Чтение онлайн

ПРЕКРАТИ ОСТАНОВИСЬ ПЕРЕСТАНЬ

Зрение то возвращалось, то пропадало какими-то странными вспышками. Клаксон в голове зазвучал еще сильнее, просто невыносимо. Перри снова проиграл и понимал это, но не мог произнести ни единого слова. Не мог сказать тварям, что ему очень жаль… Жаль, что уже нельзя мысленно пообещать отцу вести себя как подобает мужчине. А Доуси-старший не сможет попросить Бога пожалеть его и остановить бездушных тварей, терзающих искалеченный мозг…

Перри упал на пол, не услышав сердитого стука из квартиры, расположенной этажом выше.

Эл Тернер сердито топнул ногой по полу. Нет, с него достаточно! Он снова топнул, и вопли внизу прекратились.

Тернер рассеянно почесал огромный волосатый живот, потом, просунув руку в трусы, принялся чесать вспотевшую задницу. Чертов геморрой вконец достал! Хоть на стенку лезь – все равно никакого облегчения.

Что за дьявол вселился в того парня? Шутка ли – поднимать такой крик? А ведь раньше он вел себя тихо, и Тернер редко вспоминал о том, что внизу вообще кто-то живет. Потом оказалось, что сосед этажом ниже – тот самый «Ужасный» Перри Доуси. Эл познакомился с ним, попросил подписать футболку для племянника и парочку футболок – для себя. Доуси тогда улыбнулся, словно был удивлен тем, что кто-то попросил у него автограф. Правда, улыбка растаяла, когда Эл попросил поставить автограф на футболке с изображением «Розовой чаши». Пожалуй, вышло грубовато, но ведь Эл не обучался в школе изысканных манер, так?

Он не ожидал, что Доуси такой громадный. Конечно, почти все футбольные игроки, которых показывали по телевидению, были настоящими здоровяками, но этот парень оказался настоящим монстром. Как позавидовал бы его сослуживец Джерри, если бы узнал, что Эл Тернер может запросто тусоваться в баре с одним из… да что там говорить! – с величайшим лайнбэкером, когда-либо надевавшим желто-голубую футболку. Все изменилось, когда Эл увидел этого парня прямо перед собой. Рядом с ним Тернер чувствовал себя семилетним мальчишкой. В компании такого чудовища пить пиво как-то не хотелось. Все равно что смотреть научно-популярные телепередачи, посвященные крупным представителям семейства кошачьих: их замечательно наблюдать на экране, но не дай бог повстречать на узкой тропинке в джунглях!

Тернер вздрогнул, почувствовав в заднице новую вспышку боли и жжения. Как будто кто-то приложил к этому месту крапиву. Он сморщился и принялся энергично расчесывать. Нет, эта дрянь сведет с ума кого угодно – даже самого папу римского.

Вопли Доуси явно не добавляли Тернеру настроения.

Из многолетнего опыта Дью знал, что местные полицейские редко довольны, если в их работу вмешиваются представители других служб. А эти вообще откровенно злились.

Перед домом Нгуена стояли три автомобиля полиции Анн-Арбор. Они занимали часть лужайки и тротуара. Так было сделано, чтобы освободить проезд трем серым микроавтобусам, припаркованным у обочины. Полицейские толпились на тротуаре и во дворе дома, глазея на людей в камуфляжной форме и с оружием в руках. Четырем спецназовцам из первой группы Дью приказал занять позиции у входов в дом. Он усмехнулся: у его подчиненных был такой вид, словно им убить человека так же просто, как муху раздавить.

Шестеро полицейских из Анн-Арбор кипели от негодования, потому что не могли войти в дом. По сути, им просто не разрешили это сделать. На подконтрольной им территории совершено массовое убийство, а какой-то правительственный чиновник лишил их возможности выполнять свою работу!

К дому подъехал голубой «Форд». Из машины вышел крупный мужчина в коричневой спортивной куртке из полиэстера и тяжелой поступью направился к Дью. На вид ему было лет пятьдесят с небольшим. Резко выраженная круглая челюсть делала его похожим на персонаж из мультфильмов.

– Это вы агент Филлипс? – хмуро спросил он.

Дью кивнул и пожал руку.

– А я детектив Боб Циммер, полиция Анн-Арбор.

– Где ваш шеф, Боб?

– За пределами города, на конференции, посвященной борьбе с терроризмом, – отчеканил Циммер. – Его обязанности исполняю я.

– Конференция по борьбе с терроризмом? Ну надо же! – усмехнулся Дью.

– Послушайте, Филлипс, – насупился Циммер, – я не знаю, что за чертовщина здесь происходит, у меня сегодня и так дел по горло. Меня только вызвали к дому, в котором взорвался бытовой газ, погибли мать с сыном. По пути сюда мне позвонил сначала мой шеф, потом – мэр города, которые сообщили, что везде командуют федералы и заправляет ими некий умник по имени Дью Филлипс.

– Неужели мэр назвал меня умником? – переспросил Дью. – Губернатор – я еще мог бы понять, но мэр… Даже как-то не по себе.

Циммер несколько раз моргнул.

– Вы что, шутите?

– Слегка.

– Мне сейчас не до шуток, мистер, – сухо заметил Циммер. – Так вот, приезжаю в дом этой дамочки, а четверо федералов в химических костюмах заявляют, что нужно подождать, пока прекратится пожар. Потом мне звонит гребаный прокурор гребаных Соединенных Штатов гребаной Америки и несет какую-то чушь, из которой я узнаю, что вы и ваши люди оцепили еще один дом и не пускаете туда моих людей!

– Да уж, я смотрю, вы немало времени потратили на телефонные разговоры, – прищурился Дью. – Надеюсь, не исчерпали баланс?

Глаза Циммера сузились.

– Лучше прекратите со мной шутить, Филлипс!

– Черный юмор, простите, – улыбнулся Дью. – Если я не посмеюсь, то наверняка буду плакать. Итак, вам позвонили, вы кое с кем поговорили и выяснили, что здесь всем распоряжаюсь я, верно?

Циммер кивнул.

– Да, но скажите хотя бы, что происходит в доме. Мы слышали о многочисленных убийствах. О том, что жертвы – студенты местного колледжа. Что случилось, черт побери?

– Вам знать не обязательно, – спокойно ответил Дью.

Детектив сделал шаг вперед. Неожиданное движение застало Дью врасплох, тем не менее он не пошевелился.

– Да пошел ты, Филлипс! – прошипел Циммер. – И плевать, кто мне звонил. Шеф – отличный парень, ты с ним поладишь, и он будет выполнять твои указания. Но я… Со мной этот номер не пройдет. Я люблю совать нос туда, куда не следует.

– Последнее высказывание превосходно смотрелось бы на визитной карточке, – заметил Дью. – И вот еще что можно добавить: «Меня зовут Боб Циммер, и я жду не дождусь, когда меня уволят».