Чтение онлайн

Он впился взглядом в экран. Мелиссу показывали крупным планом: прервав игру, она вопросительно уставилась на Кэти, разговаривающую по мобильному телефону. Стадион замер.

— Вероятно, из больницы поступили новости о состоянии Джека, — сказал ведущий программы. — Мы сообщим их вам, как только все прояснится…

На лице Мелиссы читался испуг. Внезапно он сменился робкой улыбкой.

— Он пришел в сознание? — спросила она губами и, получив в подтверждение радостные кивки Кэти и Хэла, отвернулась, пряча слезы облегчения.

Эйс пошептался о чем-то с Кэти и покинул трибуны. Арбитр на вышке призвал теннисисток продолжить встречу.

От волнения Мелисса не сразу сосредоточилась на игре и проиграла два гейма, но затем взяла себя в руки. Вскоре соперница поняла, что радоваться ей рано.

Тем временем комментатор сообщил зрителям: Джек Фаррелл наконец-то вышел из комы, и выразил надежду, что он выздоровеет. Мысленно пожелав Джеку того же, Ник повеселел, предчувствуя скорую встречу с Мелиссой.

— Поехали к Джеку! — сказала та Кэти после матча. — Он обрадуется, узнав, что я победила.

— Поезжай одна, я навещу его завтра, — ответила Кэти. — Нужно же кому-то из нас ответить на вопросы журналистов.

Мелисса не стала спорить. Приехав в больницу, она узнала, что брата перевели из отделения интенсивной терапии в комфортабельную отдельную палату. Возле его кровати сидел Эйс; Роза и Дэниел уехали домой — немного поспать и восстановить силы.

— Привет! — робко воскликнула Мелисса с порога. Проглотив ком в горле, она присела на стул возле Джека и пожала ему руку. Джек заставил себя улыбнуться, хотя на душе у него и скребли кошки: врачи уже успели сказать, что ему лучше забыть о спортивной карьере.

— Извини, что я разбил твой автомобиль, — наконец произнес он и с мольбой посмотрел на Эйса. Тот понял, что Фарреллу сейчас нужно остаться одному, и твердо сказал Мелиссе:

— Джек устал. Нам лучше уйти. Ты еще сможешь поговорить с ним обо всем завтра.

— Я люблю тебя, — прошептала она, поцеловав брата в щеку, и покорно вышла из палаты. Эйс задержался на минуту.

— Вот влип! — в сердцах воскликнул Джек, едва не плача от досады. — Проклятый мотоциклист!

— Да, не повезло тебе, приятель, — сочувственно кивнул Эйс. — Будь я на твоем месте, сбил бы этого идиота. А ты почему-то предпочел врезаться в кирпичную стену.

— Пожалуй, ты вдобавок предъявил бы ему потом счет за покраску автомобиля, который он поцарапал своей башкой, — съязвил Джек. — Знаешь, если честно, то я ничего не помню.

— Лайза заявила дорожным полицейским, что во всем виноват тот кретин: он выскочил из-за угла вам прямо под колеса. Но у него хватило наглости опровергнуть ее заявления в бульварной газете. Вот мерзавец! — воскликнул Эйс.

— В прессе высказывались какие-либо предположения о моих отношениях с Лайзой? — с тревогой спросил Джек.

— Как ни странно, нет! — ухмыльнулся Эйс. — Но, думаю, Кэти уже и сама обо всем догадалась.

— Проклятье! — тихо выругался Джек. — Я не хотел, чтобы она узнала об этом до конца турнира. Мелисса слишком сильно от нее зависит как в теннисе, так и в бизнесе.

— Не падай духом, старина! Вот поставим тебя на ноги, и все наладится, — успокоил его Эйс. — Я выписал из Штатов лучшего ортопеда.

— Будем надеяться, — не совсем уверенно сказал Джек.

Все последующие дни Эйс просидел возле его кровати. Он терпеливо выслушивал жалобы больного на коварство судьбы и старался развеселить его, чтобы спасти от депрессии. Джек понимал, что ему сильно повезло: ведь после такой аварии он мог бы вообще не выжить или остаться на всю жизнь прикованным к кровати. Но настроение от этого не улучшалось, все чаще его охватывали приступы тоски и страха, свидетелем которых и становился Эйс.

В палате стоял телевизор, но Джек не мог заставить себя смотреть трансляцию Уимблдонского чемпионата. Исключение он сделал лишь для матча с участием Мелиссы в пятницу после обеда. Чувство гордости за сестру, однако, странным образом перемешивалось с жалостью к самому себе: ему уже вряд ли удастся выйти на корт… А впрочем, кто знает?

Отгоняя грустные мысли, Джек попытался сосредоточиться на происходящем в это время на площадке. Мелисса выждала, пока успокоятся трибуны, и с первой же подачи показала всем, что не собирается надолго затягивать спортивную дуэль. Выиграла она легко и быстро, словно назло всем тем, кто пришел не наслаждаться мастерской игрой, а болтать с соседом, листать программу и есть мороженое.

Джек выключил телевизор и принялся просматривать почту. Письма от его почитателей приходили мешками. Но вскоре это занятие ему надоело, он откинулся на подушку и тяжело вздохнул. Не от боли, нет, — с ней ему помогали справляться таблетки, — а от однообразия и скуки существования на больничной койке.

— В последний раз я так долго валялся в постели, когда у меня был непродолжительный роман с одной стюардессой, — сообщил он Эйсу, скорчив унылую мину.

— Может, привести сюда для тебя красотку? — оживился Эйс. — Я могу это устроить!

— Спасибо, как-нибудь обойдусь, — невольно улыбнулся Джек. — Как там поживает Ник Леннокс?

— Наш баронет? — прищурился Эйс. — Он что, снова крутится вокруг Мелиссы?

— Он приставил к ней своих бывших сослуживцев, теперь они работают в его охранной фирме, — пояснил Джек.

— Вот это новость! Я как-то не обратил на этих парней внимания, — задумчиво покачал головой Эйс. Неожиданно появившийся на горизонте конкурент был ему совершенно ни к чему.

— Мне это не по душе, — продолжал Джек. — Я не хочу, чтобы их роман возобновился. Он уже однажды чуть было не сломал ей карьеру: уговаривал бросить теннис, обрюхатил, потом избил…

— Он избил Мелиссу? — вскинул брови Эйс. — Когда же?

— Год назад. Разве ты не помнишь, в каком виде она вышла играть финальный матч смешанного парного турнира? Она проговорилась Кэти, что накануне была с ним. А история с падением в ванной — просто выдумка. Кэти считает, что они договорились снова увидеться после окончания Уимблдона.

— Слушай, ты хочешь, чтобы я положил всему этому конец? — спросил Эйс. — Я правильно тебя понял?

— Да. То есть… — Джек растерялся. Может, все-таки лучше сначала посоветоваться с отцом или с Хэлом, а не поручать сгоряча козлу стеречь капусту? Джек с надеждой взглянул на Эйса: — Ты ведь не огорчишь мою сестру?