Чтение онлайн

(Почему именно каджиты? Все дело в том, что кошачий народ по необъяснимым причинам имеет общие гены с человекоподобными расами и лучше всего подходят для экспериментов по разработке универсальных препаратов.)

Кованые, конечно же, моментально отреагировали на такую дерзость и через несколько дней двадцать кованых пошли войной против пятитысячной армии кошачьего народа. Стальные существа, как настоящие машины войны, уничтожили врагов в мгновение ока, но на этом они не остановились и обратили всю расу каджитов в рабство, до сих пор имея монополию на продажу пушистых рабов, деньги с которых идут на финансирование различных научных проектов.

Кованые пусть и выглядят спокойными, с другой стороны фанатичны своим идеям о постижении мироздания, но здесь опять же свои нюансы. Кованые могут выкрасть живое существо для экспериментов, однако никогда не станут нападать первыми, но если кто-то им угрожает, то они вырывают древо опасности под самый корень не жалея своих сил. Кто-то посчитает такие действия логичными, ибо больше не нужно ожидать опасности со стороны вырванного древа, а кто-то скажет, что это слишком радикально, но в слух об этом никто не говорит, никто не хочет себе в противники даже одного единственного кованого.

Но с материалистами так не получится, пусть они и уничтожили пару десятков их стальных братьев, кованые не могут ничего им противопоставить, даже имея высокое положение в королевстве в качестве неприкасаемой касты, они не располагают достаточными знаниями о столь тайной организации. Им остается только вести себя более осторожно по отношению к предвестникам и тщательно следить за действиями агентов, из-за чего постепенно начала формироваться информационная сеть, в которую входили исключительно стальные братья. Таковой стала защитная реакция кованых на грозного врага в лице материалистов.

Софи с равнодушным голосом ответила.

— Опыт в ближнем бою у него уже имеется, по крайней мере с короткоклинковым оружием. А если он чего то не знал, то быстро этому учился, я бы даже сказала слишком быстро.

— Слишком быстро? Хмм… Похоже даже среди сервитов он отличается.

— Пожалуй так. Но мы научили его сражаться только против копья и двуручного меча. В турнире участвует двадцать человек и примерно половина из них вооружены копьями и двуручниками, с ними он справится без проблем. А вот со второй половиной могут возникнуть проблемы. Хотя, не буду загадывать на перед.

— Будем надеяться на то, что он быстро ко всему приспособится.

— Ах да, ты ведь уже поговорил с Элой? Она согласилась на твою просьбу?

Искусственное лицо Хораса неприятно скривилось что не очень понравилось Софи.

— Нет, она на отрез отказалась нам помогать, Эла будет сражаться с ним в полную силу.

— Твою ж мать. — Разочаровалась Софи так и представляя как Эла убивает предвестника.

Турниры и прочие мероприятия являются чуть ли не единственным способом развлечения в Фестуа, поэтому на турнирах нет ограничений, кроме строгого запрета на использование тауматургии. Турниры это единственное место в котором убийство не ограничивается законом. На арене гладиаторы борются за свою свободу, в то время как наемники за деньги, но в обоих случаях убийство даже приветствуется, ради большей зрелищности.

Конечно, Эла не такая дура, чтобы убить предвестника, материалисты сильно берегут их, но зная о ее характере на душе становиться не спокойно.

Софи перевела взгляд обратно на заснеженное поле для битв, к центру которого тихо шел оратор.

— Ну давай же, не томи! — Разрываясь изнутри волнением выкрикнул Клык.

Дойдя до центра оратор мельком оглядел трибуны зрителей и громким голосом заговорил.

— Приветствую вас вольных людей королевства Фестуа, вы собрались здесь для того чтобы наконец узреть сегодняшний турнир, который был организован по милости нашего славного градоначальника, Вольфган де-Штраце! — После чего поклонился в сторону вип-ложе, если так можно сказать. Места в котором устроилась аристократия, лишь слегка возвышались над обычными зрителями и ничем не отличались. — Мне была предоставлена честь объявить о начале турнира! — Трибуны взорвались ликованием от долгого ожидания. — Встречайте первого бойца! Выходец из свободной семьи, решивший найти свою цель в жизни в качестве наемника! Ветеран Джирар Франческо!

Зрители окатили воина новой волной оваций. Из хлипких ворот вышел человек облаченный в блестящий латник, частями замененный на кожные вставки, с полуторным мечом в руке. Наемник с гордостью поднял меч под овации толпы и проследовал до другого конца арены.

— Второй боец! Человек, что посветил всю свою жизнь войне! Тот кто идет по кровавой дороге и очередной наемник! Эла Темная!

Из ворот вышла знакомая фигура в длинном плаще, которую встретили с таким же яростным шумом. Сама же девушка лишь тихо вышла на поле, где не движимо ожидала начало боя. Оратор не стал томить.

— Что ж, начнем же первый бой! — Закончив, он тут же убежал с поля в сторонку.

Наемник сразу же решил принять инициативу на себя и побежал к хрупкой на вид девушке, норовя закончить сегодняшний бой одним самоуверенным ударом. Эла оставалась на месте и ни как не реагировала, в то время как наемник пробежал уже несколько метров и замахивался для удара. Плащ девушки слегка дернулся, даже не сразу было ясно что произошло, но Франческо начал замедлятся, пока и вовсе не остановился. Он обронил меч и руки начали свисать над землей, простояв еще секунду он упал замертво.

Толпа замерла в недоумении и еще долго не могла понять, что сейчас произошло. Но Софи, Клык и Хорас смогли разглядеть то, чего не могли увидеть другие.

— Может быть мне показалось, но кажется она метнула нож. — Неуверенно предположил Клык, Софи подтвердила его догадку.

— Да, я тоже это заметила.

Хорас приблизил изображение мертвого наемника и смог более побробно рассмотреть его тело. Из его глаза торчал тонкий еле заметный колышь, не походящее ни на одно из знакомых оружий.

Оратор подбежал к лежащему трупу, как и все, еще не которое время пребывал в шоке, но найдя в себе решимости, тот прокашлялся и объявил.

— Итак, наш первый победитель! Эла Темная!

Часть трибун осталась в не довольном замешательстве и начала оскорбительно кричать на Элу, кидая в нее бранные слова и всячески проклиная ее, с огорчением осознавая о своем проигрыше в ставках. Другая же часть зрителей начала радоваться своим выигранным деньгам и благословляли Элу на будущие победы, хоть и не получив желаемого зрелища. Теперь, толпа начала быстро менять свое мнение, этот короткий бой оказался показательным и теперь зрители начали видеть в хрупком теле Элы большую силу, делая при этом преждевременные выводы. Среди трибун тот же час начали расползаться слухи о ее неминуемой победе.