Именем любви
Шрифт:
Женщине на диване около тридцати лет. Она миниатюрна, но прекрасно сложена, у нее буйные черные кудри и ярко-зеленые, как у кошки, глаза. Макияж ее безупречен, руки ухожены, а платье… платье стоит три штуки баков, и этим все сказано. В том смысле, что это ее повседневная одежда.
В руках у женщины книжка в яркой обложке. Любовный роман из серии «Цветок в грязи». Эти книги женщина предпочитает всем остальным, потому что в них нет ни грамма правды. Выдуманные истории про выдуманных людей. Отчаянная и беззаветная любовь. Великодушие и благородство. Сногсшибательные любовные приключения. Непременная пышная свадьба в конце.
Словом, все то, про что Шерилин Гейнс, она же Шерри Со Льдом, совершенно точно знает: этого на самом деле не бывает. Никогда. Ни с кем. Нигде.
Шерри двадцать восемь лет, и на данный момент она занимает туманную должность главной помощницы и ассистентки Китти Шарк по вопросам управления. Проще говоря, Шерри является главным администратором «Изящного салона Китти Шарк», и в ее ведении находится практически все это беспокойное хозяйство – от стрип-бара до VIP-номеров класса люкс в одноименном отеле.
Да, именно отелем «Изящный Салон» и является. Хотя очень многие в Сарасоте считают его скорее борделем.
Шерри потянулась и лениво спустила ноги с диванчика. Десять лет прошло… Много или мало?
С точки зрения душевной чистоты и наивности – вечность.
Отель «Изящный салон» имел сложную и противоречивую репутацию. Начнем с того, что в девятнадцатом веке он действительно был борделем, знаменитым едва ли не на весь Техас. С тех самых пор сохранились паркет, дубовые панели на стенах, тяжелые золоченые люстры и в высшей степени фривольные гобелены на стенах галереи второго этажа. Все остальное – обивку мебели, кровати в номерах, сантехнику – естественно, заменили, но стиль остался прежним. Много алого бархата и золота, аромат амбры и мускуса, ванили и дорогого коньяка, тяжелый, чувственный, сразу настраивающий на определенный лад.
Отель предназначался для молодоженов, хотя Шерилин Гейнс неоднократно задавала себе вопрос: неужели нормальному жениху придет в голову везти свою прелестную избранницу в отель, где всего сто лет назад проходили буквально-таки оргии – если верить старым газетам?
Разумеется, сейчас отель ничем неприличным и незаконным не занимался, хотя… что считать приличным?
Эротический массаж, возбуждающие чаи, шоу-программа со стриптизом – Китти Шарк утверждала, что иногда молодоженам требуется помощь профессионалов. Во всех номерах имелась подборка специальной литературы – от советов психолога до «Камасутры в картинках». Прилично это?
С другой стороны, случайные люди сюда не попадали. Номера бронировались загодя, документы о заключении брака проверялись тщательно. У Китти Шарк была ужасная репутация, но она ею дорожила.
Десять лет назад Китти Шарк скептически осмотрела сердитую и смущенную Шерри Гейнс с головы до ног и изрекла:
– У шеста тебя не разглядят, а для сексуальной горничной у тебя слишком упрямый нос. Будем лепить из тебя управляющего.
И лепила – все эти десять лет. Оплатила учебу на разных курсах, сама контролировала достижения Шерри на профессиональном поприще, постепенно доверяя ей все более сложные задания. Отправляла в Европу – набираться опыта.
Сегодня Шерилин Гейнс, Шерри Со Льдом, была взрослой, независимой, обеспеченной и свободной женщиной, профессионалом высочайшего класса, знавшей цену себе – и окружающему миру. Наверное, ее можно назвать даже и циничной… Наверняка можно.
Кстати, у шеста она танцевать тоже умела. На всякий случай. Китти была сторонницей всестороннего образования.
Шерри со вздохом поправила буйные черные локоны, одернула короткую юбку и направилась к кабинету Китти Шарк. Просунула голову в дверь и вопросительно взглянула на разгневанную хозяйку отеля.
Китти Шарк – осиная талия, полон рот фарфора, силиконовый бюст и абсолютно мужской мозг, прячущийся под копной обесцвеченных синтетических кудряшек, – метнула в Шерилин взгляд, способный испепелить полк солдат.
– Только не говори мне, что сидела в сортире. Ты отлично слышала, что я тебя зову.
– Слышала. Я здесь.
– Ты должна была подойти десять минут назад. Впрочем, не важно. У нас намечается VIP-персона.
– Подумаешь! Они все время тут намечаются.
– Не груби мамочке. На этот раз все серьезно. Мне звонил один очень влиятельный дяденька, имя тебе его знать ни к чему, достаточно будет и того, что его дочурка пока еще носит фамилию Морган, хотя… пожалуй, уже час, как не носит…
– Китти, я слушаю.
– Я знаю, что ты слушаешь. Так вот, малышка Морган сегодня выходит замуж и собирается провести первую неделю медового месяца в нашем отеле.
– Пока ничего сверхъестественного я не…
– Помолчи. Папенька знаком со мной еще… не важно, давно он со мной знаком. Я ему практически как сестра. Старшая. Ну… или как тетка. Он от меня ничего не скрывает. Короче, у девчонки проблемы с сексом.
– Она убежденная девственница и пуританка?
– Хуже. Она любит девочек, а не мальчиков.
– Надеюсь, замуж она вышла за…
– Не надо пошлостей, Шерри. Нормальный династический брак – Морганы и Форды, они этим развлекаются уже второе столетие. Папенька невесты намекнул, что если после медового месяца… то бишь недели в нашем гнезде порока молодая почувствует вкус к противоположному полу, его – папеньки, не пола – благодарность не будет знать границ.
– Понятно. Только вот я не думаю, что наследница Морганов и новоявленная супруга Фордов согласится посещать психологические тренинги и читать брошюры из цикла «Помоги себе сам».
– Разумеется, иначе я не вызвала бы тебя. Шерилин, мне нужен суперкурс. Полный конфиденс, идеальные декорации, выверенные мизансцены. Психолог – естественно, красавец! – будет мягко и ненавязчиво внушать новобрачной мысль о том, что мужчины – это лучшее, что случается с женщиной в жизни.
– Надо полагать, с дамами она должна встречаться пореже?
– И исключительно с гетеросексуалками. Пара-тройка счастливых новобрачных пар на этаже. Один столик с психологом.
– Я так понимаю, психолог не из наших?