Чтение онлайн

Трудно сказать, насколько полно Элиот осознает сказанное; она неподвижна, как изваяние, и, кажется, оглушена тем, что слышит.

— Вы говорите, триггером выступает мой дублер. Как? И откуда вы можете знать про такие вещи?

— Существует шаблон, по которому происходит Угасание. Эрозии подвергаются только определенные вселенные категории FLT6, и обострение ситуации всегда связано с одной датой. Все случаи распада происходят после 18 апреля 2354 года.

— Мой день рождения…

Ученый кивает:

— Мы имеем дело с реактивной силой. Ты знакома с функциями антител?

— Да. — Элиот хлопает себя по безволосой голове. — И с дисфункциями тоже.

Доктор Рамирес все равно продолжает объяснять:

— В человеческом теле более триллиона антител, и каждое должно реагировать на специфическую угрозу. Когда бы чуждый антиген ни вторгся в системы нашего организма, соответствующее антитело атакует чужака. Это система «замок — ключ», созданная для защиты наших тел. Мы считаем, что распад действует схожим образом. В ходе исследований за последние десять лет мы обнаружили, что Угасание испускает очень специфический заряд, нечто вроде автографа, или сигнатуры, если хочешь, перед тем, как сворачивает материю. Что-то — или кто-то — провоцирует эту сигнатуру.

Методом от противного мы разработали этот провоцирующий сигнал, условно названный контрсигнатурой, и создали методику для его обнаружения путем сканирования. Поскольку было объявлено чрезвычайное положение, филиалы Бюро во вселенных FLT6 прочесали свои миры в поисках контрсигнатуры Угасания. Логично, что объектами нашего интереса стали дети, родившиеся восемнадцатого апреля 2354 года. Первым отметили твоего дублера в MB+136613209FLT6. По всей мультивселенной Маккарти были вызваны в филиалы для обследования.

— Значит, вы просканировали меня на предмет этой контрсигнатуры? — спрашивает Элиот.

— Да, — отвечает доктор Рамирес. — Она у тебя присутствует. Частично. Все твои дублеры излучают контрсигнатуру в разных концентрациях. В каждой вселенной, столкнувшейся к настоящему времени с Угасанием и вызванной им эрозией, есть твой дублер, и у каждого следующего контрсигнатура неизменно усиливается. Источник провоцирующего сигнала как бы оставляет за собой хвост из хлебных крошек, по которому распад и следует за ним, пока не настигнет. Так паук следует вибрациям паутины, чтобы схватить жертву.

— Пауки. Паутина. Замки. Ключи. Антитела. Экосистемы. Для ученого вы слишком увлекаетесь метафорами… — Элиот распрямляет спину; плечи опущены, локти прижаты к телу. — Вы меня убьете?

— Убьем тебя? — Ученый снова скребет щетину. — А зачем мне это делать?

— Если паутина вибрирует, почему бы просто не перерезать ее? — Элиот изображает стригущее движение пальцами. — Не то чтобы я одобряла собственную гибель, но если я — ходячий маяк для какого-то космического антитела…

— В данном случае метафора неверна, — замечает доктор Рамирес. — Ты не являешься источником контрсигнатуры. Твоя смерть не остановит Угасание. Предполагается, что это возможно только посредством нейтрализации катализатора.

— Предполагается?

— Ничего подобного раньше не происходило. Все, что следует дальше, — из области теории… Но если мы сумеем обнаружить катализатор и нейтрализовать его — или ее — первыми, тогда, возможно, остановим распространение Угасания и защитим вселенные. В том числе и нашу. Ни одно из сканирований, выполненных филиалами, не дало полной контрсигнатуры, и это заставляет думать, что искомый объект — эпицентр всего происходящего — находится в одной из вселенных MB со знаком «минус». То есть в такой, где Бюро пока не существует. Как можно догадаться, это добавляет сложностей. Портативная сканирующая технология создана, но на считывание в данном случае потребуется больше времени, чем в лабораторных условиях. Плюс ко всему, объект должен находиться в пределах ста метров от сканера.

— Зачем вы все это мне рассказываете? — Элиот шевелится, и стол дрожит под ее весом. — У вас нет школ для путешественников между измерениями, которые по приказу будут прыгать туда-сюда?

— Между вселенными — да. Но время — другое дело. Учитывая, сколько твоих дублеров занимаются путешествиями во времени, нам лучше всего привлечь оперативника, который совместит оба навыка. Сканирование нельзя выполнить, если не держаться рядом с объектом.

— Вы… вы хотите, чтобы я проводила сканирование. — Элиот наконец понимает, и черты ее лица обостряются. — Но мне ничего не известно о перемещениях между мирами.

— Легче путешественника во времени обучить межпространственному прыжку, чем наоборот. Механика та же, контекст другой. Путешествие во времени требует исторической точности, а значит, многих лет подготовки, которая у тебя уже имеется. Техника прыжков между мирами схожа с той, которую использует Корпус в одиночных экспедициях, только ты путешествуешь в сторону, а не назад. У нас нет сомнений, что ты сумеешь адаптироваться к особенностям такого задания. В конце концов, тебе предстоят встречи с различными версиями собственной жизни, — заключил доктор Рамирес.

— Сколько этих версий? Вы только что сказали, что число вселенных бесконечно. Это даже сложнее, чем искать иголку в стоге сена…

— Мы сузили зону поиска эпицентра, спроецировав курс в зависимости от силы контрсигнатуры каждого дублера. С наибольшей вероятностью катализатор находится в одном из 3526 миров.

Элиот обдумывает это число.

— Все лучше, чем бесконечность.

— Искать будешь не только ты. Мы разделим зону поиска на сектора — по нескольку дюжин вселенных в каждом. Ты прочешешь отведенные тебе миры, как можно более незаметно просканируешь своих дублеров и если обнаружишь катализаторы, нейтрализуешь их.

— Нейтрализую. В смысле… — Элиот бледнеет и снова изображает пальцами ножницы.

Доктор Рамирес колеблется.

— Если и существует струна, которую необходимо обрезать, то это совершенно определенно катализатор.

От мысли об убийстве в комнате становится еще холоднее. Элиот дрожит в белизне пространства. Руки бессильно опущены.

— А если у меня не получится?

— Аннигиляция, — просто отвечает ученый. — Мороженое, запасенное твоей кузиной, пропадет, кадет Маккарти. Тебе нужно спасать миры.