Чтение онлайн

– Он любил ее?

Ашерон кивнул.

Это дало Нику надежду.

– Не думал, что они способны любить.

– Без этого ты не сможешь по-настоящему ненавидеть. И Монакрибос поклонялся любимой Рабейти. Но когда он отказался оборвать ее жизнь, боги заставили его. И когда она лежала на его руках, она сообщила ему, что носит его дитя, и он сам убил обоих. Он молил богов и мать в особенности спасти их, но она не могла сделать это не развязав едва закончившуюся войну. Вместо этого, она сделала так, чтобы он смог иметь еще детей. Но пусть они и рождались с силами Малачай, но чтобы сохранить перемирие, она согласилась, что он умрет на их десятый день рождения, или когда они войдут в силу.

Черт, отстойно быть Малачай.

«У меня никогда не будет детей».

– Как он стал орудием зла?

– Его обманом заставили убить любимую женщину, Ник. И его не рождённое дитя. Вина и горе свели его с ума и отравили его кровь ненавистью и жестокостью. И таким ты и видишь Малачай, когда встречаешься с ним. Если только они не скрывают себя, то они истекают не красной кровью. Кровь чистокровного Малачай черная.

А вот это следовало запомнить. Кстати, его кровь была красной… Хорошо. Для него еще оставалась надежда.

– Она становиться черной, когда они становятся злом?

Эш кивнул.

Теперь Ник знал, чего ждать. Это все очень помогло.

– Следующий вопрос. Они обязаны стать злом?

– Вот в том-то и вопрос. Разве мы не рождены, чтобы самим управлять нашей судьбой? Каждое создание должно самостоятельно сделать этот выбор.

– То есть возможен хороший Малачай?

– Теоретически. И как и у всех видов, это зависит от силы характера и принятых решений.

Впервые за месяцы, у Ника появилась настоящая надежда. Амброуз был прав. Он мог избежать судьбы, ожидающей его. Он не обязан становиться хладнокровным убийцей.

Прекрасно!

– Но, - продолжил Ашерон, - не так-то легко бороться с собственной природой. Особенно когда ты создание склонное к разрушениям. Однажды вспылишь, и потеряешь человечность. Ты говоришь или делаешь вещи, которые не хотел бы, и уже поздно, их не исправишь. Созданиям вроде Малачай, в отличии от остальных гораздо тяжелее не замарать рук, и не поддаться тьме, что вечно искушает их.

Ник нахмурился.

– Похоже у тебя в этом личный опыт.

– У нас всех внутри есть демоны, Ник. У Чироки есть старая поговорка – в любом сердце есть два волка. Первый – белый, созданный из любви, доброты, уважения, благопристойности, сострадания, и всех хороших жизненных вещей. Черный волк рожден от ненависти, зависти, мелочности, предубеждений, мстительности и других ядов человеческой натуры. Они вечно воюют за лидерство. И однажды один волк победит и пожрет другого.

– Да, но какой?

– Тот, которого ты подкармливаешь, парень. Кормишь добром, растет белый. Кормишь злом, и его пожирает черный. Но в итоге, лишь ты делаешь выбор, который волк тебе по душе. И так для всех видов и рас.

Ник кивнул.

«Я могу победить».

Нет, он победит. Его отец или тот кем он был рожден не владеют им. Лишь он управлял собой. И никто другой…

– Спасибо, Эш. Ты дал мне пищу для размышлений.

– Без проблем. Если есть вопросы, знаешь где меня найти, - Эш собрался уходить.

– Подожди, - Ник остановил его. – У меня есть еще один. Ты когда-нибудь слышал о жнеце?

– Это тот, кто собирает овощи в огороде?

Ник закатил глаза.

– Нет, вроде кого-то, кто приходит за демонами?

– Как такового нет. Существует множество созданий, которые охотятся на демонов по разным причинам. Это зависит как от демона и его Родины, так и от охотника. А еще есть охотники за головами, которые относятся совсем к другому виду.

Нику это не понравилось.

– Как так?

– Если демон нарушает закон пантеона или еще какой-нибудь, если кто-то хочет завладеть им и контролировать его, они могут озвучить награду в эфир за пленение или смерть демона. И тогда приходят охотники за головами.

Отлично. Как раз это он и хотел услышать. Еще больше существ хотят убить его. У-блин-ра.

– А кто-нибудь когда-нибудь охотился на Малчай?

– О да. Все охотятся на Малачай. Он самый гигантский приз всех времен. Не существует такого демона, цена за чью голову стоила хотя бы половины стоимости Малачай. Кроме того, если ты поработишь Малачай, в твоей власти будет абсолютное зло, и ничто не сможет с вами справиться.

Отлично, значит рабство? А Ник еще считал, что работа оруженосцем Кириана тормозила в развитии и унижала.

– Как можно поработить Малачай? – спросил он, желая знать, что избегать.

– С очень большой армией.

– Я серьезно, Эш.

Он язвительно усмехнулся.

– Вначале его надо ослабить.

– И как это сделать?

Эш нахмурился.

– А почему тебе так интересно?

Ник не сказал ему правды.

– Научный интерес. Ты говоришь об абсолютном зле. Я хочу знать, как от него защищаться. Потому что ты знаешь, какой я везучий. И если он однажды появится, когда тебя не будет рядом, чтобы помочь мне сражаться, я должен знать, как поразить его.

Ашерон приподнял бровь.

– Ну, учитывая то, что научный интерес для тебя в новинку…

Ник проигнорировал его сарказм.

– Самый легкий способ, если у него есть сын, унаследовавший его силы, свести их вместе. Юный Малачай немедленно начнет высасывать его силу. Но у этого есть и обратный эффект – когда отец умрет, у ребенка будут все его силы. Так что если ты умен, то убьешь одного, и поработишь ребенка, прежде чем он войдет в свою силу. Тогда у тебя конечно не будет по-настоящему сильного Малачай, но у тебя будет хоть один, не умерший в процессе.

Да, совсем не привлекательно. Значит, не важно что, он не может в следующий раз позволить себе остаться в одной комнате с отцом.

– А самый тяжелый способ? – спросил Ник.

– Вооружаешься по-полной и идешь надевать на него ошейник. И удачи с этим.

Ник нахмурился.

– Одевать ошейник? Как?

– Трое изначальных богов, которые когда-то контролировали его, создали особый ошейник, который блокирует его силу и не позволяет навредить им. Из этого рабства он бежал. Достаешь ошейник, которым боги, создавшие его должны позволить владеть, и одеваешь ему на шею, прежде чем тот убьет тебя. Это точно самый тяжелый способ, - Ашерон остановился. – Так ты об этом книгу пишешь?