Чтение онлайн

Будущая супруга Юстиниана начала свою карьеру с прислуживания старшей сестре, которая добывала средства к существованию игрой в театре и (что было нередким среди актрис той поры) проституцией. Сама Феодора, отличавшаяся гибким телом и выразительным лицом, со временем тоже стала выступать в мимах и пользовалась успехом у столичной публики.

С юных лет выросшая в атмосфере отнюдь не строгих нравов, она начала торговать собой, и в конце концов назначенный наместником Пентаполиса в Африке некий Гекебол увез ее с собой в качестве любовницы. Однако затем Гекебол бросил ее, и Феодора долгое время скиталась по южным провинциям империи. Некоторое время она жила в Александрии, где, по-видимому, и приобщилась к монофиситству.

Появившись наконец в Константинополе, она оставила былой шумный образ жизни, театр и стала совершенствовать свои знания, наняв учителей для занятий науками. Тогда-то с ней и познакомился 38-летний Юстиниан.

Была она весьма привлекательна: небольшого роста, крайне изящная, с красивым светлым лицом и выразительными глазами, при случае охотно демонстрировала остроумие и веселость.

Племянник императора увлекся Феодорой и даже заставил дядю возвести ее в патрицианское достоинство и издать указ, разрешавший лицам сенаторского сословия заключать браки с бывшими актрисами и проститутками. Но жена Юстина I, имея свои понятия о нравственности, оказалась категорически против союза Юстиниана и Феодоры. Свадьба их стала возможной лишь в 523 г., после смерти императрицы.

1 августа 52 6 г. Феодора вместе с супругом была торжественно коронована императорской диадемой и теперь толпа на ипподроме рукоплескала ей уже не как актрисе…

Обладая ясным умом и твердым характером, она долгих 22 года правила государством, быв самой влиятельной и верной помощницей из всего окружения Юстиниана. «Император, — писала она одному из придворных Хосрова Ануширвана, — ничего не решает, не посоветовавшись со мной» [73, с. 284].

Не отличаясь кровожадностью, Феодора тем не менее была зла, мстительна и никогда не прощала своих врагов или пренебрежительного к себе отношения, смещая или отправляя в ссылки неугодных ей сановников.

Самовластие Феодоры не знало границ — в течение трех лет она тайком и безнаказанно продержала в подземельях дворца чем-то провинившегося перед ней одного консуляра, и никто даже не смел заикнуться об его участи. За соблюдением всех тонкостей этикета, связанных с поклонением царственным особам, она следила с болезненным вниманием, любила богатство и внешний блеск. В путешествиях вне города ее сопровождала огромная свита из различного ранга вельмож, четырехтысячный (!) отряд гвардейцев и слуги.

Официальные лица, давая присягу, клялись в верности не только императору, но и императрице.

В трудную минуту Юстиниан всегда находил в ней поддержку. Именно решительность Феодоры на дворцовом совете в охваченном восстанием городе в январе 532 г. спасла Юстиниану трон, а может быть и жизнь. «Если даже в самом деле нет другого спасения, кроме бегства, — ответила она на предложение покинуть столицу, — я не хочу бежать. Кто раз надел диадему, тот не должен переживать ее гибели, и я не увижу дня, когда меня перестанут величать императрицей. Если хочешь бежать, Цезарь, — иди! Средства в твоих руках, суда готовы, море открыто. Но я остаюсь. Я люблю старое изречение, что пурпур — лучший саван!» (Пр. Кес., [70, с. 324, изм.])

Феодора тайно покровительствовала монофиситам, и именно в ее покоях находили приют и убежище опальные их патриархи. В XIII в. даже появилась легенда, дававшая ей происхождение от благочестивого сенатора-монофисита.

У Юстиниана и Феодоры не было детей (хотя императрица имела дочь, рожденную задолго до знакомства с мужем).

