Чтение онлайн

– Ты ведь опять живешь, – неловко напомнил Залман.

– Но мне так и не удалось прожить ту жизнь до конца. Хотя, с другой стороны, лучше уж детство в супермаркете, среди коробок с товаром и накладных, чем те отношения… Сейчас со мной ничего такого произойти не может, кому нужна тихая некрасивая девушка?

– Повторяешь прежнюю ошибку. Помнишь наши споры? Не надо подменять внутренние перемены внешними. А я, между прочим, сейчас сплю у себя на балконе… – Залман спохватился. – Ты ушел… ты ушла из супермаркета, где тебя можно найти? Давай встретимся и поговорим после того, как оба проснемся.

– В том-то и дело, что ты бодрствуешь только во сне, а когда ты просыпаешься, ты засыпаешь по-настоящему.

Нарастающий грохот заглушал слова Лидии и заставлял ходить ходуном пронизанную лунным светом пустоту.

– Залман, самое главное! Мне ведь все-таки удалось утащить это и спрятать. Там серпантин, погоню видно издали. Ясно было, что мне от них не уйти, поэтому я… – удары по барабанным перепонкам, и не разобрать, что она говорит. – Как иголка в стогу сена, никто не найдет…

Залман вздрогнул, кресло отозвалось скрипом. И угораздило же уснуть после обеда на солнцепеке! Теперь голова тяжелая, затекшее тело в липком поту, да еще грохот – кто-то колотит во входную дверь.

Пошатываясь, налетая на мебель, Залман потащился в прихожую. Его дверь – не барабан, неужели они этого не понимают?

На площадке стояли две летние фрейлины в платьях с вышитыми гладиолусами (у одной желтые, у другой розовые) и диадемах с подвесками-камеями, изображавшими Сандру в профиль. Летняя госпожа хочет видеть господина Ниртахо. Немедленно. В глазах у обеих сквозило раздражение оттого, что пришлось долго ждать и громко стучать, но они были хорошо вышколены и разговаривали с фаворитом Властительницы с подобающей любезностью.

Поездка до резиденции Летней госпожи на полуострове Касида заняла около двух с половиной часов, а потом была пешая прогулка через парк, над которым сверкали яркой мозаикой и позолотой все восемь башен Летнего дворца. В гуще зелени пряталось множество павильонов, среди них были и мраморные ротонды с колоннадами, и покрытые резьбой лакированные деревянные беседки, и сооружения сплошь стеклянные, неприятно напоминающие "Изобилие-Никес", но Сандра встретила Залмана не в павильоне, а посреди громадного розария, расчерченного каменными дорожками на квадраты. Фрейлин Властительница отослала и, оставшись с Залманом наедине, негромко сказала:

– Мне нужна твоя помощь.

– Кошка или перекидник? – осведомился он, нисколько не удивившись.

– То есть? – ее взгляд стал озадаченным.

– Тебе кошку с дерева достать или перекидник во дворец забрался?

– О, черт! – не то простонала, не то прорычала Сандра. – Нет!.. У меня в штате есть специальные люди, которые присматривают за дворцовыми кошками, и полно бездельников, отвечающих за отсутствие перекидников и прочего. Залман, ты должен разборчиво переписать свой дневник, почерк у тебя – застрелиться можно. Вначале, где ты писал для Вир, все это читабельно, а потом, когда только для себя, ты нарочно стал лепить неразборчиво. И еще надо расшифровать стенографические куски, ты использовал какую-то редкую разновидность стенографии – я подозреваю, что как раз там и есть самое интересное. У меня, знаешь ли, нет времени сидеть и разбирать твою тайнопись. В общем, ты должен это сделать, и поскорее.

– Сандра, прости, я не могу.

Они препирались битый час, и стоявшие в отдалении придворные сгорали от любопытства.

– Ладно, пусть этим займется кто-нибудь другой, – в конце концов отступила Сандра, убедившись, что он не в состоянии это сделать – ни морально, ни интеллектуально. – Тогда найди мне подходящего человека для этой работы.

– Разве тебе некому это поручить? А они? – Залман показал на кавалеров и фрейлин, издали похожих на нарядных кукол.

– Некому, – подслушать разговор никто не мог, и все же Сандра понизила голос. – Ты не понимаешь, о чем идет речь. От периода Темной Весны не сохранилось никаких письменных документов, одни домыслы. Кто-то позаботился о том, чтобы все пропало. Возможно, это было сделано ради того, чтобы уничтожить какую-то конкретную информацию.

– Происки Мерсмона, – подсказал он заученно.

– Может быть, – Сандра недобро усмехнулась. – Главное, что это было кем-то сделано, поэтому я никому не доверяю. Залман, мне знаешь, кто нужен? Какой-нибудь вчерашний школьник, без протекций, без связей. Соседи тебя любят, у них там не найдется внука-отличника или усидчивой и ответственной девочки? Можно, чтобы это был юный менеджер, но только не пламенный легионер, вот этих не надо.

– Эти менеджеры и легионеры мне уже снятся. В каждой газете про них пишут, если не про тех, то про других. Как раз сегодня после обеда я читал статью о драке легионеров с менеджерами, потом уснул…

Залман хотел рассказать ей свой сон, но запнулся – рассказывать-то не о чем, сплошная чепуха. Бывают такие сновидения: пока спишь, все в них кажется понятным, естественным, последовательным, а стоит открыть глаза, и они превращаются в кучу перепутанных обрывочных образов и впечатлений. Его полуденный сон имел ту же природу. Исходная точка – драка пламенных легионеров с юными менеджерами, а дальше пошел невообразимый для здравого ума хаос, да еще как будто разговор с Лидией Никес… Один из тех встречающихся в сновидениях разговоров, которые при попытке припомнить их после пробуждения теряют всякое подобие логики и смысла.

– Залман, пока я своего не добьюсь, я от тебя не отстану. Ты должен кого-нибудь найти мне для этой работы.

Сегодня на голове у Властительницы было украшение, напоминающее модель атома, на перекрученных золотых дугах искрилось множество мелких самоцветов. Ее упрямый взгляд не оставлял никакой надежды: и правда ведь не отстанет.

– Уже нашел! – Залман с облегчением вздохнул. – Есть одна девушка, юный менеджер, она как раз ищет работу. Лидия Никес, я познакомился с ней в Танхале. Она выросла в супермаркете и носит с собой нашатырный спирт.

Сандра открыла отделанный перламутром блокнотик, подвешенный к поясу на нитке жемчуга, и что-то пометила огрызком позолоченного карандаша, а Залман спохватился: зачем он предложил Лидию? С Лидией даже разговаривать нельзя. Это опасно. Это запрещено. В Танхале он с ней немножко поговорил и чуть не умер. Это все равно, что дергать дверь с табличкой "Не влезай – убьет".

– Подожди, она не подходит. Я тебе еще найду, других найду. Я сегодня спрошу у соседей…

То ли они слишком долго простояли на солнцепеке, то ли из-за того, что он начал волноваться, но пейзаж с каменными дорожками крест-накрест, розовыми кустами и группами нарядных людей в отдалении стал вдруг болезненно ярким, до рези в глазах.