Чтение онлайн

– Ого, – пропел он, сияя киношной улыбкой. – Смотри-ка, кто нас почтил своим…

– Привет, – кисло улыбнулась Ари. Обмениваться любезностями не хотелось. Вообще ничего не хотелось, если уж на то пошло.

Зевс пристально взглянул на нее, слегка склонив голову набок. Для человека неподготовленного это был почти смертельный удар: в их первую встречу Ари буквально запуталась в собственных ногах, стоило ей увидеть эти глубокие глаза цвета крепкого кофе с лукавыми золотыми искорками. Когда же он, тихо спросив разрешения, приобнял ее за талию с такой аккуратностью, словно она была вазой из муранского стекла, сердце Ари уже вовсю отплясывало джигу. Чары рассеялись, когда она увидела, как он точно так же приобнимает еще одну барышню, а потом еще, и еще, и еще – и так, пока она не сбилась со счета и не пришла к логическому выводу: Зевс – бабник. И, что гораздо хуже, несвободный бабник. Да, у него есть девушка. В смысле, настоящая, не одноразовая. По мнению Ари, в мире существовало не так уж много тайн, достойных внимания, и одна из них – как Гере хватает терпения ждать, когда же Зевс, наконец, сотрет свой член в пыль и будет никому не нужен, кроме нее.

– Есть новости о Дионисе? – Она постаралась придать голосу максимальную беззаботность. Конечно же, Зевса не обманул ее маленький спектакль.

– Нет. Извини. Мне правда жаль.

Не то чтобы она очень сильно надеялась на помощь Зевса, но он всегда был в курсе всех событий, происходящих в кампусе. Ничто не могло укрыться от его любопытства, и если он говорил, что новостей нет, – значит, их действительно не было. Слабость нахлынула на Ари так внезапно, что ей пришлось ухватиться за стену. Давно она не чувствовала себя так хреново. Наверное, с тех пор, как ушел Тесей, – только тогда это было внезапное осознание того, что человек, принесший столько радости и боли в прошлом, теперь тебе безразличен. А в этот раз все было иначе.

– Ари, послушай меня. – Горячая ладонь Зевса сжала ее плечо. – В этом нет твоей вины. Дионис – человек настроения. Ты ведь его знаешь! Наверное, прохлаждается на каком-нибудь роскошном пляже. Нагуляется и вернется.

– Черт возьми, да не могу я сидеть сложа руки! – взорвалась Ари. – Пойми, мне нужно что-то делать. Копам насрать на то, жив ли он вообще или уже валяется в канаве с перерезанным горлом!

– И поэтому ты выполняешь их работу?

– Кто-то же должен, – хмыкнула она. – Ты правда думаешь, что он бы бросил колледж аккурат перед вашим ритуалом Чистки? В Двенадцати каждый человек на счету, каждый важен и нужен, ты сам мне это говорил. Знаешь, я не строю иллюзий на счет Диониса. Он, конечно, безответственный. Но не настолько же! И то, что он ничего мне не сказал, даже не намекнул…

Она запнулась, и Зевс миролюбиво поднял руки:

– Убедила. Поспрашиваю сегодня в «Оракуле». Ты тоже приходи, Аполлон будет рад.

– Могу представить. Он уже полгода заманивает меня в свой кружок по лепке из глины. Как будто я не знаю, что у них там каждое занятие заканчивается оргией!

– Секрет Полишинеля, – отмахнулся Зевс. – Но ты все-таки не подавай виду, что знаешь. А то наш золотой мальчик совсем расклеится. И Гестию приводи.

– Чтобы она перебрала пунша и опять написала в туалете «Афродита – шлюха»?

Зевс рассмеялся, поправляя лавандовый пуловер:

– Кто-то же должен. А как тебе ее новая поэма? По-моему, очень недурно. Возможно, только отсылка к Йейтсу в финале была лишней. Хорошего понемножку…

– У меня мозг сломался на третьей строфе.

– Говорят, это черта горячих людей – не понимать смысл поэзии с первого прочтения.

– О, так я не тупая, я горячая!

Она глотнула из стаканчика, с горечью обнаружив, что кофе совсем остыл. Внезапно Зевс посерьезнел, повернувшись к ней изящным профилем и глядя куда-то вдаль.

– Если мне не изменяет память, Дионису позарез нужны были деньги. Он что-то такое говорил перед исчезновением. Может, конечно, он пошел в то место не за деньгами, но…

Ари вздрогнула, и ее сердце замерло от ярости, страха и раскаяния: причиной ярости была мысль о том, что он оставил ее, причиной страха – то, что она могла больше не увидеть его, а раскаяние… Придет черед и раскаянию. Значило ли это, что он спланировал все заранее? Неужели и правда бросил Двенадцать? Бросил учебу? Бросил ее?

Вслух она только спросила:

– «В то место» – это куда?

– А куда мы идем, когда нам нужен хороший кредит? В общем, жду тебя в «Оракуле». Для всех простых смертных в семь, но, зная тебя, в шесть. – Он махнул на прощание рукой и пошел к лестнице.

– Кредиты выдает «Царство», – нахмурилась Ари. Картина еще не начинала проясняться, но у нее, по крайней мере, появилась надежда. Слабая путеводная нить.

– Сходи к Аиду, – крикнул Зевс, не оборачиваясь. – Может, он и есть твой золотой билет.

Она вышла на улицу. Свет солнца золотил ее черные вьющиеся волосы, согревал смуглую кожу. Двор переполняли голоса студентов, из ближайшей кофейни доносились восхитительные ароматы.

– Гребаная ты заноза в заднице. Где тебя черти носят? – прошептала Ари.

Первую неделю она успокаивала себя тем, что это вполне похоже на Диониса. Взбалмошный и непостоянный, он часто исчезал без предупреждения, а потом звонил ей, крича в трубку, что оказался за сотню миль от кампуса. И эта непредсказуемость устраивала ее. Она казалась раем после бесконечной ревности Тесея и необходимости наблюдать за его преступными выходками. С Дионисом же голова кружилась от пьянящего чувства свободы, и в крови гулял адреналин.

А через неделю после его исчезновения Ари проснулась с бешено колотящимся сердцем. Что-то изменилось, поняла она. Раньше ей часто снились кошмары: например, о той ночи, когда кровь мертвеца оказалась у нее на руках. Ари могла проснуться от собственного дикого крика, перебудив соседок. Сны казались такими яркими, что ей приходилось вставать с постели и бродить туда-сюда по комнате, пока сердце снова не начинало биться в привычном ритме. Но через неделю после исчезновения Диониса она проснулась с новым чувством. С четким осознанием, что все вокруг – ненастоящее. Что ее жизнь, ее воспоминания, ее личность студентки с богатыми родителями и хорошими оценками – фальшивка. «У меня была другая жизнь», – ошеломленно подумала она, снова опустившись на подушку. Утром острота этого чувства притупилась. Но на смену ему пришло новое: все вокруг идет не по плану. Все изменилось.

– Так много всего произошло в эту неделю, – негромко продолжала она, обращаясь к тому, кто все равно не мог ее услышать. – Я чувствую, будто прожила сразу три года. А я не хочу думать о своих проблемах. Я хочу выслушать, как прошел твой день. Хочу просто услышать твой голос. Обнять тебя, в конце-то концов.

Ари не понимала, что послужило точкой отправления. Когда все покатилось под откос? С той проклятой вечеринки? С момента, когда она получила максимальную оценку за тест, к которому совсем не готовилась? Или, может, с той безумной ночи в полицейском участке, когда они с Дионисом впервые встретились? Ари не могла сформулировать.