Чтение онлайн

– Мы могли бы заплатить вам миллион, чтобы он больше никому не мешал.

– Москвич, – ухмыльнулся Сирота, – вы всегда были самовлюбленными придурками. Наезжать на Иллюзиониста – все равно, что поезд собственными яйцами останавливать. Пшел вон отсюда. Миллион он мне даст… урод.

Охрана вытолкала Родзянского на улицу, но вывод он для себя сделал – Иллюзиониста вор ненавидит. Но за миллион или даже за пять ничего делать не станет. Права была Ольга, и он на следующий день встретился с ней. Молча протянул миллион рублей.

– Удостоверились, Михаил Яковлевич, – усмехнулась она, – радуйтесь, что здоровье не отняли. – Она положила две красненьких пачки в сумочку. – У Сироты бизнес – наркотики и проститутки. Предложите ему любой канал с Афганистаном, и он выполнит все. Я понимаю, что его у вас нет – придумайте, он это не сможет проверить. Выполнит работу, а найти вас потом не сможет, он в Москве никто, как и вы здесь.

Ольга и в этот раз ночевать не осталась, а Родзянский снова поехал к Сироте. В этот раз его приняли быстрее.

– Я все понимаю, – начал он, – но мы одинаково заинтересованы в смерти этого человека. Я выведу вас на афганцев, а вы, в свою очередь, выполните мою просьбу. Люди серьезные и проверенные, но по цене с ними станете договариваться сами.

Сирота ничего не ответил, пошел поплавать в бассейне. Родзянский хотел было пойти за ним, но охрана усадила его на место. Целый час он парился в костюме, обливаясь потом. Вернувшийся Сирота усмехнулся:

– Вспотел, петушок… может, девочку хочешь?.. Ладно, поживешь пока здесь.

Он махнул рукой, и охрана увела его в отдельную комнату без окон, замкнула дверь. Это не входило в планы Родзянского, но ничего не оставалось делать, как ждать. Он понял, что его продержат здесь до выполнения заказа по Иллюзионисту, а потом потребуют сдать наркоканал. Он был готов к этому и намеревался уйти легко.

Сирота долго думал и, наконец, принял решение. Через три дня Родзянского привели к нему.

– Что, петушок, рассказывай про свой канал с Афганистаном.

– Но я должен убедиться…

– Ты действительно должен, – перебил его Сирота, – рассказывай.

– Мне необходимо созвониться, назначить встречу, переговорить и потом уже свести человека с вами.

– Номер диктуй, – приказал Сирота.

– Но так дела не делаются, вам не ответят и разговаривать не станут.

Родзянский почувствовал, что Сирота ведет свою игру и выбраться из его лап будет не так просто.

– Ты приехал к нам, долбанный москвич, и считаешь, что самый умный? Сами только за счет периферии и живете и ее же ненавидите. Но мы вас тоже не любим, не зазнавайтесь. Я просчитал твои ходы, понял, откуда ветер дует, переговорил с Ольгой. Что на это скажешь, трупик ходячий?

– Ничего, мне надо свою часть договора выполнить, свести вас с представителями афганского наркотрафика.

Он еще надеялся, что Ольга не рассказала Сироте о том, что у него нет связей с Афганистаном. Но начал понимать, что влип по полной. Ему бы только выйти в город, там он легко уйдет от бандитов и в Москве они его не достанут. Поэтому добавил:

– Можно не звонить, поедем в город, и я покажу вам нужного человека, он всегда ужинает в ресторане, я знаю, сами с ним переговорите.

– Ты, сволочь, еще надеешься выбраться от меня? Доили народ нашего города, а теперь не понравилось, что мы сами в свои руки все взяли, разбираться приехали… Мужики, кто его хочет? – спросил Сирота, но не получил положительного ответа, – тогда вызовите мужика с фирмы досуга. Пусть он его обласкает, как следует, потом ко мне эту гниду приведете.

Через час Родзянского привели обратно, хотели посадить на лавку, но Сирота запретил:

– Нечего лавку дырявой задницей пачкать, бросьте его на пол. Ну, что петушок, понравилось, мы к тебе с полной любовью, а ты морду воротишь? – качки Сироты заржали, – у тебя есть один шанс остаться в живых – сдать своего хозяина. Он все равно где-то ворует, где-то закон нарушает, вот и расскажи нам все подробно. Дашь хорошую информацию – останешься жить, станешь опять врать: сожжем тебя в кочегарке живьем. Нет тела – нет дела, – Сирота рассмеялся довольно.

Родзянский понял, что с ним не шутят и сгореть заживо не хотел. До него, наконец, дошло, что живым ему не уйти, но можно вымолить легкую смерть и уйти на тот свет не одному, а с хозяином.

– Я могу вас попросить?

– Попросить? – удивился Сирота, – ну, попроси.

– Понимаю, что вы меня не отпустите, хотелось бы умереть быстро и безболезненно. Я вызову сюда хозяина, сами с ним разберетесь.

– Посмотрите, мужики, москвич поумнел, видимо, с дырявой жопой думается легче. Хорошо, эту просьбу выполнить смогу, – ответил Сирота.

Родзянский включил громкую связь на телефоне и позвонил своему хозяину в Москву.

– Ты куда пропал, три дня тебе дозвониться не могу, кончил эту суку? – сразу же спросил хозяин.

– Нет, я как раз сейчас у него, ситуация изменилась – мы можем не только вернуть все счета, обороты по ним, вклады и так далее, но и приумножить. Есть хорошие предложения по бизнесу, но необходимо ваше личное присутствие.

Родзянский старался говорить бодро и убедительно.

– Хорошо, – ответил хозяин, – завтра первым же рейсом вылетаю, – он отключил связь.

В аэропорту его встретили качки Сироты, представившись службой безопасности банка. Пояснили, что Родзянский ведет очень важные переговоры, встретить лично не может и просил сразу же подъехать. Хозяин поворчал незлобно, но он понимал, что Родзянский прав.

Сирота встретил его с ухмылкой в сауне, сразу же заявил без объяснений:

– Хочешь сдохнуть быстро и безболезненно – сделаешь, что я скажу. В противном случае тебя сначала поимеют в зад, как твоего помощника, – он кивнул на Родзянского, – а потом сожгут живьем в кочегарке.