Чтение онлайн

Я остался жив – и это главное. Все остальное – ерунда.

Со всем остальным я справлюсь.

Глава 17

Меня разбудила… боль. Сначала я не мог понять, какая точно из частей тела болела, но когда дрема окончательно спала, определить источники стало проще. Левое плечо, правое бедро, живот, голова – все это полыхало огнем. Особенно «приятные» ощущения разливались по животу – на него словно наклеили огромный раскаленный пластырь, обильно облив какой-то едкой кислотой и посыпав перцем. Вместе с тем понемногу проступали и другие ощущения – покалывания, пощипывания и даже легкий зуд. Еще немного хотелось пить, и чуть кружилась голова. Я вызвал меню нейроинтерфейса и заглянул в раздел «Состояние», чтобы убедиться насколько все плохо.

Состояние

Имя: Алекс Хоксвелл

Раса: человек (европеоидный тип – 83%, монголоидный тип – 17%)

Пол: мужской

Возраст (ЗЛИ): 34 года 7 месяцев (календарный)/36 лет 2 месяца (биологический)

Энергопотенциал: 2886

Здоровье: 57% (средняя степень ожогов)

Психика: 77% (состояние стабильное)

ФИП-коэффициенты:

– Физическая сила (ФС): 1.23 (-0.24 – средние ожоги внешних тканей)

– Рефлекторная моторика (РМ): 1.04 (-0.18 – средние ожоги внешних тканей)

– Перцепция окружения (ПО): 1.18

– Физическая выносливость (ФВ): 1.52 (+0.21 – легкое повышение иммунитета)

– Умственная пластичность (УП): 1.20 (-0.19 – средний болевой шок)

– Психическая активность (ПА): 1.17

Все оказалось не так уж и плачевно. Состояние здоровья, конечно, оставляло желать лучшего, да и сила с рефлексами, а также способность ясно мыслить немного понизились. Зато физическая выносливость увеличилась. Возможно, мне что-то вкололи, но вероятнее всего организм сам отреагировал на ожоги повышением иммунитета, что привело к увеличению отвечающего за него ФИП-коэффициента.

Чем закончилась погоня за налетчиком – я помнил, а дальше все словно окутал туман. Когда адреналиновый всплеск угас, на меня навалился болевой шок. Какие-то люди в форме спецназа Альрийской Федерации Земли поволокли меня обратно в здание. Потом перед глазами замелькали другие люди, вспомнилось и до глубины озабоченное лицо полковника Геррота. Дальше мысли путались, но скорее всего, я отключился.

Я приподнялся и огляделся. Находился я в лазарете, но лежал не в привычной регенерационной капсуле, а распластался на кушетке. Бронекостюма на мне не было, как и какой-либо другой одежды. На плечо, бедро и живот были нанесены стягивающие заживляющие повязки.

– С пробуждением, Алекс, – прозвучал знакомый женский голос. Через пару секунд в поле моего зрения появилась Лейла. Легкая надменность из ее взгляда пропала, как будто ее никогда и не было. В руках она держала свернутую вчетверо голубую форму участника проекта. Протянула ее мне. – Как самочувствие?

– Как у хорошо прожаренного стейка, – выдавил из себя улыбку я. Взял сверток и положил рядом.

– Да уж, вам досталось, – улыбнулась она. – К сожалению, все регенерационные капсулы повреждены, поэтому лечить вас пришлось более традиционным способом. И еще: я… вам очень признательна за вчерашнее.

– За что именно? – повел бровью я.

– Когда все это началось, я так была напугана, что… – она покачала головой. – Хоть я и спряталась, но думала, что умру от страха. А вы… не струсили и погнались за тем мерзавцем. Поймали и обезвредили его. Я все видела в голозаписи. Никто из охраны не смог с ними совладать, а вы – смогли. – Она снова смущенно улыбнулась и отвернулась.

Едва заметная искорка симпатии промелькнула между нами. Я едва сдержал улыбку и, чтобы сгладить неловкость, спросил:

– Ты сказала, что все это было вчера. Сколько я здесь провалялся?

– Шестнадцать часов. Я ввела вам несколько успокоительных и обезболивающих препаратов, чтобы ваш организм смог восстановиться.

– Похоже, их действие уже закончилось, – поморщился я.

– Давайте я вколю вам еще.

– Если только обезболивающее и, если можно, какой-нибудь стимулятор.

– На вашем месте я бы отдохнула еще.

– Ты не на моем месте.

Медик снова смущенно отвернулась, выждала короткую паузу и произнесла:

– Хорошо, сейчас сделаю.

Пока она вводила препараты и ласкала меня своим легким игривым взглядом, я решил узнать подробности инцидента.

– Что-нибудь выяснили по поводу налетчиков?

– Не знаю. Меня не посвящают в подобные дела. Несколько часов назад собралась комиссия из каких-то шишек из правительства. Сейчас они в зале аудиенций. Вместе с полковником. Наверное, обсуждают, что делать дальше.

– А Гоббс?.. Начальник службы безопасности – где он?

– Тоже там.

– Сколько участников проекта пострадало, ты тоже не знаешь?

– Точно нет, – покачала головой Лейла и добавила, – но слышала, что многие. Некоторых убили, кого-то, как и вас, ранило. Но большинство просто пропало.

Я вспомнил, как у меня на глазах исчезла Эдриа, и задумался. Получается, налетчики похитили многих участников. Но для чего?

– А что с профессором? – осторожно спросил я.

Перед глазами всплыла картинка из воспоминаний, в которых Шой лежал на полу в своей лабортории и дергался в конвульсиях. Я сомневался, что он выжил после столь щедрой порции парализующих ударов, что нанес ему ублюдок, но надежда все же теплилась. Вспомнилось, с какой нечеловеческой скоростью он двигался и с какой грациозностью наносил удары по налетчикам. Он явно обладал какими-то имплантами, и, возможно, их действие помогло ему выжить.

Лейла вздохнула. Отвечать ей не хотелось. Черт, неужели и профессор стал жертвой этого тонко продуманного вторжения?

– Он жив, но… – Лейла снова замолчала и опять вздохнула.

– Что, черт возьми, с ним? – повысил голос я.

– Он в коме, Алекс.

– В коме? – нахмурился я. – Насколько я знаю, современная медицина уже давно научилась выводить людей из любых видов комы.

– Да, но у профессора какая-то необычная кома. Не знаю, меня к нему не допускают. Дядя… то есть полковник вообще к нему никого не пускает, кроме медицинских андроидов и какого-то шишки из правительства.