Чтение онлайн

Сначала, говорил отец, тедесками были только потомки тех самых беженцев. Но затем их ряды начали пополняться и теми, кто вовремя не смог выплатить долг кредитору. Считалось, что такой должник становится тедеском только на то время, за которое он отработает долг. Но на практике получалось, что на всю жизнь. По крайней мере, я не припомню ни одного случая, чтобы такого должника освободили после отработки долга. Хотя бывало, конечно, и такое, когда хозяин мог отпустить на волю тедеска за какие-нибудь заслуги. Но это случалось крайне редко.

Ещё полтора года назад я работал инженером на большом заводе в Сиракузах в Сицилии. Туда я устроился после Королевской Технической Школы. Вообще-то я принадлежу к старинному дворянскому роду Орсолини, и мой отец владеет небольшим поместьем под Сиракузами с виноградниками и оливковой рощей. Но так как из двух сыновей моего отца я – младший, то мне, естественно, ничего не светило. Зато отец заплатил весьма приличную сумму за мое обучение в Школе. В результате я получил очень хорошее образование и смог устроиться на завод на приличное жалование.

Казалось, будущее моё теперь легко предсказуемо: лет пять-семь – инженером, потом – главным инженером, а там, глядишь – и до управляющего заводом можно дорасти.

Но, как говорит наш капеллан, человек предполагает, а Господь – располагает. Два года назад я встретил Франческу – дочь торговца землёй из Сиракуз. Девушка неземной красоты, будто сошедшая с картин художников Старого Времени. В общем, я влюбился до беспамятства. Когда мы начали встречаться, я был счастливее самого счастливого человека на свете. Для своей любимой я готов был отдать всё.

И Франческа очень умело этим пользовалась. У меня было большое жалование. Достаточно сказать, что оно было в три раза выше, чем у рабочего высокой квалификации на моём же заводе. И раз в пять – чем в среднем по нашему городу. Но моя любимая умела и любила тратить деньги. Это был просто какой-то талант. Если ресторан, то самый лучший, блюда – самые дорогие. И неважно, что половина даже не съестся – важен принцип. Платья в самых дорогих магазинах, драгоценности – у лучших ювелиров. На робкие просьбы взять что-нибудь попроще, следовал один ответ: «покупать дешёвые вещи – себя не любить, надо не экономить, а зарабатывать». Сначала у меня закончились накопления, затем перестало хватать жалования. Я принялся занимать в долг сначала у знакомых, затем, когда они мне уже начали отказывать – у отца.

Наконец Франческа выдала, что какой-то её воздыхатель обещает купить ей карету от Ламборгини с тремя чистокровными нумидийскими рысаками. Ну как, спрашивается, я мог допустить, чтобы какой-то подлец делал моей любимой такие дорогие подарки. Я тут же побежал узнавать – сколько же это может стоить. Узнав, лишился дара речи. Один нумидийский рысак стоил почти с половину поместья моего отца. Карета тоже была под стать.

Естественно, таких денег мне никто не смог бы дать взаймы. Обезумев, я помчался в единственное место, где мог бы найти нужную сумму. Это был, разумеется, Банкирский Дом Варбургов. Конечно, в нашем городе было их отделение. Там мне дали всё требуемое под десять процентов годовых безо всяких залогов. Только под честное слово. Через три дня карета от Ламборгини, запряжённая чистокровными нумидийцами, стояла у парадного входа моей любимой.

Жалования не хватало, чтобы гасить долг и проценты. Я занял денег у отца, сказав ему, что, когда женюсь на Франческе, отдам ему долг из приданого. Отец печально покачал головой: в тот момент дела у него шли неважно, так как крупные плантаторы опустили цены на виноград и оливки.

На второй месяц отец отказал. Когда он встал, чтобы выйти из гостиной, где мы разговаривали, я заметил блеснувшие в его глазах слезы.

Попытка отсрочить выплату ни к чему не привела, и я оказался там, где и должен был оказаться – в долговой тюрьме. После пары недель, отведённых на разные юридические процедуры, мне предстояло стать тедеском и отправиться на плантации или, в лучшем случае, на какое-нибудь тяжелое производство типа шахт или каменоломен. Ни отец, ни мать навестить меня в тюрьму не пришли. Да я и не хотел этого, наоборот, боялся их визита.

Мне, можно сказать, повезло – меня выкупил кондотьер герцог Бонелли – генерал, герой войны в Холодных Землях. Из тюрьмы, вместо плантации, я попал на ускоренные лейтенантские курсы, чтобы затем отправиться в Холодные Земли убивать зомбаков.

Ещё на курсах я получил письмо от товарища из Сиракуз. Он писал, что Франческа вышла замуж. За сына директора нашего городского отделения Банкирского Дома Варбургов.

– Сеньор лейтенант! – вытащил меня из прошлого негромкий голос. Первую секунду я ошарашено смотрел вокруг, не понимая, где нахожусь. Ах, да – я в лейтенантской землянке, и ко мне сейчас обращается мой капрал Дзанетти. Похоже, я задремал. Почему он не постучал, прежде, чем войти?

– Сеньор лейтенант – повторил капрал – Я стучал, но мне никто не ответил – сказал он, будто прочтя мои мысли.

– Сеньор лейтенант просили принести список потерь, вот, я принёс.

Видимо все в землянке, включая меня, спали и не услышали стука.

Вид у капрала был забавным: шапка надвинута на самые глаза, щеки и кончик носа горели ярко-красными фонарями. Похоже, снаружи уже нешуточный мороз.

– Хорошо, капрал, положи на стол и иди отдыхать – с трудом проговорил я, так как губы слушались плохо, а веки были настолько тяжелы, что хоть спички вставляй.

Дзанетти положил лист бумаги на стол, подошёл к двери, затем развернулся ко мне и помялся несколько секунд.

– Сеньор лейтенант – тихо произнёс он – Разрешите спросить?

– Ну, что тебе, капрал? Давай, спрашивай быстрее.

– Вот святой отец Деметрио говорит, что зомбаки получаются, когда человека зомбак укусит.

– Ну, да, конечно.

– А сеньор капитан говорит, что зомбаков из людей делают вампиры.

– Дзанетти – меня это начало уже раздражать – Значит правильно и то и другое. Понятно?

– Понятно, сеньор лейтенант, только получается, что в Империи Тьмы должны жить не только вампиры и зомбаки, а ещё и нормальные люди. Иначе из кого же тогда будут получаться зомбаки?

Чёрт бы тебя побрал, капрал с твоей крестьянской смекалкой. Я как-то никогда об этом не задумывался. Сон тут же улетучился – слова капрала явственно отдавали крамолой.

– Сеньор лейтенант – капрал явно хотел сказать что-то важное, но не решался.

– Говори, Дзанетти.

– Я сегодня видел зомбака – выпалил он в одно дыхание.