Чтение онлайн

ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ТЫ УБЛЮДОК

ТЫ СВОЕ ПОЛУЧИШЬ И ОЧЕНЬ СКОРО

Перри запрыгал к выходу, не выпуская из рук своей ноши. Отпер три замка и распахнул дверь. Расколотил последнюю бутылку о косяк. Спиртное полилось на ковер.

ТЫ ПЛОХОЙ. МЫ ДОБЕРЕМСЯ ДО ТЕБЯ!

МЫ ДО ТЕБЯ ДОБЕРЕМСЯ.

Перри оглянулся. Твари взирали на него с неприкрытой злобой. Черные глаза светились ненавистью.

Перри ничего не сказал. Мозг не мог сейчас складывать слова. Изо рта стекала тонкая струйка слюны. Он бросил ножницы на пол. В руках оставались еще две вещи. Он щелкнул зажигалкой.

Перри Доуси оглядел комнату взглядом человека, который в одночасье стал намного старше. Затем наклонился и коснулся огоньком лужицы спиртного.

Пламя вспыхнуло мгновенно. Сначала бледно-голубое, добравшись до ковра, оно стало ярко-оранжевым. Перри бросил зажигалку. Теперь у него остался только один предмет. Пожар разгорался, пламя плясало уже под потолком.

Перри в последний раз взглянул на тварей. Они носились по квартире в какой-то кошмарной, сатанинской пляске, в слепом ужасе натыкались на стены, мебель, друг на друга. Им негде было прятаться от огня.

– Да, да, вы все сгорите, – тихо проговорил Перри. – Все до единого…

Он хотел уйти, и тут заметил карту. Пламя облизывало ее уголок.

Перри сорвал карту с двери, выскочил из квартиры, повернул направо и запрыгал по коридору. А за спиной у него бесновалось пламя.

Дью поднялся по лестнице, когда языки пламени уже плясали в коридоре. По другую сторону огня он увидел огромного нагого человека, сжимающего что-то в каждой руке.

Сквозь дрожащий от жара воздух Дью видел, что человек стоит на одной ноге. Другая просто висит, поднятая над полом на пару дюймов. Человек развернулся и запрыгал прочь. Огонь скрыл гигантскую фигуру.

Дью начал стрелять, выпустив полную обойму за три секунды. Смертоносные пули сорок пятого калибра исчезли в огне. Дью не знал, подстрелил он Доуси или нет.

Выяснить можно только одним способом.

Он вставил новую обойму в «кольт» и, поколебавшись секунду, бросился в ревущий огонь.

Перри совершенно потерял инстинкт самосохранения, но, как ни удивительно, его ловкость только возросла. Он одним прыжком преодолел пролет в шесть ступенек. Кровь толчками вытекала из промежности. Сила инерции швырнула Перри в стену, однако он не упал, а вместо этого сумел развернуться и в следующем броске покрыл еще шесть ступенек. Когда Перри оказался на площадке второго этажа, полотенце слетело с ноги, и он остался совершенно голым, в одних носках.

Если бы кто-то увидел его со стороны, то решил бы, что Перри спятил и твердо вознамерился свернуть себе шею. Но тот продолжал прыгать, не зная, что Дью Филлипс гонится за ним и уже почти догнал…

Входная дверь распахнулась, так сильно провернувшись на петлях, что ручка ударила в кирпичную стену и выбила из нее несколько осколков. Перри, вопя, с вытаращенными глазами, выпрыгнул прямо на снег, и холод ударил его, словно крепкий кулак Санта-Клауса.

Где-то в голове вертелась мысль о машине – должна быть машина, нужно поехать в Ваджамегу и завершить проклятую одиссею. А еще хотелось попасть в больницу, потому что какой-то придурок только что прострелил ему левое плечо. Перри чуть не упал, но ему случалось принимать удары и посильнее.

Да, нужно в больницу, чтобы там залатали руку, из которой прямо на тротуар хлещет яркая, дымящаяся кровь; чтобы сшили то, что разрезано в ноге, и он снова мог передвигаться на своих двоих; чтобы полечили волдыри от ожогов на спине, голове и заднице; чтобы остановили кровотечение в руке; чтобы затушили огонь, пожирающий правую кисть и предплечье; чтобы вытащили пулю из левого плеча, отсосали черную гниющую слизь из плеча и ягодицы.

А самое главное – чтобы пришили обратно член!

Входная дверь блока G еще не успела закрыться, как Дью Филлипс снова распахнул ее. В дыму и пламени он выскочил на заснеженный тротуар, прокатился раз, другой, третий… Когда вновь поднялся на ноги, пламя отступило. Куртка из полиэстера едко дымилась.

Он снова дошел до той черты, когда не было места чувствам и морали, а было место лишь для одного – для убийства. Он уже не Дью Филлипс, он ротный, машина смерти, которая отняла больше жизней, чем можно пересчитать.

Дью упал на одно колено и взвел «кольт» сорок пятого калибра. Рука действовала уверенно и твердо, как у нейрохирурга. Дью видел все: покрытые снегом мертвые ветви зимних деревьев и кустов, каждую обледеневшую иголочку на сосне, каждую машину, каждый колесный диск, каждый номерной знак, каждый след. Полицейские заполонили двор, как темно-синие аллигаторы, загорающие на берегу реки. Во двор ворвались три серых фургона – один справа, другой слева, третий – из-за спины истекающего кровью, скачущего на одной ноге психа.

Доуси несся по территории парковки в отчаянном порыве к свободе – в месте, откуда некуда бежать. Он заметил полицейские машины и замедлил движение. Потом остановился. Обернулся. И с отчаянным оптимизмом безумца запрыгал в сторону Дью.

Дью видел перед собой лицо, искаженное яростью, болью, смятением и ненавистью. Человек несся вперед – огромный, страшный. Он прыгал на залитой кровью правой ноге, покрывая каждым прыжком невероятно большое расстояние. Левая нога висела под углом. Правую руку покрывали ожоги третьей степени. Волос на нем не осталось, только черная корка и волдыри на черепе. На груди красовалась длинная полоса черной слизи, которая изливалась из багряной, размером с бейсбольный мяч раны на правой ключице. По обеим ногам текла кровь – текла из того места, где должен быть пенис.