Чтение онлайн

«Боже мой! Наверное, я пьян сильнее, чем мне кажется!» Кучер покашлял в кулак.

– Домой, милорд?

– Домой? Если ты имеешь в виду замок Риво, то ответом будет «нет». Вези меня к Бетти!

– Слушаюсь, милорд.

Стоящий на задних лапах грифон – наполовину орел, наполовину лев – злобно смотрел с герба на дверце кареты, его острые когти грозили смертью всем врагам маркиза. Найджел шутливо приподнял шляпу, приветствуя грифона, и забрался в карету.

Дом Бетти скромно прятался в глубине улицы. У парадного входа гостей встречал чопорный молчаливый дворецкий. Однако когда открывались внутренние двери, вестибюль наполнялся светом и музыкой. Найджела всегда забавлял этот контраст. Но он не пошел на звук клавесина в гостиную, где ждали девушки. Вместо этого дворецкий провел его боковым коридором в жилое крыло дома. Темноволосая женщина протянула руки ему навстречу.

– Боже мой! Найджел? В четыре утра!

Найджел небрежно поцеловал ее в щеку. Она была одета в очаровательное вечернее платье темно-бордового цвета с блестящей черной окантовкой. На шее у нее висела цепочка с массивным бриллиантом.

– Бетти, ангел мой, как идут дела?

Она обхватила его голову ладонями и крепко поцеловала в губы, а затем отстранилась на расстояние вытянутой руки. Взгляд ее умных глаз скользнул по его лицу.

– Все отлично, противный мальчишка, но ты здесь ни при чем. О тебе рассказывали ужасные вещи: ходят слухи, ты играл, и ставка была просто неприличной. Весь вечер только об этом и говорили. Они клевещут на тебя, мой дорогой?

Найджел терпеть не мог, когда в ее глазах появлялась тревога, но он заставил себя улыбнуться.

– Дурная слава накрепко пристает, – бросил он и высвободился из ее рук. – Тем не менее, к сожалению, на этот раз все правда.

Бетти от неожиданности села.

– Чего ради тебе выигрывать женщину в кости? Почему бы просто не нанести визит моим девочкам? Они соскучились по тебе. Вернувшись из Франции, ты не провел здесь ни одной ночи. Это неестественно.

– Моя дорогая, твои девочки были для меня светом в окошке, когда я был молод, глуп и неопытен. Я перерос их. Другое дело ты. С каждым годом ты становишься все прекраснее.

– Вздор! Я шлюха, и мне сорок пять. Что тебе от меня нужно, мой милый мальчик?

– Я хочу нанять тебя, Бетти. Тебя и всех твоих девочек, – ухмыльнулся Найджел. – Я оплачу тебе простой.

– Если хочешь, я сама могу заплатить. – Бетти широко улыбнулась ему, многозначительно поигрывая гибкими, унизанными кольцами пальцами.

– О нет, ни в коем случае! – Найджел поймал ее руку и поцеловал. – Хотя ты очень милое создание, и я разбиваю себе сердце, отказывая тебе.

Бетти вспыхнула, как девушка.

– Но ты же знаешь, дорогой, что я ни в чем не могу отказать тебе. Ты получишь от меня все, что пожелаешь, даже если для этого придется превратить мой публичный дом в женский монастырь, а меня в мать-настоятельницу. Так что же тебе на самом деле нужно в Суссексе?

Найджел слегка куснул ее указательный палец, и она, рассмеявшись, отдернула руку. Он искренне восхищался Бетти, и в этом чувстве не было и намека на страсть. Прошло много лет с тех пор, как они были любовниками. Профессиональные отношения на короткое время озарились ярким и глубоким чувством, а затем перешли в настоящую дружбу. Когда он вернулся из Парижа, ослабевший, утомленный и опустошенный, она предоставила ему убежище, наполненное теплом и любовью. Найджел был достаточно проницателен, чтобы понимать, во что ей обходится собственное великодушие. Но что он мог предложить ей взамен?

– Ты, несомненно, слышала о женщине, которую Доннингтон нашел в Дувре, когда возвращался из Парижа? Она только что приехала из Индии, словно груз экзотических специй. Таинственная и загадочная жрица любви. Она все еще томится в одиночестве в Фарнхерсте, в этом прискорбно унылом кирпичном доме, пока Доннингтон предается игорным страстям в городе. Неужели самый известный распутник Лондона будет и дальше терпеть такое безобразие?

Бетти взяла его за руку, и се участливый жест требовал серьезного ответа.

– Ты ищешь чего-то нового, мой дорогой? Свежих впечатлений?

Он понимал, что это проверка их дружбы, которую он вряд ли выдержит. Он не стряхнул ее пальцы, а накрыл ее ладонь своей, расслабленной и ничего не обещающей. Найджел понимал, что это хотя и слабый, но упрек, и испытывал неловкость от собственного поведения.

– Боже милосердный! – с наигранной веселостью воскликнул он. – После Москвы и Парижа? Да я переполнен впечатлениями! Я изнурен и опустошен пережитым, Бетти.

Бетти отпустила его руку, и взгляд ее прекрасных темных глаз остановился на его лице.

– Вот почему все это время – что бы там ни говорили про распутного маркиза – ты жил как монах. А теперь ты выиграл шлюху в кости и хочешь, чтобы я помогла тебе устроить ночную оргию. Я правильно поняла?

Он наклонился к женщине и коснулся висевшего у нее на шее бриллианта.

– Ты получишь еще один не менее прекрасный бриллиант, Бетти. Из моих собственных рук. Кроме того, разве весь Лондон не ждет, что я отниму у Доннингтона эту индийскую прелестницу? Неужели ты лишишь меня женщины, чья репутация соперничает с моей?

Бетти раздраженно передернула плечами, и бриллиант подпрыгнул, сверкнув в лучах света.

– Ты хочешь пустить мне пыль в глаза, Найджел? Я знаю, через что тебе пришлось пройти и как сильно ты страдал. Твоя бравада не обманет меня, мой милый.

Найджел подошел к камину. Пламя свечей мерцало. Он посмотрел на темные тени, пробегавшие по его руке, лежащей на каминной доске. Он чувствовал, что разрывается на части, словно кусок ткани, которую натянули слишком сильно.

– О Боже, – с кривой улыбкой произнес он, – мне казалось, я заслужил это.

– Немногие из нас получают то, что заслужили. Он поднял голову и повернулся к ней.

– Я не могу позволить себе быть таким откровенным, Бетти.

– Вздор! Ты очень пьян и смертельно устал. Ради всего святого, ты можешь хоть ненадолго перестать контролировать себя? Ты же знаешь, что здесь ты в безопасности. Ведь уже все позади, милый? Разве ты не можешь отдохнуть?

Найджел принялся расхаживать по комнате.

– Иногда мне кажется, что это никогда не кончится! После того как Наполеона сослали на Эльбу, в нашей парижской штаб-квартире в сундуке остались лежать важные документы. По неизвестной причине – то ли из-за некомпетентности, то ли по ошибке или из-за обыкновенной глупости – они хранились вместе с обычными отчетами, планами реконструкции и счетами за вино. Документы пролежали там почти год, а когда их вернули в министерство иностранных дел, обнаружилось, что некоторые бумаги зашифрованы. Теперь, когда Бонапарт бежал и вновь захватил власть, распространились слухи, что я мог расшифровать их. Просто ради забавы, на всякий случай.