Илья Ильич
Шрифт:
Надо сказать, что собравшиеся в тот вечер на квартире Владимира Ивановича Нарбута были людьми в высшей мере благородными, великодушными и бескорыстными. Чистейшей воды альтруисты, юноши со взором горящим. Поэтому никому и в голову не пришло желать чего-нибудь для себя лично. Нет, друзья решили осчастливить всё человечество. И вот тут выяснилось, что это самое всеобщее счастье каждый из присутствующих представляет по-своему. Не вызвал разногласия тезис о необходимости мгновенного избавления от болезней, нищеты, социального неравенства, насилия и любой формы эксплуатации. Единогласно решили избавить человечество от старости, пускай, дескать, каждый живёт молодым, сколько отмеряно, а после быстренько без мучений и маразма помирает. Но вот механизм осуществления задуманных ништяков, вызвал ожесточённейшую дискуссию.
Спорили до самого утра, да так и не выработали модель социального и политического устройства нового дивного общества. В результате пришли к паллиативному компромиссу, в итоге и погубившем светлые наивные души.
По всей видимости, Илья Ильич старший относился к этой легенде как к первоначальному варианту сказки Катаева и не придавал ей особого значения. Иначе вряд ли стал рассказывать ребёнку о событиях, имеющих мистический подтекст. В его интерпретации это была поучительная история на тему несбыточности мечтаний о благе всеобщем, единомоментном и равнопорционном. И о том, что с инфернальными сущностями шутки плохи, поэтому от всего мистического лучше держаться подальше.
Конец ознакомительного фрагмента.