Шрифт:
Перемены
"Я сижу и смотрю в чужое небо из чужого окна", – строки из песни Цоя всплыли у меня в голове, когда самолет начал посадку в совершенно незнакомом мне городе. Я смотрела в иллюминатор, и лоскутное одеяло Земли казалось мне абсурдным и нереальным. Где горы? Как люди могут жить в столь ровной местности?!
"Ладно, разберешься на месте, – сказала я себе, – живут же люди в огромных загазованных городах и даже в раскаленных пустынях. И ты проживешь без вида на Эльбрус. Главное, у тебя начинается новая жизнь!"
Из самолета я вышла последней. Уж очень сильно мне не хотелось выходить в новую реальность. Как будто, если я не сделаю этот шаг, скрещу пальцы за спиной, быстро плюну три раза через не помню уже какое плечо и зажмурюсь, то окажусь дома.
Но назад никак нельзя. Там, несмотря на то что все близко и знакомо, холод одиночества и замкнутый круг непонимания, обид и ревности. А здесь у меня есть шанс начать все заново. Глубоко вздохнув, я сделала шаг на трап.
"Но если есть в кармане пачка сигарет, значит все не так уж плохо на сегодняшний день", – пропел мой кумир откуда-то сбоку. Я автоматически похлопала себя по заднему карману джинсов. "Будем живы – не помрем", – подбодрила я себя, выходя из здания аэровокзала. Вокруг толпились громогласные таксисты, наперебой предлагающие свои услуги. Я максимально мило улыбнулась и покачала головой. "Меня должны встречать".
Работу я нашла современным способом – через интернет. Смущало только одно: будущий работодатель как-то сразу был удовлетворен моим довольно неуклюже составленным резюме и принял меня без собеседования. Даже по скайпу. На электронку просто пришло письмо: "Ваша кандидатура одобрена. Можете приступать в понедельник. Сообщите номер рейса, и вас встретит наш водитель."
Вещей у меня было немного. Я собрала видавший лучшие дни чемодан буквально в течение часа. Гораздо больше времени у меня ушло на отбор работ: какие взять с собой, а какие оставить. Вот, собственно, и все дела.
Кто-то посигналил, и я повернула голову, хоть и помнила, что приличные девушки так не поступают. Высокий брюнет в бермудах и обтягивающей футболке весело прокричал: "Вы Ася?" Я кивнула, а в голове промелькнуло: "Перемен требуют наши сердца!"
Осколок льда
Знаете, как сердце превращается в лед? До обидного просто, хотя и не быстро. Первые ледяные прививки – сравнение родителей с другими мальчишками.
– Вот посмотри, какой у тети Любы хороший сын. И учится на “отлично”, и в музыкальной школе в первых рядах, а ты…
– У всех дети как дети, один ты у меня сплошное недоразумение! Опять порвал брюки, ведь месяц назад только купили!
– Что за занятие для мужчины – танцы. Иди на бокс или борьбу. В крайнем случае, на футбол.
А мне учиться было не то чтобы лень, а не интересно. И учился, я считаю, нормально для двенадцатилетнего пацана – на четверки в основном. Конечно, иногда и тройки проскакивали, но у кого их не бывает?! Это же не значит, что я идиот. Зато по математике и потом по физике у меня стояли твердые пятерки, но этого было мало. Никто не оценил.
Музыка меня привлекала, но не такая, как учат в музыкалке, а уличная и по-другому. Я хотел танцевать хип-хоп, но батя сказал “только через мой труп”. И брюки, да, рвались, но я ж не специально их рвал! Очень хотелось кричать: “Я такой, какой есть. Я ваш сын! Любите меня, пожалуйста, не сравнивайте ни с кем!” Но я молчал.
Школа. Старшие классы. Набрался смелости подойти к Аньке. Она мне с первого класса нравилась. И, о чудо, она согласилась на свидание. Полгода встречаемся, и снова ледяная стрела в сердце. “Извини, я полюбила другого. Ты очень милый, но мы больше не пара”. Потом узнаю, что она встречается с моим лучшим другом Ромкой. Вот так остался и без друга, и возлюбленной.
Институт. Третий курс. Потерял голову с первого взгляда как дурак. Все говорили: “Не женись, ей нужна только прописка. Бросит тебя при первой же возможности”. Не поверил. Как же можно так о ней… Она же такая добрая и красивая. Три года живем душа в душу, как мне казалось. Вернулся на день раньше из командировки – немая некрасивая сцена: любимая жена в постели с моим начальником. Ушел. Вслед неслись ужасные слова, впивающиеся в мозг, как осколки зеркала Снежной королевы: “А ты думал, что кому-то нужен?!”
Вот и все, готово. Вместо сердца красивый ледяной камень.
Устроился на другую работу. Я неплохой программист, как оказалось. Пошел в спортзал, все равно дома никто не ждет. Через год стал отлично зарабатывать, купил дорогую машину, начал ловить на себе восхищенные взгляды женщин. Мама стала писать: “Ты чего, сынок, о нас папой забыл совсем: не звонишь, не пишешь…”
Однажды вечером шел домой через парк. Смотрю, под скамейкой маленький рыжий котенок сидит, дрожит от холода и страха. Взял к себе.
Это неправда то, что говорят о котах: что, мол, собаки, вот они верные и ласковые, а коты сами по себе, ни к кому не привязываются. Рыжик с первых дней стал моим лучшим другом. Когда я засиживаюсь допоздна за работой, он всегда рядом на столе лежит. А когда я заболел, то старался согреть меня и периодически лизал мне руку, заглядывая в глаза: “Ну ты что ж это так, хозяин, не заботишься о себе. Ничего. У тебя есть я. Я позабочусь о тебе”. И приносил мне мышей, чтобы я мог подкрепиться.
День за днем, лежа на моей груди и мурлыкая себе под нос какую-то одному ему известную мелодию, он спас меня от одиночества и растопил лед в моем сердце своей ненавязчивой и безусловной любовью. Там остался всего один небольшой кусочек льда – след от людей.
У каждого свой путь
Однажды шли по пустынной бесконечной дороге два путника, волей судьбы сведенные вместе. Первый постоянно ныл и причитал о том, как ему сложно жить, как труден его земной путь и как он устал бороться с превратностями судьбы. Второй же все время молчал и ни словом, ни жестом не показывал, что его трогают стенания попутчика.
Конец ознакомительного фрагмента.