Чтение онлайн

— Часа через три будем в Гарашихе. Если, конечно, ничего не случится, — сказал Козырев.

Глава 19

По дороге Козырев говорил мало и больше полунамеками, то есть иной раз невозможно было понять, что там идет вторым, а то и третьим смыслом. При этом ничего меня интересующего он не упомянул.

— Астафьева не нашли? — поинтересовался я невзначай.

— А могли? — хмыкнул он.

— Не исключаю, — пожал я плечами.

В глубину зоны народ ходит, правда не факт, что поймут, что это именно Астафьев, когда увидят.

— Остатки его артели как сквозь землю провалились. В княжестве их нет.

«Да сколько того княжества», — мог бы сказать я, но не сказал. Нужно же щадить чужое самолюбие, да и из слов Козырева следовало, что его не волнует, что будут устраивать выбравшиеся от нас преступники у других. Главное — не у нас, а проблемы соседей — это чужие проблемы. С учетом того, что дружбы у Куликовых с соседями особой не наблюдалось, подход имел право на жизнь. Конечно, общегосударственные конторы были — та же полиция, но и они сильно зависели от правителя конкретной земли.

— Осуждаете? — неправильно понял мое молчание Козырев. — Что ж, молодости свойственна некоторая идеализация.

— Да нет, Алексей Фомич, я прекрасно понимаю, что у княжества сейчас нет возможностей.

— И не говорите, Петр, — вздохнул он. — В прежние времена вы бы не дождались даже одного приглашения на ужин.

— А сейчас последуют другие?

— Увы, Василий Петрович пытается поддерживать видимость благополучия. В Дугарске нынче с дворянами плохо. Княжество фактически агонизирует.

Меня удивила эта откровенность. Скорее всего, она была опять-таки на что-то нацелена. И я не понимал, какой реакции ждет от меня Козырев. Решил сыграть роль молодого восторженного идиота.

— Пока да.

— Пока?

— У меня в нем имущество, — пояснил я. — Значит, князь рано или поздно вернет контроль над землями.

Козырев заразительно расхохотался.

— Мне бы ваш оптимизм, Петр.

— Кстати, если уж вы считаете, что меня пригласят еще раз, насколько прилично будет подарить Марии Васильевне механического паука? Она, конечно, выражала желание обладать чем-то подобным, но не подумает ли княжеская семья, что я имею виды на княжну? Не примут ли это за ухаживание?

— А вы имеете виды? — заинтересовался он.

— Честно говоря, нет. До того как жениться, мужчина обязан встать на ноги. Иметь свой источник дохода. Чтобы не получилось как с моим отцом. Мне очень повезло с отчимом, но взваливать на него и дальше свою жизнь я не собираюсь.

— Предельно откровенно, — хмыкнул Козырев. — Но у вас неплохой потенциал как артефактора. И если вложить в ваше развитие деньги, они окупятся сторицей.

— Пока я разовьюсь, может случиться очень многое, — скептически сказал я. — Не такое уж я хорошее вложение. И не думаю, что княжны нуждаются в покупке мужей.

— Неужто не нравятся? — хмыкнул Козырев.

— Я высказал свое мнение по поводу женитьбы, а не по поводу княжон, Алексей Фомич. Кстати, а не подскажете, где в Гарашихе можно подстричься?

Это было не совсем кстати, но иной темы для перевода разговора я с ходу не придумал. И потом продолжил расспрашивать про магазины, лишь бы не возвращаться к довольно щекотливому разговору. Кто знает, сам ли Козырев выспрашивает или по наводке князя. Хотя последнему я вряд ли так уж интересен в качестве зятя. Он, скорее, найдет кого-нибудь с деньгами и с необходимостью в титуле, поскольку сейчас за Куликовыми ничего нет, кроме титула. И спеси.

Козырев охотно рассказывал, что где можно купить в Гарашихе, а куда соваться не следует.

— Местный рынок я бы вам рекомендовал посетить, Петр, — разливался он соловьем. — Там можно весьма интересные вещи встретить. Как я понял, в средствах вы стеснены?

— Стеснен, — подтвердил я ничуть этого не стесняясь. — Поэтому в моих планах нет покупки еще одного костюма. Лишь осенней и зимней одежды.

И, возможно, зонта. Дождь не утихал, и это точно не последний в этом году.

— С зимней не торопитесь, через месяц выбор будет побольше.

— И цены поднимутся? — предположил я. — Честно говоря, я бы предпочел магазин с хорошими подержаными вещами. Есть такой в Гарашихе?

— Есть, как не быть. Как раз на местном рынке. Там есть отдел и с новыми вещами по невысоким ценам. Я вас рядом высажу. Но основные продажи у них идут как раз с подержаных.

— А заберете где?

— Около ресторации Сафонова на Центральной улице.

— Как она называется?

— Так и называется: «Ресторация Сафонова».

— Нет, я про улицу.

— Тоже так и называется: Центральная, — хмыкнул Козырев. — Не пропустите. От рынка она идет, так что не заблудитесь. Сам я к алхимику. Сколько времени займет, не знаю.

— Это вы с субстанцией из сортира к нему? — понял я.

— С ней, поганой. Наколупали в контейнер. Может, и сможет алхимик определить, что туда вылили. Если, конечно, захочет за это дело браться.

Мы уже подъезжали к Гарашихе, так что задавать вопросы я перестал и начал осматриваться.

Город был оживленным, но казался еще более провинциальным, чем Анниск, хотя размером был сопоставим или даже чуть больше. Лабиринта, разумеется, здесь не было, как и дирижабельной причальной башни. Последняя отсутствовала бы, даже если бы городок был побольше, — близость Зоны очень плохо отражается на летающем транспорте, и хорошо, если он просто медленно спланирует на землю, а не ткнется носом, угробив всех пассажиров. Самой Гарашихе поглощение не грозило, и здесь не было атмосферы постоянной напряженности, характерной для Дугарска. Здесь люди жили, а не выживали. Хотя нельзя сказать, что жили очень уж хорошо. Похоже, правду мне говорили, что местный князь три шкуры дерет с тех, кто живет на его земле.

Козырев, как и обещал, подвез меня к рынку. Хорошо, что распогодилось, и сверху уже ничего не лилось. Плохо, что снизу землю местами развезло до непролазной грязи. Около магазина, к которому меня отправил Козырев, были деревянные мостки. Наверное, для этого города это было признаком респектабельности. Как и большие витринные окна, в которых были выставлены образцы товара. Довольно приличные образцы.

Но туда я не пошел, отправился стричься. Нужное заведение находилось тоже рядом и сейчас пустовало. Скорее всего, из-за погоды, а не из-за убыточности заведения. Оно выглядело преуспевающим.