Чтение онлайн

– Фу, ну и уродина, - только и смогла вымолвить девушка, когда принц закончил

Но это было еще не все, принц встал, взял палку и, приподняв одно плечо, так скрючился, что Алаине стало не по себе. А принц, посмотрев на ее лицо, остался доволен результатом.

– А теперь надо кое-что подправить и в твоем личике, а то слишком симпатичный мальчишка получился. И не бойся, не бойся, не буду делать тебя слишком уродливой, так, слегка.

И усадив растерянную девушку на стул, нанес ей под глаз синеватой краски, а над другим глазом налепил что-то.

– Теперь смотри, - разрешил он.

– Это не я, - вынесла свой приговор Алаина, вглядевшись в свое отражение.

– Ну, вот и отлично. Хотя мне это тоже не нравится. Это еще один шаг к провалу нашего плана. Если кому-то придет в голову помыть нас для выяснения личности, то весь наш грим смоется.

Когда они закончили, Алаина попыталась опять спросить:

– Корн, ты уверен, что все это необходимо. Я не такая уж преступница, я свободный человек, в конце концов, ты же принц, для чего нам все это, чего ты боишься?

– Потом, Алаина, потом, только поверь мне, что все это гораздо серьезнее, чем кажется. Я слишком хорошо знаю свою семью и слишком люблю тебя, что бы полагаться на хорошие стечения обстоятельств. Потом я расскажу тебе все, и ты поймешь. А теперь нам надо спешить и я молю богов, что б мы успели.

Как Корн не торопился, он все же убрал все, что могло выдать их план. Тряпье, волосы, свою одежду и платье Алаины, все это было скручено в узел. Содержимое ларца с гримом, Корн переложил себе в котомку, во втором ларце оказались монеты и несколько листиков бумаги. Монеты в основном были золотые, несколько серебряных.

– Это наше будущее, - торжественно произнес Корн.
– Я копил его последние два года, специально, чтобы не зависеть от отца. Тут и его ежемесячные выплаты мне, как принцу, и мое жалование, когда я служил простым сержантам. Если мы лишимся этих денег, нам придется долго копить на нашу ферму, думаю, к старости как раз накопим.

– Куда же ты его денешь, ведь не потащишь же в своей котомке?

– Там, снаружи, я подготовил местечко, - с этими словами Корн пересыпал монеты в мешочек.

– А это наше спасение, - добавил Корн, беря в руки листочки.
– Это план потайных ходов. Их тоже надо сохранить, хотя я могу их и восстановить.

Затем он подставил стул к одной из стен, нажал нужный камень и вылез в образовавшееся пространство. Осторожно оглядевший, он вернулся и протянул руку Алаине.

Так они оказались в дальнем конце ужасно захламленного двора. А воняло так, что Алаина чуть не задохнулась. Первым делом Корн подошел к стене и, вынув один из камней, засунул туда мешок.

– Запомни хорошенько место, - потребовал он.

Два пустых ларца они разбросали по свалке, потом соорудили костерок и кинули туда подготовленный узел. Принц принял свою сгорбленную позу. Так они посидели некоторое время, дожидаясь, когда в костре сгорит все основное, и поплелись к выходу.

Но уйти из города они не успели. Ворота были закрыты и абсолютно никого не выпускали и не впускали. Пришлось выжидать и вживаться в выбранную Корном роль, благо в столице было полно нищих.

Перед тем, как оказаться через три дня в конюшне за один медяк, две ночи они ночевали на улице, под мостом и на рынке у какого-то ларька. А днем выбирали немноголюдные места. Принц делал это специально, чтобы получше привыкнуть к обстановке. Им неважно было сейчас, сколько им подают, они учились. У принца уже был кое-какой опыт, и он делился им с девушкой. Также им необходимо было побольше нанести на себя грязи и, поголодав немного, выглядеть более изнуренными. На третий день они вышли на более оживленную улицу, здесь и состоялся разговор с охранниками. Принц был прав, их ищут. Но девушку все же грызли сомнения. И вот теперь, в конюшне, сидя так, чтобы была видна входная дверь, Алаина начала:

– Ты оказался прав, Корн, нас ищут. Но с какими целями? Ты не дал своему отцу и слова сказать. Ты представил меня как свою невесту, не спросив его благословения. Так любой отец выйдет из себя. Ты действовал так стремительно, будто уверен, что отец покарает и тебя и меня, но ты ведь все-таки его сын. За что нас карать? Я люблю тебя, я верю тебе, но объясни мне все это.

