Игры третьего рода
Шрифт:
Настоящее имя Главаря было Михаил Сергеевич Лобанов, и когда-то давно, уже можно сказать в ином мире, Гончаров имел сомнительное удовольствие жить с ним не только в одном доме, но даже в одном подъезде.
Собственно, в прежние времена Лобанов даже не являлся крупным бандитом – так, средней дерзости взломы, отсидка всего три года, благодаря ушлым адвокатам, затем уже торговля наркотиками на подхвате у тех же цыган, покупка пары магазинчиков на эти деньги – и новый арест незадолго до Катастрофы. Майор так и не знал, осудили его в тот раз или не успели. Гончаров видел Лобанова мельком в РУВД сразу после ареста, и Мишка попытался предложить бывшему соседу взятку за «содействие в решении вопроса».
– А я бы так вообще всех вас, ублюдков, расстреливал! – сказал тогда майор. – И вас, шелупень, и хозяев ваших, в первую очередь!
Лобанов, конечно, это хорошо запомнил.
Александр вздохнул: растут люди! Ни дать ни взять, прямо вождь какого-нибудь племени мумба-юмбе! Правда, не на копьё опирается, а на автомат Калашникова. А вообще-то, кажется в Мозамбике, АК даже на государственном флаге есть!
С минуту новоиспечённый «князь» рассматривал майора. Гончаров ответил ему долгим, спокойным и обидно презрительным взглядом – а что ему было терять? Если смерть есть, то она всё равно одна. Но почему-то ему уже казалось, что сразу его не кончат.
– Ну как, – спросил наконец Лобстер, – набегался?
Александр просто пожал плечами.
Лобстер покивал, словно соглашаясь с молчаливым ответом:
– Что, не думал, Александр Яковлевич, свидеться?
– Рассчитывал, – хмыкнул Гончаров и криво усмехнулся, – но при других обстоятельствах.
– Ну ясно-понятно, – с довольным видом осклабился Лобстер, – только карты иначе выпали! Твой председатель оказался чмо полное, а если бы ты мозгов поболее имел, то давно сместил его и сам стал бы тут править. Дурак ты, мент, гадом буду: полный идиот!
– Обзываться не надо, – всё так же спокойно заметил Александр. – А вот ты, стало быть, себя крупным деятелем возомнил? Смешно – князь! Как фраер какой-то, ей-богу. Не по понятиям же вроде, а? Почему бы тебе паханом самого себя не назначить? Паханом бы тебе больше пошло. И сходняк тут весь свой – точно утвердят!
Лобстер слегка покраснел, но сидел пока спокойно.
– В расход, что ли, напрашиваешься? Учти, патронов тратить на вас не будем – вон, просто вздёрнем!
– Быть повешенным куда страшнее… – скривился майор.
– Покажи ему! – приказал Лобстер своему старому приятелю Витьке по дворовой ещё кличке Мазок и кивнул куда-то за стену здания.
Мазок кинулся к окну и картинно откинул штору. В сквере возле здания правительства Гончаров увидел большую перекладину, одним концом прикрученную к фонарному столбу, а другим – опиравшуюся на развилку соседнего дерева. На перекладине болталось несколько трупов, среди которых Александр узнал председателя Филимонова и подполковника Матвеева.
– Хочешь вот так повисеть? А народ полюбуется!
– Эсэсовец, – констатировал майор. – Ну а что ж меня не вешаешь?
– Да вот, побеседовать захотел, – улыбнулся Лобстер. – Побазарить, как говорится.
– И о чём же мне с тобой говорить? – удивился Гончаров.
Лобстер помотал в воздухе указательным пальцем, словно показывая, что есть у него кое-что на уме.
– Имеется грандиозный замысел, – пояснил Главарь. – Неделю назад, только мы власть, значит, взяли, попался мне тут один учёный тип. Так вот, он стал гундосить, что наша Зона не одна сама по себе, а вся Земля, мол, на такие зоны разбита.
– Давно уж слышали такие гипотезы, – кивнул Гончаров. – Но я-то тебе на хера?
– Видишь, майор, можно попробовать попасть в другие зоны – что нам сидеть, как запертым в клетке?
– Через Барьер не пройти – много раз пытались.
– Пытались просто пробить, не вышло. Но не бесконечный же он, этот Барьер, я имею в виду – вглубь. Вот и попробуем мы сделать подкоп, чтобы попасть на другую сторону.
Александр со снисходительной усмешкой посмотрел на Лобстера:
– Идиотизм! Это пытались сделать практически сразу: копали, даже бурили…
– Может, плохо пытались? Чувствуешь?
– Бред собачий! – коротко ответил пленник.
– Это мы посмотрим. В общем, будем рыть большой подкоп, конкретный, так сказать.
– Копайте на здоровье, – согласился Гончаров. – Но зачем я тебе сдался? Я не экскаватор!
Лобстер засмеялся вполне искренне, а вслед за ним захихикали почти все «шестёрки».
– Ладно, не прикидывайся бакланом, всё ты понимаешь! Любое большое дело требует, чтобы его защищали. Мне же не воевать надо, а подкоп рыть, и рыть, возможно, придётся долго. Значит – нужна достойная армия, чтобы не мешали, чтобы порядок был. У меня много хороших ребят, но они, если честно, раздолбаи неорганизованные. Потому, считай, масть тебе попёрла, майор: я готов, так и быть, похерить всё старое и назначить тебя главным военным инструктором. Будешь ребят моих учить как специалист. Генералом у меня станешь, майор, сечёшь?
Гончаров, прищурившись, посмотрел на бандита. Он не мог сказать, что ожидал услышать подобное, но и не слишком удивился: присвоение самому себе княжеского титула наверняка говорило о значительных амбициях Лобстера, так что почему бы ему не возжелать иметь собственную регулярную армию с генералами во главе?
Почему же в жизни всё происходит именно так? Хороших людей вроде хватает, но наверх вылезает всякое отребье, что раньше, что теперь! Поговорка про дерьмо, плавающее всегда сверху, неспроста появилась – неужели она реально отражает положение дел в обществе?…
«Может, я слишком много от людей требую? – подумал Гончаров. – Но ведь не больше, чем от себя самого…»
В принципе, предложение Главаря предоставляло возможность выбраться: в конце концов, инструктору вынуждены будут дать доступ к оружию, а уж воспользоваться им Гончаров сумеет. Главное, жив останется. Но где-то тут, без сомнения, должен присутствовать подвох!
– Что ж, – сказал как бы нехотя майор, – если и правда хочешь порядок навести и дело серьёзно поставить – почему нет? В нынешних условиях хорошая армия нужна куда больше, чем раньше. Я, в принципе, согласен.