Чтение онлайн

От неё снова ощущалась целая буря эмоций. Если вычленить основу, то можно сказать, что она сильно разочарована в мальчике. Раньше она испытывала к нему глубокую благодарность и некоторую даже преданность, а сейчас ей было противно. Для гоблинов духи предков и боги были чем-то высоким, недостижимым и священным. Простить такое отношения она не могла.

– А есть какая-то клятва, которой можно тебя убедить? – как бы невзначай спросил парень, рассматривая покрытую местами чешуйками химеру.

– Что? – растерялась и сразу же сбилась с мыслей Тия, плюхнувшись обратно в чан.

– Я говорю, что не лгу, и готов поклясться в этом. Просто не знаю, какие клятвы приняты у вашего народа. Клятве моего мира ты можешь не поверить, да? – объяснил Ремиан свой вопрос.

Быстро кивнув, девушка замерла, задумавшись. Недолго шевеля губами, не издавая ни звука, она будто готовила, что сказать.

– Можно поклясться на крови. Разрезаешь ладонь и просишь мать сущего принять твои слова. Если ты солжешь, то тут же сгоришь, а если скажешь правду, то рана затянется без следа. Правда, я слышала, что Великая и духи предков не очень любят, когда их беспокоят, потому этим методом особо не пользуются, – неуверенным голосом рассказывала химера, таким тоном, будто извинялась, что есть только такой способ.

– Хорошо, слушай! – произнёс Ремиан, достав из-за спины кинжал, он глубоко рассек ладонь и, ненадолго скривившись, смотря в глаза химере, продолжил: – Великая мать всего сущего, Мелания, подтверди этому дитя мои слова. Пожалуйста!

Сначала ничего не происходило, Тия даже подплыла к краю чана и уставилась почти в упор на протянутую ей ладонь. Рана была довольно глубокой, рука была рассечена до кости, правда, кровь довольно быстро перестала течь, так что большой опасности для Ремиана не было. Если что, он и сам может легко залечить такое ранение, хоть и потратив немного энергии, разрез был ровным, и надо будет просто заставить края раны сойтись.

Прошло уже десять секунд, и химера даже неуверенно ткнула в ладонь ноготком, будто проверяя, правда ли это не иллюзия. Рука парня немного дрогнула, но он не стал её убирать.

«Ладно, похоже, у Великой нет времени на тебя отвлекаться, как ближайший к тебе осколок, я обязана сама принять твои слова. Так что считай, что тебе ответили, Рем», – серьёзным голосом в голове мальчика произнесла Хика.

Ладонь Ремиана тут же вспыхнула, Тия испуганно отстранилась, будто ждала, что мальчик загорится, и её зацепит пламенем “ненависти духов”. Только вот белый свет потихоньку пропитывал руку изнутри и, пробежавшись по разрезу на ладони, исчез. Сжав и разжав ладонь, Рем протянул её ещё ближе к химере.

– Ц-целая… – удивленно прошептала девушка, рассматривая место ранения, на котором не осталось даже маленького следа от произошедшего.

– Угу, я же говорил. Смысл мне был врать? – хмыкнул парень, пожав плечами.

Теперь Тия подняла совсем другой взгляд на Ремиана, ведь если он сказал правду, то ситуация очень сильно менялась. У неё не было никаких шансов ужиться в этом мире, слишком другой она была для своих сородичей. Не сможет она вечно скрываться от своего клана, а умирать или снова становиться инструментом химере совсем не хотелось.

Её взгляд бегал по телу Ремиана, она разглядывала его уже не такое детское тело, за последние полгода мальчик стал понемногу превращаться в крепкого подростка. Комплекция худенького, но жилистого десятилетки постепенно стала превращаться в нечто более подходящее молодому воину. Наверное, ещё несколько лет такой жизни, и мальчик будет почти не отличим от взрослого бойца. Даже сейчас на его теле были хорошо видны тугие жгуты мышц, хоть пока и не очень крупных.

Кожа Рема тоже немного изменилась, она стала немного более смуглой, и весь торс и руки были покрыты мелкой сеткой шрамов. Не было у парня времени заниматься выведением этих наглядных следов тренировки, да и смысла никакого. Ещё два с половиной года нет вообще никакого резона заботиться о красоте, ведь какой бы чистой не стала кожа, Галардиус позаботится о том, чтобы парень походил на “настоящего мужчину”. Была у старика такая идея фикс, ведь не может настоящий воин не иметь боевых шрамов, даже не смотря на то, что хорошего воина и вовсе не должны ранить.

Поначалу Рем пытался как-то оспорить это противоречие, но старик его не слушал. Бог объяснил всё довольно просто, каждый великий воин тоже когда-то был зелёным новичком, ведь нельзя быть идеальным с рождения.

– Ты возьмёшь меня с собой? – спросила Тия, прервав мысли парня.

– Куда? Зачем? Мы разве не путешествуем сейчас вместе? – переспросил мальчик, не поняв сразу, о чём она.

Химера тут же смутилась. У девушки не было друзей, и она никогда особо много не общалась с другими, сейчас же она не знала, что может попросить. Есть ли у неё право просить Ремиана взять её с собой в другой мир? Нужна ли она там? Что она может предложить ему?

Мысли захлестнули Тию с головой, и бесконечный поток противоречивых эмоций буквально накрыл Ремиана. Он понимал чувства химеры. У неё не было никого, и она очень хотела обрести кого-то близкого. Не телом. Ей очень хотелось найти того, кому она будет нужна и полезна, и того, кому будет не безразлична не просто как тело или инструмент.

Наблюдая за раздумьями и меняющимися выражениями лица у химеры, Ремиан решил для себя, что может дать ей шанс. В конце концов, он всегда хотел обрести друга. Не вампира, не существо под клятвой, у которого даже не смотря на добрую волю нет возможности предать. Того, кто был бы рядом, просто потому, что так хочет. Настоящего друга.

– Тия, – тихо сказал мальчик, прерывая размышления девушки.

Химера подняла на Ремиана испуганный взгляд, было видно, что её раздумья не пришли ни к чему хорошему. Она очень опасалась остаться ненужной и сейчас ждала, что её выгонят.

“Я же бесполезна для него, у него даже есть такие же способности, как у меня. А ещё он сильный шаман и вроде красивый, для человека, девушек у него тоже много, наверное…” – путались мысли химеры.

– Будешь моим другом? – произнёс наконец Ремиан, вводя Тию окончательно в ступор.

— Мне как-то рассказывали, что такое дружба, но я никогда не пробовала. Слугам запретили со мной дружить… Других детей ко мне не подпускали, пока была маленькая. Когда стала постарше, мне уже и самой не особо хотелось, ведь смотреть на меня стали уже не как на возможного друга, – стала взахлёб рассказывать химера, будто оправдывалась.

— Ладно, ладно, двигайся давай уже, — улыбнувшись, сказал Ремиан.

Оставив на себе только портки и убрав остальные свои вещи в магический карман, мальчик полез в чан. Расположившись рядом, он разлёгся поудобнее и стал рассказывать о себе Тии.