Искатель. 1965. Выпуск №1

В первых же дней войны на московской студии кинохроники был образован штаб. Мы получили аппаратуру, пленку и сразу разъехались по фронтам. Я попал в кинобригаду Юго-Западного фронта.

Через день мы были в Киеве и, как только получили машину, отправились с оператором Женей Мухиным на передовую.

С шоссе свернули на проселок и, не проехав километра, застряли в песчаных дюнах.

Пока откапывали увязшие в песке колеса, к нам подошел офицер.

— Кто еще такие?

Я узнал своего попутчика по дороге из Москвы в Киев майора Смагина; Смагин тоже узнал меня, пожал руку.

— Ну вот, видишь, встретились!

— Товарищ майор, объясните нам обстановку.

Смагин сел на кочку, сорвал соломинку и, медленно ее покусывая, сказал:

— Я сем только прибыл сюда. Назначили командиром артдивизиона. А от него остались две пушки всего. Окопались тут недалеко, ждем. Связи с соседями нет.

Мы пошли вместе со Смагиным в расположение его дивизиона. Даже мы, люди далеко не военные, оценили, насколько удобную позицию выбрал старый воин. Впереди виднелись река и мост.

— Я его на всякий случай заминировал; взорву, если сунутся, — сказал Смагин.

Орудия были замаскированы в мелком кустарнике, и отделяли их от дороги два небольших, но довольно обрывистых оврага.

— Может быть, у нас остановитесь? — предложил Смагин.

— Да нет, пожалуй, еще вперед проскочим, — сказал я.

Артиллеристы Смагина помогли нам вытащить «эмку», и мы, проехав минированный мост, устремились дальше.

Километра через четыре мы выскочили на холмик, и тут шофер резко затормозил.

— Фашисты, — прошептал он.

Прямо на нас, поднимая пыль, мчалась колонна танков. На наши они не походили — высокие гусеницы, низкие башни, темная окраска. Шофер круто развернул. И в этот момент спустила шина.

— Гони!

Мотор взвыл, и наша «эмка», прыгая как подбитая птица, помчалась назад. Я оглянулся. Танкисты передней машины заметили нас.

С грохотом в облаке пыли танк приближался. Наша машина тряслась, как пневматический молоток, хлопала старенькими крыльями, гремела всеми своими железками…

Танк выстрелил. Разрыв снаряда швырнул задок «эмки» в сторону, но шофер круто вывернул руль и удержал машину на дороге. Уже окончательно рассыпаясь, «эмка» проскакала через мост и нырнула в кустарник. Мотор заглох сам. Пригибаясь, мы бросились к артиллеристам Смагина.

— Фашисты! Колонна! — крикнул на ходу Женя Мухин.

— Эва-а, вон они! — удивленно воскликнул солдат. На его лице не отразилось испуга, только любопытство.

— Мост не взрывать! Пропустим пяток танков вперед! — скомандовал Смагин.

Танки спустились с горы и ринулись к мосту.

— Один, два, пять, семь, — считал тог же боец, прильнув к стереотрубе. — Двенадцать, товарищ майор!

— На первый раз хватит, — спокойно произнес Смагин и не торопясь стал закуривать.

— Заряжай! — крикнул он, выпустив дым.

— Заряжай! — пробежала команда по реденькой цепочке солдат.

Глухо звякнули замки орудий. Танки въехали на мост. Теперь я четко видел кресты на их башнях, толстые, короткие стволы пушек, приоткрытые люки.

— По первому прямой наводкой!..

Танк съехал с настила моста и, заметно сбавив скорость, пополз на большак.

— Огонь!

Снаряд разорвался чуть дальше танка, но другой ударил прямо в башню. Густо взвился столб черного, коптящего дыма.

— По пятому прямой наводкой…

Смагин зачем-то снял фуражку, подставил лысеющую голову жаркому июльскому солнцу. Он подслеповато щурил глаза, командовал, как на ученье, — просто и спокойно. Это спокойствие, видимо, передавалось бойцам, и они деловито, сноровисто хлопотали у орудий, наводя на цель длинные, окрашенные в зеленый цвет стволы.

— Огонь!

Танк, распутывая гусеницу, закрутился на месте и затих. Из люков вынырнули танкисты и побежали назад. Артиллеристы, не ожидая команды, открыли огонь из винтовок по удирающим фашистам.

Смагин повернулся к бойцу у стереотрубы.

— Клименко, взрывай мост!

Боец выдернул из-за куста подрывное магнето и сильно крутнул рукоятку, но взрыва не было. Танки, обходя подбитую машину, лезли на мост, разворачивая пушки в нашу сторону.

— Я сейчас, разрешите? — Клименко выпрыгнул из окопчика и, прижимая к груди связку гранат, скрылся в ельнике.