Чтение онлайн

– О чем, черт возьми, вы говорите? – резко спросил Хок.

– Я съезжаю отсюда сегодня же.

– Джоанна!

– Вы можете повторять «Джоанна» сколько угодно, Хок, но я не шучу. – Он, как и обещал, заехал за ней утром, поднялся наверх и увидел стоявшие у двери чемоданы и саквояж. Но Джоанна твердо смотрела в его рассерженное лицо, хотя внутри все дрожало. Она не помнила, чтобы когда-либо прежде переживала подобное унижение и стыд, но скорее умерла бы, чем призналась в этом.

– Джоанна, у меня нет ни времени, ни терпения препираться с вами сейчас… – начал он.

– Вот и прекрасно! – Не подобало так разговаривать со своим работодателем, мелькнуло у нее в голове, но правда и то, что Хок Мадлен – не типичный шеф. – Я забираю вещи, переезжаю в отель и останусь там до тех пор, пока не найду жилье, соответствующее моему жалованью, а потом мы можем обсудить вопрос о приемлемой компенсации…

– Я не могу поверить своим ушам! – Похоже было, что он и впрямь не может поверить. – Вы всерьез пытаетесь уверить меня, что не останетесь здесь? – спросил он после минутного молчания, во время которого они глядели друг на друга, как два гладиатора перед смертельной схваткой. В его голосе слышались растерянность и замешательство, и ей вдруг стало смешно. – За эту квартиру заплачено за полгода вперед.

– Это меня не касается. Я не намерена больше обсуждать это, Хок, и не останусь здесь ни под каким предлогом. – Если он только упомянет о вчерашнем эпизоде, она, кажется, убьет его на месте!

– Джоанна, это безумие!

– Не думаю. Остаться будет большим безумием. – Она видела, что ошарашила его, и после бессонной ночи, которую она провела, бродя взад-вперед по роскошной квартире, это послужило ей небольшим утешением. Ей хотелось бы возненавидеть его, но, несмотря на то что рассудок был полностью «за», сердце отказывалось подчиниться. Он был воплощением того самого мужского типа, к которому роковым образом влекло ее мать, – поверхностный, бессердечный, ищущий только удовольствий.

– Это ваше последнее слово?

– Да. – Она опасливо взглянула на него, ожидая, что он станет делать дальше.

– Ладно. – Хок подошел к телефону, снял трубку и раздраженно набрал номер. – Антуанетта? – Голос его был ледяным. – Мисс Кроуфорд и я приедем во второй половине дня. Аннулируйте договор об аренде квартиры для мисс Кроуфорд. Она не подошла.

Должно быть, француженка удивилась не меньше, чем сам Хок, потому что следующей фразой, которую он процедил сквозь зубы, была:

– По ряду причин. – И после короткой паузы: – Мне до этого нет дела, заплатите по этому чертову договору сполна. – После чего он швырнул трубку с такой силой, что она подскочила на аппарате, и злобно взглянул на Джоанну: – Поиски квартиры продолжаются. Вы довольны?

– Вам не обязательно этим заниматься. Позже я сама сумею себе что-нибудь подыскать, а пока поживу прекрасно в отеле…

– Я не уеду из Франции, пока вы не устроитесь в подходящей квартире, которую я сам лично осмотрю, ясно вам? – Его взгляд делался все нетерпимее. – Вы не знаете Парижа. Здесь есть очень небезопасные районы, а вы, честно говоря, легкая добыча.

– Что вы себе позволяете?! – воскликнула она, краснея.

– Что слышали, – парировал он, сверля ее взглядом. – Ума не приложу, как это вы сумели дожить до двадцати девяти лет и не попали в силки какого-нибудь проходимца, – заявил он угрюмо. – Может быть, потому, что вы слишком добродетельны, чтобы быть реальной… – Идем! – Он повернулся к двери, и его голос внезапно стал сухим и деловитым. – Я собирался уехать из Парижа сегодня днем, мой рабочий график насыщен до предела, и я не могу терять даром время. Я знаю, в какое агентство обращалась Антуанетта, мы сейчас едем туда.

– Но это вовсе не обязательно…

– Доверьтесь мне. – Это было сказано с иронией, но глаза его излучали доброту, и Джоанне пришлось бороться с облегчением и радостью, которые захлестнули ее теплой волной. Он хочет найти ей надежное, защищенное место – значит, она небезразлична ему?..

«Не глупи, – мгновенно откликнулся на этот всплеск надежды голос рассудка. Ты приехала сюда затем, чтобы работать, и он хочет, чтобы механизм выполнял свои функции на сто процентов. Всякого рода проблемы отразятся на работе, вот чем занята его голова».

Хок так и не уехал тем днем из Франции. Только в пятом часу, посмотрев несколько квартир в разных концах города, они наткнулись наконец на подходящую. Едва Джоанна увидела ее, как сразу поняла – это то, что ей требуется.

Она с самого начала настояла на том, чтобы самой поговорить с агентами, поскольку представления ее и Хока о нормальных ценах на жилье расходились полностью. Ее внимание привлекла квартира на верхнем этаже реконструированного трехэтажного особняка, стоявшего в тихом скверике поблизости от Латинского квартала.

В старинном, мощенном булыжником сквере на лавочках беседовали старички, а рядом с ними резвилась малышня. Все здесь дышало глубоким покоем. Величественные особняки сохраняли достоинство, несмотря на осыпавшиеся балконы и облупившуюся краску. Джоанне здесь понравилось.

– Едем дальше, – окинув беглым взглядом сонный сквер, сказал нетерпеливо Хок, когда шофер притормозил у тротуара.

– Подождите. Ведь я еще не посмотрела квартиру, – быстро возразила Джоанна.

– Думаю, и без этого все ясно, – сказал Хок пренебрежительно.

– Что вам ясно? – Она повернулась к нему, и лучик осеннего солнца заставил ее волосы вспыхнуть алым пламенем. – Здесь прелестно.

– Прелестно? – Снова в его голосе послышались недоверие и изумление. – На что конкретно вы смотрите, Джоанна?

– Я смотрю на счастливых детей с людьми, которые их любят, которые находят для них время, на маленький райский островок среди океана бизнеса, на эти древние булыжники и вековые деревья, на… – Она остановилась. – А на что смотрите вы?

Синие глаза обратились к ней, скользнули по кремовому лбу, тонким бровям, маленькому прямому носику и крупным пухлым губам и снова завладели ее взглядом.

– Хок? – Она сознавала, что неудержимо краснеет от такого хладнокровного разглядывания, но ничего не могла с собой поделать. – Что вы здесь видите?

Он снова оглянулся на площадь и на этот раз произнес без всякого выражения:

– Я вижу корявые деревья, грязные булыжники и убогие дома, у которых такой вид, словно дунь ветер посильнее – и они развалятся.

– И все? – Она медленно покачала головой. – Тогда мне жаль вас, Хок.

– Так вы намерены осмотреть эту квартиру, я правильно понял? И теперь-то вы точно ее выберете, какой бы она ни оказалась, – проговорил он мрачно.