Чтение онлайн

— Нет, — тихо сказал Баст. — Люди видели его трактирщиком уже год назад. Но он снимал маску, когда они выходили за дверь. Теперь он сам видит себя трактирщиком, причем неудачливым. Ты видел, на что он стал похож, когда Коб и остальные пришли вечером. Ты видел эту бледную тень человека за стойкой. Раньше это было игрой, актерством…

Баст восторженно уставился на Хрониста.

— Но ты совершенство. Ты можешь помочь ему вспомнить, как все было. Я не видел его таким живым много месяцев. Я знаю, ты сможешь это сделать.

Хронист чуть нахмурился.

— Я не уверен…

— Я знаю, это сработает, — нетерпеливо сказал Баст. — Я пробовал что-то в этом роде пару месяцев назад. Я заставил его начать мемуары.

— Он написал мемуары? — вскинулся Хронист.

— Начал, — уточнил Баст. — Он так волновался, говорил об этом несколько дней. Все думал, с чего начать свою историю. После первой ночи писания он стал совсем похож на себя прежнего. Казался на метр выше, а в глазах сверкали молнии. — Баст вздохнул. — Но что-то случилось. На следующий день, прочитав то, что написал, он впал в уныние. Заявил, что это худшая из всех идей, какие у него были.

— А где страницы, которые он написал?

Баст сделал сминающее движение и выбросил воображаемые бумаги прочь.

— И что же там говорилось? — спросил Хронист.

Баст покачал головой.

— Он не выбросил их, просто… забросил. Они так и валяются у него на столе все эти месяцы.

Любопытство Хрониста стало почти осязаемым.

— А ты мог бы… — Он пошевелил пальцами. — Ну, знаешь, прибрать их?

— Анпауен. Нет, — перепугался Баст. — Он был в такой ярости, когда их прочел. — Баст чуть содрогнулся. — Ты не представляешь, какой он, если разозлится. Я-то знаю, что тут ему лучше не перечить.

— Наверное, тебе лучше знать, — с сомнением сказал Хронист.

Баст чутко кивнул.

— Именно. Вот почему я пришел поговорить с тобой: потому что мне лучше знать. Тебе надо удерживать его от мрачных мыслей. Если не… — Баст пожал плечами и повторил жест сминания и выбрасывания бумаги.

— Но я записываю историю его жизни. Настоящую историю. — Хронист беспомощно развел руками. — Без мрачных частей она будет просто глупой ф… — Хронист застыл на полуслове, нервно стрельнув глазами в сторону.

Баст ухмыльнулся, как ребенок, поймавший священника на ругательстве.

— Давай же, — подзадорил он. Его взгляд был полон восторга, тяжел и жуток. — Скажи это.

— Как какая-то глупая фейевская сказочка, — тонким голосом закончил бледный как бумага Хронист.

Баст широко улыбнулся:

— Ты ничего не знаешь о фейе, если думаешь, что нашим историям недостает мрачных сторон. А кроме того, это и есть фейевская сказочка, потому что ты пишешь ее для меня.

Хронист сглотнул и вроде бы успокоился.

— Я имею в виду, что он рассказывает правдивую историю, а в правдивых историях есть неприятные части. А в его истории их побольше, чем у других. Полно грязи, путаницы и…

— Я знаю, ты не сможешь заставить его совсем выбросить тяжелые моменты, — сказал Баст. — Но ты можешь поторапливать его в таких местах. Можешь помочь ему задержаться на приятных минутах: его приключениях, женщинах, сражениях, путешествиях, музыке… — Баст внезапно умолк. — Ну… не музыке. Не спрашивай об этом и о том, почему он больше не творит магию.

Хронист нахмурился.

— Почему? Его музыка вроде бы…

Лицо Баста помрачнело.

— Просто не спрашивай, — твердо сказал он. — Это бесплодные темы. Хорошо, что я остановил тебя, — он многозначительно постучал по плечу Хрониста, — ведь ты собирался спросить его, что пошло не так с симпатией. Ты тогда не знал, как лучше, но теперь знаешь. Сосредоточься на его героизме, уме… — Он помахал руками: — Ну, всем таком.

— Но я действительно не могу направлять его по тому или иному пути, — чопорно заявит Хронист. — Я только записываю. Я здесь только ради истории. История — вот что важно.

— Наплюй на свою историю, — резко оборвал его Баст. — Ты сделаешь то, что я скажу, или я переломлю тебя, как лучинку.

Хронист замер.

— Так ты говоришь, я работаю на тебя?

— Я говорю, ты мне принадлежишь. — Лицо Баста было смертельно серьезно. — До самого мозга костей. Я привел тебя сюда для своих целей. Ты ел за моим столом, и я спас тебе жизнь. — Он указал на голую грудь Хрониста. — У меня три права на тебя, и это делает тебя целиком моим. Инструментом моих желаний. Ты будешь делать то, что я скажу.

Подбородок Хрониста чуть приподнялся, лицо посуровело.

— Я буду делать то, что сочту нужным, — сказал он, медленно поднимая руку к металлическому кольцу на своей голой груди.

Взгляд Баста метнулся вниз-вверх.

— Ты думаешь, я играю в какую-то игру? — недоверчиво спросил он. — Думаешь, железо спасет тебя?

Баст наклонился вперед, отбросил руку Хрониста и схватил круг темного металла, прежде чем писец успел шевельнуться. Немедленно рука Баста напряглась, глаза закрылись и лицо сморщилось в гримасе боли. Когда он снова открыл глаза, они оказались чисто синими, цвета глубокой воды или темнеющего неба.

Баст наклонился вперед, придвинув свое лицо к лицу Хрониста. Писец запаниковал и попытался отползти в сторону, но Баст ухватил его за плечо и держал крепко.

— Послушай мои слова, человечек, — прошипел он. — Не путай меня с моей маской. Ты видишь свет, играющий на воде, и забываешь о глубокой холодной темноте под ним. — Баст крепче сжал железный круг, так что хрустнули суставы. — Слушай. Ты не можешь повредить мне, ты не можешь убежать или спрятаться. Так меня не одолеть.