Инкубатор
Шрифт:
— Нагрузка, — скомандовал Ворон, подвинув к краю стола стаканчик с кубиками.
Руслан накрыл стаканчик правой ладонью, ловко перевернул его вверх дном и принялся встряхивать. Двумя руками трясти удобнее, но у Ворона вместо левой протез, поэтому все курсанты из чувства такта трясут стаканчик одной рукой, и лишь в тот момент, когда бросают «зары» на стол, чуть придерживают его за донышко другой. В отличие от обычных кубиков, которые используют во многих играх для обычных людей, на местных нет «шестерок», поскольку одна грань у них пустая.
— Девять… Пятнадцать… Семь, — записал результаты Ворон.
Три категории. Три броска.
В Инкубаторе есть легенда, что много лет назад был умник, который трижды кряду выбросил пять «нулей». Наверное, эту легенду придумал кто-то из инструкторов: то ли, чтобы поиздеваться над курсантами, то ли, напротив, чтобы верили в Удачу и не опускали крылья. Однако при Руслане такого не было ни разу, всегда получается какая-то нагрузка по всем трем категориям.
Сегодня выпал почти что стандарт, за исключением последнего пункта: из обстановки — собаки; из ситуации — тревожное состояние охраны в ожидании нападения; из состояния — сильное алкогольное опьянение.
Когда речь идет о работе в 12-м секторе, Руслан и прочие курсанты категорически не любят алкоголь. Позже будет понятно, чем именно это вызвано, а пока что можно сказать о предпочтениях: если бы была возможность выбирать, в категории «состояние» Руслан без колебаний выбрал бы любую другую нагрузку. Даже крайне неприятная «раненная конечность» — специальный капкан формата «наноподагра», причиняющий сильную боль и заметно ограничивающий движение, предпочтительнее алкоголя, если речь идет о двенадцатом секторе.
— Однако тебе сегодня фартит, — Ворон знает про эту нелюбовь и сочувственно поджимает губы. — Сначала к Графиту в гости угодил, потом бухло в придачу… Чет ты сегодня не с той ноги встал.
Товарищи Руслана замечание руководителя занятий пропустили мимо ушей и вообще, к нехорошей нагрузке отнеслись философски. Это вовсе не показное хладнокровие и уж тем более не бравада в угоду командному духу. Они и в самом деле не имеют никаких претензий к Руслану за неудачный выбор. Точно так же, как не было бы претензий у него самого, окажись сейчас на его месте кто-то из соратников.
«Стилетов» с детства приучают приноравливаться к самым невероятным условиям, гибко подстраиваться под любую ситуацию и не проявлять эмоций по поводу отсутствия благосклонности Фортуны.
Любой расклад — это вовсе не Предопределение, а всего лишь работа.
Если тебе выпал скверный расклад, это не значит, что ты неудачник. В системе координат Инкубатора такого слова не существует.
Скверный расклад — это вовсе не Рок, а всего лишь дополнительная работа.
Просто тебе и твоим братьям придется поработать больше, чем в случае, если бы выпал хороший кубик, только и всего. Больше усилий, больше времени, как следствие — вы получите больше опыта и выйдете более закаленными из этого испытания. Какие уж тут претензии. Спасибо командиру за дополнительную практику.
Отдав по телефону дополнительные распоряжения Графиту по поводу нагрузки, Ворон позвонил каптеру и отправил тройку выводить на должный уровень категорию «состояние».
— Топайте на «грузовую площадку», примите по пять капель за мое здоровье…
«Грузовая площадка» здесь же, в командном бункере. А «пять капель» — это пятьсот грамм водки на брата (по пол-литра), стандарт для занятия.
Курсанты не спеша приняли дозу в пять приемов, запивая крепко газированным куриным бульоном, специально для такого случая доставленным с кухни. Человека, непривычного к такого рода «закуси», наверняка бы замутило, но организм «стилета» адаптирован к различным бытовым ядам и токсинам, а также к разного рода экзотическим продуктам. Например, когда в последний раз у Руслана в качестве нагрузки был алкоголь, запивать пришлось обжигающим борщом, разумеется, газированным. Специально «закусь» никто не готовит, что остается с обеда из первых блюд, то подогревают и несут. А собственно «газировка» — изобретение Ворона. По нормативам есть ограничение на количество спиртного (не более 230 г. чистого алкоголя, независимо от веса реципиента, или же пол-литра водки) и категорическое требование запивать насыщенным мясным бульоном.
Ворон полагает, что для «стилета» это просто смехотворная норма, тем более, пополам с бульоном. А поскольку насчет температуры бульонов и наличия в них СО2 в нормативах не сказано ни слова, Ворон пользуется незыблемым правилом «разрешено все, что не запрещено» и курсанты под бдительным присмотром одноглазого каптера запивают алкоголь шипучим горячим варевом.
Заправившись газированным бульоном с водкой, курсанты надели куртки и отправились «поверху» в 12-й сектор Полигона № 3.
Инкубатор располагается на окраине одного из действующих учебных центров Министерства обороны Российской Федерации. Поскольку учебный центр готовит специалистов для ряда интересных и загадочных подразделений разных родов войск, он хорошо охраняется и здесь не принято задавать лишних вопросов. На огромной территории центра расположено немало «хозяйств» с особым статусом и доступом. Здесь так было от веку, поэтому полигоны Инкубатора органично вписываются в атмосферу всеобщей секретности и никому не мозолят глаза. Для «соседей» же есть рабочая легенда — «Особые Испытательные Площадки ГРУ». Любой импортный шпион, по какому-то недоразумению затесавшийся на территорию учебного центра, легко может проверить эту легенду по линии своих «кротов» в ГРУ (если таковые имеются): в Генеральном штабе непременно подтвердят, что это реально те самые площадки.
Так получается, что на полигонах Инкубатора регулярно мелькают младшие группы и «соседи» это видят. Для такого случая тоже есть двухуровневая легенда: официальная — военно-патриотическая работа, вроде как юннаты на зарницу приходят, и доверительная, для «своих» — сотрудники особых площадок злоупотребляют «Закрытым» статусом и таскают своих детишек пострелять и побаловаться с боевой техникой. Насчет несерьезности этой версии и отсутствия в ней глубокого эшелонирования никто не беспокоится: легенда есть, при необходимости ее подтвердят на самом высоком уровне в Генштабе, а все остальное вторично.
Боевая тройка неспешно топала по слегка припорошенной снегом дорожке к двенадцатому сектору, быстро пьянела на ходу и между делом любовалась мистическим закатом.
Снежок приятно похрустывал под ногами, на вышках уже зажглись сигнальные огни, и так тихо и покойно было кругом, что все трое невольно замедлили шаг, чтобы хоть ненадолго задержаться в этой Рождественской идиллии, подышать свежим воздухом и собраться с духом, прежде чем нырнуть в мрачные недра «Госдепа».