Чтение онлайн

В полном шоке она бродила по городу, потом вышла к пляжу и, дрожа, села на песок. От берега отчаливал рыбачий парусник. Его красные паруса отлично смотрелись на фоне темнеющей синевы моря рядом с нежной охрой прибрежного песка. Ей захотелось оказаться на этом судне и уплыть от всей этой сумятицы, от неурядиц и невзгод.

Услышав, как часы бьют семь, она обернулась и увидела, что столы в барах на набережной заполняются посетителями. То была часть привычного здесь ритуала. Каждый вечер сидеть, пить и обсуждать красивых отдыхающих, которые дрейфуют по улице пешком или на малой скорости в открытых машинах. Многие из них просто шествуют до конца пляжа, разворачиваются и следуют обратно, и так по многу раз, чтобы каждый мог ими полюбоваться. Имоджин с неохотой решила, что ей все же надо вернуться в гостиницу.

Скала, возвышавшаяся над заливом, окрасилась закатом в розовый цвет. Кипарисы на фоне неба торчали, как задранные кошачьи хвосты. Море подернулось аметистовой дымкой.

К ее ужасу, первые, кого она увидела, были Ники и Кейбл. Они сидели под рекламным зонтом кока-колы, который отбрасывал на их загорелые лица красноватый отблеск, и пили водку с тоником. На Кейбл была белая кружевная блузка, завязанная под грудью, и такого же цвета кружевные шорты — туалет, в котором любая другая выглядела бы толстоватой. Ее открытый от груди до талии торс блеском и цветом напоминал красное дерево. На Ники были белые брюки и серый кашмировый свитер. Его черные кудри еще не высохли после душа. Оба они выглядели величественно утомленными, пресыщенными и красивыми, как две пантеры после еды. Пунцово-красная и озабоченная своей разлохмаченной прической и всем растрепанным видом, Имоджин попыталась пройти мимо них, но Ники увидел ее и окликнул.

— Где ты была? Я тебя повсюду искал. Иди сюда и расскажи нам про замок и о боевых действиях Эджуортов.

— Я все-таки с ними не поехала, — пробормотала она.

Ники сразу насторожился.

— Я прошлась по пляжу, — быстро добавила она. — Загорала и отправила почтовые открытки. Мне надо пойти переодеться.

— Сперва выпей, — сказал Ники, решительно усаживая ее на пустой стул рядом с собой. — Что с твоими волосами?

К счастью, в этот момент подошли Ивонн и Джеймс, оба вымытые и в туалетах, казавшихся неимоверно хорошо выстиранными.

— Замок просто очаровательный. Ты много потеряла, Имоджин. Владелец оказался дома и сильно мной увлекся, — объявила Ивонн, поправляя себе прическу. — Он все нам показал. У них там еще есть дегустация вин, и он угостил нас вином. Нет, спасибо, Ники, мне только ананасового сока и Джеймсу ничего крепче не надо.

Ники на своем беглом французском заказал напитки и вернулся к пакету с чипсами.

— Жаль, что ты не проявляешь большого интереса к культуре, Кейбл, — заметила Ивонн, неодобрительно глядя на оголенную часть торса Кейбл. — Я уверена, что если бы ты ею увлекалась, у тебя с Маттом по вечерам было бы больше тем для разговоров.

— У нас с Маттом по вечерам есть занятия поинтереснее разговоров, — отрезала Кейбл.

Кружившаяся над ними в поисках поживы чайка вдруг устремилась на чипс, который Ники уронил на пол.

— Отвали, — сказал Ники, наступив на чипс.

— Надеюсь, ты говоришь это всем птичкам, — предположила Кейбл.

— Мне совсем не хочется, чтобы она меня пометила, — сказал он, ухмыльнувшись.

— Говорят, это на счастье, — вставил Джеймс.

— Один раз я имел это счастье во время игры в Риме. И мигом проиграл сет.

— Как прошла тренировка? — спросил Джеймс. — Подыскал себе подходящего партнера?

— К моему удивлению, да, — сказал Ники, рассмеявшись. — На этот раз пришлось изрядно попотеть.

Когда все отвлеклись на подоспевшую выпивку, Имоджин увидела, как он протянул руку и нежно погладил Кейбл по бедру. Та, с наслаждением изогнувшись, одарила его улыбкой.

Джеймс безо всякого энтузиазма сделал глоток ананасового сока и поперхнулся.

— Должно быть, пошло не в то горло, — оправдывался он. Глаза у него заслезились, и Имоджин постучала его по спине.

— Я не думала, Имоджин, что, если у тебя намокнут волосы, то они будут так торчать, — самодовольно проговорила Ивонн.

Я ее ненавижу, подумала Имоджин. Схватила бы ее за проклятую чистую шею и придушила своими руками. И тут она увидела Матта, который направлялся к их столу, и у нее от любви что-то оборвалось внутри и появилось такое ощущение, будто она катится вниз на скоростном лифте. Он выглядел переутомленным и рухнул на стул рядом с Кейбл.

— Дорогой, — сказала она с ненатуральным интересом, — что разузнал?

— Все лопнуло, я в полном дерьме. Сдаюсь. К Браганци подобраться явно невозможно.

— Не скажу, что я этим огорчена, — сказала Кейбл, игриво проведя рукой по его бедру, — для разнообразия мы будем иметь удовольствие общения с тобой.

«Как она может?» — в ужасе подумала Имоджин. Она только что встала с постели Ннки, а теперь на его глазах подлизывается к Матту.

Матт выложил на стол пухлый конверт авиапочты.

— Вырезки материалов о Браганци. Я попросил в редакции, чтобы их мне высылали, — с унылым видом объяснил он. — Пришли сегодня со второй почтой. Теперь они не понадобятся, так что сегодня вечером могу напиться.

— Не забудь, что ты это сделал прошлой ночью, — сказала Кейбл с легким раздражением в голосе и демонстративно сняла руку с его бедра.

Еще раз заказали выпивку. Имоджин к этому времени еще не покончила с первой порцией. Она думала о том, как ей удастся перенести этот вечер. Вокруг, казалось, было так много людей, которым она больше не могла смотреть в глаза. Матт как будто прочитал ее мысли.

— С минуты на минуту появится Гилмор, — сообщил он всему столу, но главным образом именно ей. — Тебе он понравится. Он и Бэмби — одна из немногих счастливых супружеских пар, какие я знаю.

— Ей в самом деле нравится сидеть дома, нянчить детей, печь хлеб и протирать мебель, — сказала Кейбл.

— Как мило, — удивилась Ивонн. — Сколько ей лет?

— Около сорока.

— Люблю зрелых женщин, — сказал Джеймс, сильно оживившийся после изрядного глотка своего ананасового сока.

— У нее благополучное замужество, Джамбо, — осадила его Ивонн.

— Не думаю, что и сам Гилмор когда-нибудь сбивался с пути истинного, — сказал Матт.

Кейбл ухмыльнулась с таким видом, будто ей больше про это известно.