Ни один из историков, упоминавших о безнравственности Феодоры до замужества (особенно в том преуспел Прокопий, сообщающий прямо-таки невероятные подробности, см. [73]), не смог указать ни единого примера аморальности ее после этого события. Напротив, она часто помогала попавшим в беду женщинам, сурово преследовала растлителей. Во многом благодаря ей в Византии появились нетипичные, скажем, для западного средневековья законы, охранявшие права женщин, — например, о возможности женщины наследовать имущество, о разводах, и законы, карающие соблазнителей. «Грабители чести и похитители целомудрия» приравнивались к уголовникам. Столичные дома терпимости были закрыты, их содержатели — изгнаны, а проституткам предоставили возможность жить в специально отведенном для их «исправления и раскаяния» монастыре.

Влияние Феодоры при дворе не ослабевало до самой ее смерти — 28 июня 548 г., когда после страшных мучений императрица скончалась в Константинополе от рака. Юстиниан, считавший ее «даром Божьим» [32] , очень тяжело переживал свою утрату.

Юстиниан Великий умер, так и не назначив себе преемника. Покойный василевс обладал многочисленной родней, но в последние годы его жизни наибольшим авторитетом при дворе пользовались два его племянника: Юстин, сын сестры Юстиниана I Вигиланции и некоего Дульциссима, и Юстин, сын Германа. В конце концов между ними возникла договоренность, что если один из них вступит на престол, второй займет следующее за августом место в государстве, однако случилось иначе.

Юстин, сын Вигиланции, стал все больше и больше выделяться императором, а то, что он был женат на племяннице Феодоры, Софии, еще увеличивало его шансы взойти на трон. В 558 г. Юстин получил титул куропалата и постепенно начал играть при особе одряхлевшего Юстиниана ту же роль, что и сам Юстиниан в молодости играл при своем дяде. Однако собственное положение все-таки казалось ему недостаточно прочным, поэтому смерть Юстиниана до коронации Юстина II тщательно скрывали, а само венчание на царство произошло 14 ноября 565 г. не на ипподроме или поле Евдома, а во внутренних помещениях дворца, в окружении небольшого числа приближенных и стражи.

Новый василевс принял все меры для завоевания популярности: раздал донатив армии, выплатил долги кредиторам императорской казны, освободил заключенных, сложил с населения недоимки и объявил себя консулом, пообещав народу богатые зрелища, а царедворцам — щедрые подарки.

Юстин II был образован, далеко не глуп, обладал превосходной памятью (он знал в лицо чиновников всех служб двора!), был требователен к подчиненным, но отличался коварством и невоздержанностью в удовольствиях. Опасаясь Юстина, сына Германа, он, «одержимый двумя пороками — наглостью и малодушием» (Еваг., [33, с. 246]), удалил его с поста командующего войсками на Дунае и направил в Александрию, где и подослал к вероятному сопернику наемных убийц. В припадке исступления император с супругой попирали ногами присланную отрезанную голову родственника.

В правление Юстина II столица не знала массовых волнений. Когда около 569 г. венеты в очередной раз начали ссориться с прасинами, он, намекая на события 532 г., сказал первым: «Юстиниан для вас умер», а вторым — «Юстиниан для вас жив» (Феоф., [82, с. 186]). Грозное предупреждение подействовало, и беспорядки улеглись.

В 569 г. император издал указ о запрещении торговли государственными должностями, предусматривающий новый порядок назначений, при котором кандидат избирался по рекомендации епископа и виднейших граждан той местности, куда отправлялся служить. Но впоследствии и сам василевс, стесненный в средствах, был вынужден отступить и даже допускал продажу церковных постов. Евагрий в связи с этим сообщает о нем откровенно неприязненно: «Он совершенно утопал в роскоши и постыдных удовольствиях, был страстный любитель чужого имущества, так что все употреблял как средство для беззаконной корысти и не боялся Бога даже в раздаянии священных степеней, которые продавал кому случалось, открыто полагая их предметом торговли» [33, с. 246].