Чтение онлайн

Прошедшее собрание рода, который теперь Максим имеет удовольствие возглавлять, оставило у парня неизгладимые впечатления. Родственники сначала решили парня прогнуть, а когда не получилось, попытались переиграть договоренности, достигнутые при его отце. Когда и это не удалось, просто и без изысков начали грызться друг с другом.

И продолжают заниматься этим по сей день!

Половина из них мечтает перераспределить имеющиеся ресурсы, называя другую половину неблагонадежной. Неблагонадежная половина считает, что первая охренела и должна лучше работать.

И они обе единым фронтом присели на уши Максиму, в надежде склонить его на свою сторону. В дело шли не только лесть, разговоры о великом и поношение папеньки, такого нехорошего и недальновидного, но и такие банальные и старые как весь мир средства — взятки.

Сегодня вот родственнички побили вообще все рекорды креатива и прислали в качестве весомого аргумента в свою пользу… девушку. Нет, девица-то, конечно, была самый сок, но ссориться с Нарышкиным из-за какой-то юбки, ну…

Его совсем малолетним идиотом считают, что ли?!

Максим раздраженно захлопнул папку с документами, как раз когда телефон на столе призывно зажужжал.

— Привет, Мария, — поздоровался юноша, пытаясь из огромного вороха дел сделать три упорядоченные кучки.

— Ты не в духе, — констатировала княжна Нарышкина, сразу же уловив настроение своего жениха.

— Будешь тут в духе, — буркнул парень.

— Не гневи бога, Максим, — строго проговорила Мария. — Знаешь же, что в Калуге случилось с ребятами.

— Знаю, — вздохнул Меншиков, бросив попытки побороть хаос на столе. — Ты говорила с Василисой? Как они?

— Сейчас — хорошо. Но нам не удалось нормально пообщаться, они там на каком-то заводе были, все ужасно грохотало.

Максим знал, что Калуга — невероятно жирный кусок, и инспектировать там можно было до морковного заговенья. Примерно столько же, сколько ему — пытаться наладить брошенные как попало отцом дела.

— Мария, а какие у тебя сегодня планы? — спросил Максим неожиданно для самого себя.

— Да… Никаких, в общем-то, — растерянно ответила девушка.

— А поехали погуляем? — предложил Меншиков, чувствуя физическую потребность проветрить голову.

— Поехали! — согласилась девушка, и Максим даже через телефонную трубку почувствовал ее радость.

— Отлично. Будь готова через час, — скомандовал глава рода Меншиковых и повесил трубку.

Максимилиан потянулся в кресле, хрустнув суставами, решил, что за оставшееся время он просто выберет ресторан для ужина с невестой, когда телефон снова зажужжал.

— Да, — сухо произнес он, откинувшись на спинку кресла.

— Князь, транзакции в крупном размере по личной карте Павла Андреевича были зафиксированы в рейхе.

— Дай угадаю, он там не по музеям ходит? — нехорошо прищурился парень.

— Оплата найма частной военной компании. Заявлено, что для личной охраны, — рапортовала трубка.

— Я понял. Продолжай наблюдать и сообщать мне обо всех подозрительных денежных движениях с его счетами.

— Слушаюсь, князь.

Максим повесил трубку и на секунду прикрыл глаза. В том, что Павел Андреевич еще попортит сыну жизнь, юноша не сомневался. Вопрос только в том, сколько крови при этом придется пролить.

Княжество Калужское, металлургический и машиностроительный завод оборонного комплекса, Александр Мирный

По старой доброй традиции, актуальной для любого мира, любое высокое начальство положено встречать хлебом-солью, бухлишком, а дальше по стандартной программе: экскурсия — и к актрисам в номер. Там еще где-то между бухлишком и актрисами, как правило, подписывались важные документы, которые на трезвую голову заказчик бы ни за что не согласился подмахивать не глядя.

Так вот.

В принципе, с восемнадцатилетним пацаном оно все могло сработать, но им не повезло, и вместо пацана был я.

Завод занимался производством полного цикла — от сталелитейки до сборки оборонных изделий. Так что когда я попросил сначала посмотреть жемчужину промышленности моего княжества, директор завода, он же боярин Лисьев, сильно удивился, но быстро сориентировался.

Нас на очень раздолбанном микроавтобусе типа «буханка» повезли по территории завода — прибеднялись как могли. В принципе, оно бы и сработало, но ехали мы днем, а тачки сотрудников с внутренней стоянки никто убрать не догадался. Наверняка не рассчитывали, что придется мне что-то на трезвую голову да при свете белого дня показывать.

И судя по местному автопарку, сотрудники жили неплохо.

Вообще, у местных аристократов была интересная конструкция. Существовали бояре, князья, великие князья и императорская семья. Великие князья — это родственники и те, кто вошел в клан Романовых. Дальше шли просто князья, поменьше. У них были большие территории и большая собственность. Бизнесы, производства. А в конце пищевой цепочки стояли бояре. Они были как бы, конечно, самостоятельные, но немножко в зависимости.

То есть вот Лисьев имел землю в моем княжестве, завод, которым управляла его семья вот уже несколько поколений, и еще что-то там по мелочи типа газет и речных трамвайчиков. Но если мне вожжа под хвост попадет, я могу лишить его боярства и выгнать к чертовой бабушке ссаными тряпками, потому что земля — моя, и все на ней — мое.

Получается как с многоэтажкой. Земля — городская, квартира — частная, а холл — управляющей компании. И двор в итоге от снега чистить некому. Можно, конечно, пожаловаться на князя императору, но это как жаловаться в городскую управу: результат может оказаться внезапный.

В общем, приехали мы в сталелитейный цех, где посмотрели на работу доменной печи. Очень красиво и зрелищно было, Василиса прижимала ладошки к груди и восхищенно ахала. Я же больше смотрел на фон — рабочие, оборудование ну и все прочее, что, как правило, меркнет за красивой картинкой.