Чтение онлайн

– Разве у нас осталось что-то еще?

Баронесса улыбнулась, но ее взгляд был холодным и колючим.

– Конечно, Линет. Еще очень, много дел. