидимой рукой. Надпись крохотными, идеально ровными буковками, она стыдливо прячется сбоку, но она есть.

Вспоминаю Арнольда, глазастую Энн. Единственные надписи на них - это имена на груди. Которые я почему-то понимаю. Как будто хитроумный художник в начале времён окунул тонкую кисть в краску и нарисовал имена, с небрежным артистизмом выводя каждую букву.

***

Деревня догорает. Мы уходим, и за нашими спинами стелется клубами чёрный, едкий дым. На земле остаются обгорелые пеньки домов, квадраты золы на месте огородов, кучки обглоданных птичьих костей. Блондинчик в блестящей кольчуге давно выбрался из-за крайнего дома, оставив где-то в кустарнике рыжую пеструшку. На розовом лице его расползается улыбка, к небрежно застёгнутым штанам прилипли рыжие перья.

Солнце касается тугим алым брюхом верхушек гор. Привал. Зубчатый край горизонта лиловеет, и на небе возникают звёзды. Россыпи золотых огоньков, и посреди них - огромная, нереальная луна, вся в круглых вмятинах кратеров. Она висит прямо над головой, как бумажный фонарь. Такая же полупрозрачная и невесомая.

Сижу на траве, разглядываю свою добычу. То, что я сумел вынести из горящего дома. Ящичек из полированного дерева стоит передо мной, его крышка поблескивает в свете луны. Никаких признаков замочной скважины, только тонкая щель между выпуклой крышкой и стенками говорит о том, что ящичек можно открыть. Пробую поддеть её кончиком когтя, ничего не выходит.

– -Ты здорово разозлил Кривозуба, парень.

Вздрагиваю. Надо мной стоит Гай, он так тихо подошёл, что я не услышал.

Командир, как всегда, улыбается, лицо его кажется чёрным в лунном свете. Он бросает взгляд на ящик:

– -Дорогая вещица. Райское дерево, магический замок. Пробовал открыть?

Смотрю на крышку. Вот как. Магическая штучка. И командир что-то непривычно разговорчив.

– -Я не маг.

– -Ну конечно. А тот свиток ты даже не развернул.

– -Я развернул...

– -Парень, не морочь мне голову, - задушевно сказал Гай.
– Все мы видели, что ты сделал. Ты махнул рукой, и половина дома вместе с птичкой взорвались изнутри. Их вывернуло наизнанку и поджарило, как кукурузу на сковородке.

Молча смотрю себе под ноги. Голова человекобыка Джонни тоже разлетелась на куски. Я просто ткнул в неё свитком, зажатым в руке. Нет. Не может быть. Я даже читать не умею.

– -Знаешь, я давно живу на свете, - тихо говорит командир. Он присаживается рядом, скрестив ноги. Смотрит рассеянно перед собой на что-то, видное только ему.
– Это трудно - дожить до моих лет. Большинство таких, как мы, умирает молодыми. Мне уже сорок, парень.

– -Таких, как мы, - повторяю за ним.

– -Есть обычные люди, и есть мы. Безликие.
– Гай сухо усмехается, глаза его не отрываются от облачка звёзд на горизонте. Местные так называют нас. Безликие.

С удивлением смотрю на него. По лицу командира пробегает судорога, губы складываются в горькую складку. А ведь совсем недавно я хотел прикончить его. Когда отряд наёмников уходил от сожжённой деревни, где не осталось ничего живого. Я шёл вместе с остальными, наёмники хлопали меня по плечу, и поздравляли с первым делом. Со смехом обсуждали, как в ближайшей таверне я угощу всю компанию добрым вином под жареного кабанчика.

Парни хохотали, а я отыскивал взглядом спину командира, бросившего в огонь полсотни красивых, говорящих с нами на одном языке птиц. Представлял, как подойду к нему, разверну к себе, и одним ударом сломаю ему нос. Представлял, как Гай, обливаясь кровью, валится на землю. Как вскакивает, выхватывает свой кривой меч...

Что будет дальше, меня не волновало. Я был слишком зол. Потом понемногу остыл. Все мои смерти, весь бесконечный цикл рождений и возвращений назад встали передо мной, и я испугался. Ничего не выйдет. Гай меня убьёт, даже не вспотев. А я отправлюсь обратно, к тюремным крысам и многократной, бессмысленной смерти.