Чтение онлайн

— Это не так уж важно. Я решил, что нам надо попробовать договориться.

— Значит, вы предлагаете деловой разговор?

— Не в том смысле, как вы это понимаете, — ответил Грег. — Я не собираюсь идти на уступки, но не вижу причин, почему мы с вами должны воевать друг с другом.

— Конечно, — сказал Чемберс. — Я тоже их не вижу. Я с удовольствием приобрету ваше открытие.

— Но я вам его не продам!

— Не продадите? Почему? Я готов заплатить.

— Вы заплатите, не сомневаюсь. Любую цену, какую бы я ни запросил… Даже если вам придется выложить все до последнего цента. А потом спишете эти деньги в графу убытков и забудете об энергии материи. И я даже скажу вам почему.

В комнате повисла тяжелая тишина. Двое соперников молча сверлили друг друга взглядами.

— Вы не будете ее использовать, — наконец заговорил Грег, — потому что она ослабит удавку, накинутую вами на Солнечную систему. Энергия станет слишком дешевой. Отпадет необходимость арендовать у вас аккумуляторы. Спутники Юпитера и Марс обретут независимость. Вы могли бы заработать миллиарды вполне законным образом, продавая генераторы новой энергии… но вы не захотите. Вы жаждете быть диктатором Солнечной системы. И именно этому я собираюсь воспрепятствовать.

— Послушайте, Маннинг, вы же разумный человек. Давайте поговорим без эмоций. Каковы ваши планы?

— Я могу выбросить свои генераторы на рынок и тем самым разорить вас. Вам не удастся сдать в аренду ни единого аккумулятора, а акции «Межпланетной» будут стоить дешевле бумаги, на которой они напечатаны. Энергия материи оставит от вашей компании мокрое место.

— Вы забываете, что у меня на всех планетах торговые льготы, — предупредил Чемберс. — Я натаскаю вас по судам и буду таскать до тех пор, пока геенна огненная не покроется льдом.

— А я докажу преимущества, экономичность и удобства эксплуатации новой энергии. И любой суд на любой планете будет на моей стороне.

— Только не на Марсе и не на спутниках Юпитера, — покачал головой Чемберс. — Они получат приказ вынести решение в мою пользу, а все внеземные суды делают то, что я им приказываю.

Грег выпрямился и отвернулся.

— Я не люблю разорять людей. Вы трудились в поте лица, вы создали солидную компанию. Если вы согласитесь на капитуляцию, я подожду с объявлением об открытии энергии материи, чтобы дать вам время спасти то, что можно спасти.

Лицо Чемберса исказилось от ярости.

— Вы не сделаете ни единого генератора вне стен своей лаборатории! Можете не расстраиваться по поводу моего разорения. Я не позволю вам встать у меня на дороге! Надеюсь, вы меня поняли.

— Понял, и даже слишком хорошо. Да, вы подчинили себе Марс и Венеру, купили с потрохами Меркурий, вы диктуете свою волю Юпитерианской конфедерации — но для меня вы обычный человек, не более. Человек, который отстаивает неприемлемые с моей точки зрения принципы.

Грег сделал паузу. Глаза его мерцали ледяными кристаллами.

— Вы сегодня беседовали со Статсменом, — продолжал он, — На вашем месте я предостерег бы его от опрометчивых поступков. Мы с Рассом будем вынуждены обороняться.

— Я должен понять это как объявление войны, мистер Маннинг? — В голосе Чемберса звучала еле заметная ирония.

— Понимайте как хотите, — отрезал Грег. — Я пришел к вам с деловым предложением, а вы в ответ заявляете, что разделаетесь со мной. На прощание скажу вам, Чемберс, только одну вещь: прежде чем нападать на меня, запаситесь сначала глубокой темной норой, чтобы было куда укрыться. Потому что на любой ваш удар я отвечу двойным ударом.

— Кому-то из нас придется наблюдать за ними постоянно, — сказал Рассу Грег. — Расслабляться нельзя ни на минуту. Рано или поздно Статсмен нанесет удар, и он не должен застать нас врасплох.

Грег бросил взгляд в сторону радарного экрана, пополнившего этим утром ряд контрольных приборов. Теперь любой самолет в радиусе ста миль будет немедленно обнаружен и взят на прицел.

На панели тут же замигала сигнальная лампочка, а на экране радара появился большой пассажирский лайнер, шедший в направлении аэропорта, расположенного к югу от лаборатории.

— Аэропорт так близко, — посетовал Расс, — что сигналы будут непрерывно.

— Я велел бельгийцам ускорить строительство корабля, — отозвался Грег, — но им все равно понадобится еще две недели, не меньше. Нужно набраться терпения и ждать. Как только корабль будет готов, мы атакуем Чемберса, но пока нам остается лишь окопаться и занять круговую оборону.

Он вновь посмотрел на радарный экран. Лайнер сделал вираж и пошел на посадку, Грег окинул взглядом лабораторию, до предела забитую оборудованием.

— Не стоит обманываться насчет Чемберса, — сказал он. — Может быть, на Земле он и не так всесилен, как на других планетах, но власти у него и здесь достаточно. Судя по всему, теперь он настроен покончить с нами как можно скорее.

Расс потянулся к столу, стоявшему сбоку от контрольной панели, и взял в руки небольшой, но замысловатого вида приборчик. Спереди у него было девять циферблатов со стрелками, три из которых указывали на какие-то деления, а шесть неподвижно стояли на нуле.

— Что это? — спросил Грег.

— Механическая ищейка, — ответил Расс. — Что-то вроде механического шпика. Пока ты фокусничал на бирже, я смастерил несколько штук. Один для Уилсона, другой для Чемберса, третий для Крэйвена. — Он приподнял и вновь поставил на место четвертый индикатор. А вот этот предназначен для Статсмена.

— Вроде шпика? Ты хочешь сказать, что эта штука может следить за Статсменом?

— Не только следить. Она отыщет его, где бы он ни был. Каждый человек носит на себе — или при себе какую-нибудь вещицу из железа или из другого металла, способного притягиваться к магниту. Внутри этого шпика микроскопическая частица дурацкой военной побрякушки, с которой Статсмен никогда не расстается. Стоит найти этот орден, и мы найдем Статсмена. В другом шпике частица пряжки Уилсона — помнишь, фирменная пряжка его колледжа, он ею еще так гордился? У Чемберса есть кольцо из метеоритного железа — тоже хорошая наживка для шпика. А в ищейке Крэйвена хранится кусочек оправы от очков. Достать эти реликвии было несложно. Наше силовое поле может стащить все, что угодно, от здоровенного станка до микроскопической частицы материи, ему без разницы.