Чтение онлайн

Эпод Дни мои слезами мука

Ипполитова наполнит,

Жизнь не в жизнь нам больше будет.

Мать, зачем его носила?

Иль затем, чтоб сердце гневом

Против бога запылало?

Вы ж, три сестры, три Хариты, зачем из отчизны

1150 Нашу безвинную радость из отчего дома берете?

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

ЯВЛЕНИЕ ПЯТНАДЦАТОЕ

С левой стороны приближается вестник - это конюх Ипполита.

Корифей

Но вижу я из свиты Ипполита

Идущего сюда. Как мрачен он!

Вестник

Где я царя найду Тесея, жены?

Скажите мне - он во дворце теперь?

Корифей

Он из дворца сейчас сюда выходит.

Из средней двери показывается Тесей без свиты.

Вестник

Тесей, тебе и гражданам твоим,

И в Аттике, и из Трезена вести

Несу. Они должны вас потрясти.

Тесей

1160 Какие же? Или одно несчастье

Готовится обоим городам?

Вестник

Нет Ипполита больше...

Крик ужаса в хоре.

Хоть и видит

Он солнце, но минуты сочтены.

Тесей

Как умер он? От мести ли супруга,

Чей дом он, как отцовский, осквернил?

Вестник

Его разбили собственные кони,

Проклятие разбило, что к отцу

Ты обратил, седых морей державцу.

Тесей

О, небо! Да, я точно им рожден,

1170 Внимавшим мне из моря Посидоном.

Но как погиб, скажи мне, этот муж,

Поправший честь и пораженный правдой?

Вестник

Близ берега, где волны набегают

И плещутся морские, лошадей

Мы чистили и плакали - узнали

Мы от людей, что Ипполита, царь,

В изгнанье ты отсюда усылаешь

И здесь уже не жить ему. Пришел

И сам он следом. С нашей песней грустной

Он и свои соединяет слезы.

1180 Без счета их, ровесников, туда

За ним пришло. Тогда, оставив плакать,

Он нам сказал: "Не надо унывать,

Словам отца повиноваться надо.

Живей, рабы, живее запрягайте:

Трезена нет уж боле для меня".

И загорелось дело: приказать

Он не успел - уж лошади готовы.

Тут ловко он вскочил на передок

И с ободка схватил проворно вожжи,

Но кобылиц сдержал и, к небесам

1190 Воздевши руки, стал тогда молиться:

"О Зевс, с клеймом злодея жизни вовсе

Не надо мне. Но дай когда-нибудь,

Останусь я в живых иль не останусь,

Чтобы отец мой понял, как он дурно

Со мною поступил". Стрекало он

Затем приняв, кобыл поочередно

Касается. Мы ж около вожжей

У самой побежали колесницы,

Чтоб проводить его. А путь ему

Лежал, Тесей, на Аргос, той дорогой,

Которая ведет и на Коринф.

Но вот, когда мы выехали в поле

Пустынное, с которого холмы

1200 К Саронскому спускаются заливу,

Какой-то гул подземный, точно гром,

Послышался оттуда отдаленный,

Вселяя страх, и кобылицы вмиг

Насторожились, вытянувши шеи,

А мы вокруг пугливо озирались...

И вот глаза открыли там, где берег

Прибоем волн скалистый убелен,

Огромную волну. Она вздымалась

Горою прямо дивной, постепенно

Застлав от нас Скирона побережье,

И дальний Истм, и даже Эпидавра

1210 От глаз она закрыла скалы. Вот

Еще она раздулась и, сверкая,

Надвинулась и на берег метнулась,

И из нее явилось, на манер

Быка, чудовище. Ущелья следом

Окрестные наполнил дикий рев...

И снова, и ужасней даже будто

Бык заревел. Как выдержать глаза,

Не знаю я, то зрелище сумели?

Мгновенно страх объемлет кобылиц...

Тут опытный возничий, своему

1220 Искусству верный - вожжи намотавши,

Всем корпусом откинулся - гребец

Заносит так весло. Но кобылицы,

Сталь закусив зубами, понесли...

И ни рука возничего, ни дышло

И ни ярмо их бешеных скачков

Остановить уж не могли. Попытку

Последнюю он сделал на песок

Прибрежный их направить. Вдруг у самой

Чудовище явилось колесницы,

1230 И четверня шарахнулась в смятенье

Назад, на скалы. Скачка началась

Безумная. Куда метнутся кони,

Туда и зверь - он больше не ревел,

Лишь надвигался он все ближе, ближе...

Вот наконец отвесная стена...

Прижата колесница. Колесо

Трещит, - и вдребезги... и опрокинут

Царь вместе с колесницей. Это был

Какой-то взрыв. Смешались, закружились

Осей обломки и колес, а царь

Несчастный в узах повлачился тесных

Своих вожжей, - о камни головой

Он бился, и от тела оставались

На остриях камней куски живые.

Тут не своим он голосом кричит:

1240 "Постойте ж вы, постойте, кобылицы!

Не я ли вас у яслей возрастил?

Постойте же и не губите - это

Проклятие отца. О, неужель

Невинному никто и не поможет?"

Отказа бы и не было. Да были

Мы далеко. Уж я не знаю, как

Он путы сбил, но мы едва живого

Его нашли на поле. А от зверя

И кобылиц давно простыл и след.