– Скажи мне сначала, народ любит короля, он пользуется его уважением?

– Нет, мы не любим короля, ну и что. Но он же твой отец.

– Ты пойми, жестокий с другими, он не меняется в семье.

– Я не понимаю. Моя бывшая госпожа Сватке тоже жестокая женщина, но свою дочь она любит, обожает и сделает для нее все, что та пожелает.

– Ты уверена? А вот скажи, если эта доченька захочет приютить у себя щенка, ее дорогая мамочка разрешит?

– Смотря какого, - засмеялась Алаина, - если бродячего, конечно нет. А ты что, сравниваешь меня с бродячей собачонкой.

– Для моей семьи да, ты будешь выглядеть именно так, - он помолчал, - особенно после Тарских гор. Но я люблю тебя, я прошу тебя выйти за меня замуж и не позволю, чтобы тебя у меня отобрали. А им это ничего не стоит, сколько раз отбирали у меня в детстве тех, кого я любил. В королевской семье должно быть все породистым и благородным. Это относится абсолютно ко всему: и к собакам и к лошадям. У нас полно птиц, но они все обязательно красивы и обязательно в золотой клетке. И наплевать, если мне жаль старого моего пони, и я готов за ним сам ухаживать, лишь бы он жил, мой маленький преданный друг. Мне лучше купят десяток породистых жеребцов. В королевской семье, в моей семье должно быть все только лучшее. Я и раньше не вписывался в свою семью, я слишком мягок для них, им не нужен такой, они с детства пытаются переделать меня, переломать. Теперь тем более, когда я люблю, по их мнению, не того, кого следует. Может они и любят меня, наверняка они меня любят, но я не чувствую этой любви, и не хочу всю оставшуюся жизнь подстраиваться под их правила Я люблю тебя. Но моя семья сочтет тебя недостойной королевского сына. И как ты думаешь, они поступят? А гнев моего отца! Если бы он в гневе просто выгнал тебя и меня в придачу, то это было бы очень даже неплохо! Но такого не будет, поверь мне. Если я сейчас не вырвусь, я останусь пленником моего отца, а потом своего брата на всю оставшуюся жизнь. И потом, есть еще одна проблема - мои братья. Они любят красивых девушек. Сколько раз отцу приходилось откупаться от рассерженных семей. Да, семьи успокаивались, но девушки-то оставались обижены. А сколько тех, кто не мог бы постоять за себя. Я боюсь их. Мне не стыдно в этом признаваться, потому что до сих пор я, хотя и могу теперь противостоять одному, двоим всегда проигрывал. Мне хочется думать, что уж за тебя я бы смог постоять, но боюсь рисковать, боюсь проиграть в очередной раз, боюсь потерять тебя. Вот почему мы бежим и прячемся. Вот почему я, как только вернулся от разбойников, как только решил уйти от своей семьи, потихоньку подготавливал свой побег. Подземные ходы я обнаружил случайно, ту комнату нашел, только тщательно обыскивая ходы, всего несколько месяцев назад. Я решил выйти из дворца нищим стариком. Я подготовил все и собирался найти тебя и забрать с собой. Я планировал купить где-нибудь ферму, и мы смогли бы заняться разведением лошадей. Лошади, это единственное, что я знаю и умею. И я смог бы прокормить свою семью. Семью, которая моя, которую я люблю.

Корн надолго замолчал. Потрясенная девушка тоже молчала. Потом все-таки сказала:

– Да, я помню, ты рассказывал раньше про свою семью, но мне как-то трудно привыкнуть к этому. И ведь вспомни, они пошли на условия Ургана, чтобы освободить тебя, ты не безразличен им.

– Конечно, нет, я же сказал тебе, по своему, они любят меня, но я не знаю, как они отнесутся к моему решению взять тебя в жены, тем более сейчас, когда мне вообще запрещено выбирать самому, а ты жила некоторое время у разбойников.

– Они не разбойники, Корн, ты же знаешь это, - запротестовала Алаина.

– Да, я знаю, но для отца, если он узнает, а он узнает, не сомневайся, ты уже преступница, связавшись с разбойниками. И он не позволит королевскому сыну, - Корн горько усмехнулся, - ввести в семью такую особу.

– Корн, я не хочу, чтобы из-за меня ты уходил из семьи, это нехорошо!

– А я счастлив! И…, Алаина, не надо больше об этом, ладно?

Они опять надолго замолчали.

– Теперь расскажи ты. Как ты оказалась на балу? Я не переставал думать о тебе ни на минуту, но кого угодно, но только не тебя я ожидал увидеть воочию.