Илония
Шрифт:
– Вы решили, - усмехнулся Варлоу.
– Да знаете ли вы, что каждый ваш шаг и вздох был известен госпоже? У нее немало осведомителей среди моих ребят и убей меня бог, если я знаю кто. Да, даже, если б я и знал, ничего не смог бы поделать. И все дороги под наблюдением, все тропки. И если бы кто надумал бежать отсюда, он не смог бы этого сделать. Вы были здесь в безопасности, пока госпоже было так угодно, пока, как ей докладывали, ты, парень, был обессилен тяжким трудом. Теперь, когда ей донесли о твоих выездах, она приехала навестить тебя. Ты ее очень заинтересовал, Орни, а я почему-то уверен, что ты не пойдешь добровольно к ней в спальню. Так ведь?
Корн только мотнул головой.
– Почему-то госпожа тоже так считает. Поэтому-то и оставляет здесь несколько своих стражников, чтобы ты случайно не убежал. И поверь мне, тебя ждут большие неприятности. И еще, - Варлоу встал и, пронзая Корн своим взглядом, добавил, - госпоже стало известно, что ты интересовался насчет земли. На какие деньги ты собираешься купить землю, парень?
Корн отшатнулся.
– Варлоу, неужели ты думаешь, что я обокрал тебя и свлих товарищей.
– Парень, если бы у меня было хоть малейшее подозрение, я лично свернул бы тебе голову. К счастью, госпожа тоже так думает. Но вопрос остался. Ты собираешься покупать землю?
Корн на это твердо произнес:
– Варлоу, я уважаю тебя, ты был добр к нам и мне жаль, что мы стали причиной навалившихся на тебя неприятностей. Да, мы собираемся купить землю, и у нас есть сбережения. И эти деньги не имеют никакого отношения к твоему прииску, Варлоу. А насчет стражников - они мне не помеха. Мы уйдем сегодня же ночью.
– Ты ничего не понял, парень. Вы не уйдете отсюда, потому что я не отпущу вас. Потому что если вы уйдете, госпожа уволит нас всех. Мы лишимся не только работы, но и своих домов.
Алаина ахнула, Корн побледнел.
– Варлоу, этого не может быть, - не веря своим ушам, сказал Корн.
– Может, Орни, может. Я же сказал, что у меня от вас неприятности. И поверь мне, парень, ты останешься тут до тех пор, пока госпожа не призовет тебя в свои покои. Даже если мне придется держать тебя день и ночь связанным.
С этими словами Варлоу вышел, а Корн с Алаиной еще долго молча стояли и смотрели в немом ужасе друг на друга.
В эту ночь они так и не заснули, строя планы и отвергая их. Наконец они сошлись на том, что, как только за Корном придут, он спокойно поедет в замок. А Алаина тут же уходит из поселка и идет в город. Корн избавляется от стражников, забирает деньги и также едет в город. Там они встречаются в трактире "Алмаз Марка", что находится рядом с рынком. Дальше они будут действовать по обстановке, по крайней мере, им не привыкать перевоплощаться в других людей.
Несколько дней прошли относительно спокойно, не считая наглых взглядов стражников и внезапной стены, которая пролегла между молодыми людьми и остальным населением поселка. Стражники сами разболтали об угрозе увольнения всех в случае побега Корна из лагеря, и Корн постоянно ощущал на себе настороженные взгляды. Наблюдение велось исключительно за Корном. На Алаину никто не обращал внимание. Их это только порадовало. Увольнения всех из-за побега девушки, видимо не рассматривались, как лишенные основания.
Но Корн с Алаиной недооценили Орланию. Однажды, возвращаясь с работы, Корн не нашел среди встречающих Алаину. Недоуменно оглядывая поселок, он натыкался только на торопливо отводящие глаза женщин. Все разъяснил подошедший ухмыляющийся стражник.
– Твоя красотуля в поместье, дурень. Госпожа решила, что так будет надежней. Ты сам прибежишь к ней, как миленький. И не понимаю, что ты так ерепенишься. Иметь двоих вместо одной…
Варлоу еле успел перехватить Корна, когда тот рванулся к наглому стражнику.
– Стой, принц Корн, - еле слышно шепнул Варлоу ему на ухо, стискивая его своими крепкими руками.
От неожиданности Корн даже и не подумал вырываться, он только удивленно смотрел Варлоу в лицо, когда тот оттаскивал его к стене дома.
– Погоди-ка, командир, - крикнул Варлоу стражнику, - сейчас я скажу этому мальцу несколько ласковых слов, и у вас больше не будет с ним проблем.
Со стороны эта картина выглядела довольно-таки грозной. Варлоу, хотя и уступал Корну в росте, был в обхвате вдвое его больше, а его кулачищи, схватившие того за рубашку, были с голову юноши. Он что-то говорил Корну твердо и угрожающе, но никто не слышал что. А если бы слышали, не поверили бы.
– Принц Корн, ты уйдешь с моего прииска молча и спокойно…
– Варлоу, откуда…, то есть с чего ты взял…
– Я, парень, умею видеть, слушать и сопоставлять. И вот что я тебе скажу. Ты уедешь с этими подонками из поселка по доброй воле, вызволять свою жену, а выяснять с ними отношения можешь потом. Возьми у меня осторожно нож…
– Нет, Варлоу, - Корн опустил глаза и расслабился, - извини, ты прав, мне надо действовать более осмотрительно. А нож я не возьму. Его могут опознать.
– Молодец, парень. Я и не собирался тебе его давать, хотел проверить тебя. Ты начал соображать здраво. После того, как освободишь жену, иди в столицу, найдешь стражника Турина, это мой племянник, он поможет тебе. Все, удачи тебе.
Варлоу отпустил Корна, и тот от неожиданности, лишившись поддержки в виде рук старосты, упал на землю.
– Теперь он ваш, командир. И он теперь будет послушным. Но я бы советовал вам связать его на всякий случай.
– Варлоу, ты дурак, как же он убежит, если его девчонка ждет в поместье. Я думаю, нам самим придется за ним мчаться до самого хозяйского дома. А если пожелает кулаками помахать, так нам только в радость, поразмяться можно будет.
– Все три стражника весело загоготали.
– Как хотите, командир, я сделал все, что от меня зависит, и предупредил вас. Передайте госпоже, что мы выполнили ее приказание.
Корн в это время молча, ни на кого не глядя, сходил в дом, взял уже приготовленный заплечный мешок, оседлал Татика и Малютку, вскочил на Татика и ведя на поводу Малютку, все также молча направился к выезду из поселка. И только проезжая мимо тетушки Ранисы, попросил:
– Тетушка Раниса, последите, пожалуйста, за нашим домом, чтобы, когда я вернулся с Линой, там было чисто.