Шрифт:
Глава 1
Саймон уже не сидел, он лежал на боку с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами, глядящими в никуда. Лицо его посерело, осунулось, руки безвольно лежали вдоль тела.
Мы оба бросились к нему. Элен начала массаж сердца, а я замер рядом, осознав, что ничем помочь бедолаге уже нельзя. Саймон был мертв.
Да как же так? Как так-то?
Когда Элен, отчаявшись, прекратила свои попытки вернуть его к жизни, рядом с телом присел я, принялся его осматривать.
При беглом осмотре я не увидел ни единой капли крови, никаких порезов, ран, гематом. Вообще ничего такого, что могло бы стать причиной для столь быстрой смерти.
Да чего тогда с ним случилось? Почему он…
– Сердце, – тихо произнесла Элен, которая словно бы мои мысли прочитала и поняла, какой вопрос меня сейчас мучил.
– У него просто был лишний вес и слабое сердце. А тут и нагрузка большая, и стресс…да и возраст у него…
Да твою же мать!
Я бессильно опустился рядом с трупом.
Случившееся с Саймоном подействовало на меня даже больше, чем если бы его убили монстры.
И ладно было так, ладно бы, я не уследил, не смог прикрыть, защитить. Но нет....
Мужик настолько перепугался, что поймал сердечный приступ. Или же переживания последних дней, минут, его добили.
Просто и банально. Вот так живешь, строишь планы, а потом раз, и тебя нет… Ты не проиграл в битве, не просчитался, просто твое тело подвело, не выдержало.
Мы, люди, в принципе очень хрупкие, нас так легко сломать, уничтожить. Можно быть трижды коммандо, крушить врагов направо и налево, и помереть от элементарного гриппа, условно говоря.
Я понимал, что такое возможно, но как-то раньше подобного не видел. Да чего там, я прямо был уверен, что никогда с подобным не столкнусь. Только не с моей работой и моим образом жизни. Нет, к смерти я привык, привык отнимать чужие жизни, привык, что те, кто сражаются рядом со мной, могут уйти в мир иной. Но…я привык к смертям в бою, причем как врагов, так и друзей, но к смертям таким, случайным, в чем-то даже глупым, я был совершенно не готов.
И, наверное, именно поэтому сейчас тупо смотрел на останки своего невольного спутника, который лежал, и чье тело уже остывало на полу.
Самое поганое, что я действительно уже начал привыкать к нему, и перестал считать его чисто «отмычкой». Он уже стал частью моей команды. Да я же всего несколько минут назад вышел, чтобы ценой своей жизни прикрыть бегство Саймона и Элен.
А сейчас мне предстоит мало того, что бросить его тело тут, где его вскоре обнаружат и сожрут Дэворары, так еще придется предварительно надругаться над покойным. А что делать – пусть он и член команды, но все же у него была роль, очень важная роль, и если он эту роль не сыграет, то и мы с Элен уже вряд ли выберемся из комплекса. Да чего там – первую встретившуюся дверь можем не открыть.
Так что теперь мне предстоит вырезать глаз, отрезать кисть руки, и на всякий случай взять немного крови у покойного.
Блин, еще совсем недавно я был готов это сделать без малейших колебаний, причем не с мертвым, а с вполне еще живым Саймоном, а сейчас…сделаю все равно, но как же это теперь…неприятно. Мерзко на душе.
Еще один крайне мощный удар обрушился на дверь, да такой, что с потолка посыпалась пыль.
Похоже, кто-то разозлился не на шутку.
Впрочем, мне сейчас было на это плевать. Стальная плита закрыла проход наглухо. Пусть зверушка бесится, пусть злится и бьется. Ей не хватит массы, чтобы пробить такую преграду, и уж тем более не хватит сил, чтобы проковырять.
А самое приятное, что как на космическом корабле, здесь у тварей не получится обойти препятствие, выбравшись наружу, пробравшись по обшивке.
Нет, не исключаю, что Дэворары какой- то способ перемещения между уровнями все же нашли, однако подходит он наверняка только мелким особям, уж точно гигант за дверью пробраться таким путем не сможет. А значит, он тут заперт навсегда.
Ну, пусть сидит. И остальные вместе с ним.
Гнездо в процессе нашего бегства было сильно повреждено, жратвы у монстров фактически нет. Во всяком случае, на этом уровне. А на тюремном склад закрыт, туда твари вряд ли смогут попасть. Во всяком случае, я надеюсь, что взрыв, падение лифта не повредили там двери.
Так что сдохнут животинки с голодухи, как мне кажется.
Ну, пускай, протянут какое-то время. Представим, что каким-то чудом на склад пролезут, или же даже представим, что дверь таки повредило.
Насколько легче от этого станет монстрам? Просто протянут чуть дольше, наплодится их еще больше и…все.
Выйти они не смогут при любом раскладе, а выпускать их оттуда никто не будет, и никто туда к ним не войдет. Уж об этом я позабочусь.
Уверен, что эти живучие тварюки без жратвы просто впадут в спячку, как в ситуациях, что я наблюдал на «Клаусвитце». Главное, что на данный момент весь этот выводок, оставшийся за прочной стальной дверью, нам уже ничем не угрожает.
«Ты будеш-ш-шь с-с-страдать, ос-с-слепленный! С-с-смерть, с-с-страх, боль – вот что ты ис-с-спытаешь!» - я дернулся от неожиданности, так как слова-образы ярким калейдоскопом замелькали у меня в голове.
Хах! А, похоже, животинка за дверью уже взбесилась не на шутку – не может к нам прорваться, решила на мозги давить? Ну-ну…
Тварь пыталась слать и другие картинки, не менее яркие, эмоциональные, явно пытаясь пробудить во мне страх, или вообще животный ужас.
В каком-то смысле я даже испытал те эмоции, которые до меня пытались донести, или же, скорее, которые я и должен был испытать.
Да только…
Столько раз ходил по краю, столько раз получал ранения, через такое проходил (одна модификация тела чего стоит), что все это воспринималось скорее как эхо прошлого, эдакие воспоминания, вызывавшие лишь желание забыть об этом всем, и не более того.
– Отс-с-ступник! Твои с-с-страдания будут вечными!
Тварь предприняла еще пару попыток, но вновь безрезультатных.
Так в чем все-таки смысл этих посланий? Сделать меня эдаким «бандерлогом», который, не помня себя от ужаса, пойдет и откроет дверь, впустит сюда тварей, в надежде, что его за это не тронут?