Чтение онлайн

— Что ж, придется тебе учиться терпению. Мы не можем сбежать и оставить О'Нила одного. Он наверняка оскорбится. — Она мило улыбнулась Лохлэнну, и тот отсалютовал ей кружкой.

— А может, просто найти ему женщину? — пробурчал Гэлан.

— У тебя есть кто-то на примете?

Он выразительно глянул на Рианнон.

Он ответил удивленным взглядом.

— Они терпеть друг друга не могут!

— Почему? — Для Гэлана это было новостью — ничего подобного он до сих пор не замечал.

— Она ему не доверяет. Она никогда ему не доверяла, с самого детства. Однажды он пробрался к ней в спальню и вымазал лицо какой-то краской. Рианнон не могла отмыться две недели.

— Тогда, может, Де Клэр?

— Ни в коем случае! И не надо предлагать ей другого рыцаря. Она и так едва смирилась с тем, что некая ирландка стала женой англичанина!

— Неужели? — удивился Гэлан, обводя взглядом довольные, веселые лица.

Вот Де Клэр отвел в сторону приехавшую к Дрисколлу в гости незамужнюю сестру и бойко жестикулировал, стараясь справиться с трудностями языка. Дрисколл, одетый элегантно, не хуже любого англичанина, пожирал парочку сердитым взглядом, пока жена не пихнула его в бок. Сэр Эндрю не спускал с колен Бриджет и ласково гладил ее по плечу, увлеченно болтая с соседями по столу. А в самом дальнем углу маячил оруженосец Гэлана в компании с темноволосой Элайной. Оба краснели от смущения, но не могли наговориться и старались держаться как можно ближе друг к другу.

Сиобейн видела, какое нетерпение снедает бедного Риза.

— Похоже, скоро к нам явятся за разрешением на свадьбу!

Сиобейн оглянулась на мужа с игривой улыбкой и наклонилась так, чтобы он мог полюбоваться ее полуоткрытой грудью. Его глаза загорелись, как у голодного хищника при виде добычи.

— Черт побери, ты дразнишь меня на виду у всех! — зарычал он.

Он погладил ее по груди, и она поцеловала его в губы так страстно, что Гэлан готов был вскочить и сию же минуту унести ее в спальню. К черту О'Нила, к черту приличия!

В тот же момент двери в главный зал с грохотом распахнулись.

Сиобейн вскочила с места при виде воинов, внесших на руках неподвижного Броуди. С криком бросилась она вперед и опустилась около него на колени. Рядом возник преподобный О'Доннел и забубнил отходную молитву, а Сиобейн распорядилась, чтобы принесли повязки и целебные травы.

Гэлан внимательно осмотрел Броуди, а затем топтавшихся рядом рыцарей. Броуди умирал, он получил слишком глубокие раны в живот и в грудь. Бриджет подала чистое полотно. Принцесса осторожно зажала рану и наклонилась, чтобы поцеловать окровавленный лоб.

— Ох, мой друг! — вырвалось у нее.

Он все еще пытался заговорить, но голос глушила кровь, булькавшая в пробитых легких. На губах у раненого появилась розовая пена.

— Тс-с-с! Все в порядке, ты дома!

Броуди с отчаянием глянул на Гэлана, и тот наклонился, прижимаясь ухом к самым его губам. Из последних сил Броуди прошептал несколько слов. Лицо Гэлана закаменело. Он сурово глянул на рыцарей, на подошедшего сзади О'Нила и снова обратился к умиравшему:

— Спи спокойно, воин!

Сиобейн прижала к груди бездыханное тело. Гэлан погладил жену по голове, стараясь утешить, и выпрямился.

— Милорд?

Он посмотрел сверху вниз на залитое слезами лицо, на остывающее тело своего нового друга и проронил:

— Он сказал, что на них были пледы с цветами Магуайра!

По залу прокатился грозный гул. Лохлэнн выругался сквозь зубы.

Сиобейн открыла было рот, собираясь спорить, но передумала. Значит, Йэн действительно пошел против нее — хотя она так и не могла понять причину.

А Гэлан учинил рыцарям настоящий допрос.

— Их было не меньше дюжины, сэр! Двоих мы убили, но остальные скрылись! — Сэр Марк перевел тревожный взгляд с хозяина на О'Нила: — В сторону ваших земель, сэр! — Гэлан оглянулся и смерил Лохлэнна подозрительным взглядом. — Те двое, которых мы убили, носили пледы как они. — Марк кивнул на слугу, закутанного в плед. — Но мы видели и воинов! — Гэлан так и подскочил на месте. — Англичане. И все при оружии. — И сэр Марк пожал плечами, словно сам не верил в свои слова.

Гэлан стал мрачнее тучи. В зале повисла тишина. Он переглянулся с Сиобейн — оба понимали, что такое возможно. — Поначалу я решил, что это туман выделывает всякие штучки… — Марк запнулся, явно стараясь подобрать нужные слова. — Они бежали к югу, и мы за ними погнались, но темнота… — Он выпрямился, готовый принять на себя вину. — Я потерял их след!

Гэлан ободряюще стиснул его плечо и обменялся взглядом с Сиобейн. Они помнили про английскую шпору и понимали, что это был не туман.

Гэлан оглянулся, но не нашел в толпе сэра Оуэна и обратился к Де Клэру.

— Пересчитай всех, кто сейчас в зале! Я должен знать точно, кто отсутствовал во время этой стычки!

Рэймонду это поручение явно пришлось не по вкусу, однако он послушно кивнул. Гэлан со своими рыцарями поспешил во двор. О'Нил кликнул оруженосцев и устремился следом.

Сиобейн застыла возле тела Броуди, глядя на мужа, пока он не обернулся возле самого порога. Их взгляды встретились, у Гэлана защемило сердце от неясного предчувствия беды. По его землям рыщут изменники. Магуайр пошел войной против женщины, которую якобы любил и ради которой едва не начал войну несколько недель назад. А кроме того, где-то в лесах скрываются разбойники, и их связь с Рианнон тоже не предвещала ничего хорошего. Но он не настолько ослеплен яростью после убийства Броуди, чтобы не понимать, что трюк с пледами Магуайров может быть отвлекающим маневром. Он ничего не доказывает. Гэлан растерялся — он не был готов к такой войне, и пока не добыты новые улики, ему остается лишь одно — идти по следу тех, кто убил Броуди.

Он простер к ней руки, и Сиобейн кинулась к нему на грудь — единственное безопасное место, оставшееся у нее на этой земле. Он прижал ее к себе что было сил, обмирая от страха: а вдруг ему не удастся остановить эту войну? Так, не размыкая рук, они пересекли внутренний двор и оказались во внешнем. Гэлан поцеловал ее на прощание и приказал к своему возвращению выставить за ворота всех, кто не жил в замке постоянно. Сиобейн отправилась позаботиться о Броуди и помочь его родным, Гэлан готовился к походу, а воины занялись выдворением крестьян, безжалостно поднимая их с постели или из-за стола. Вскоре внешний двор опустел.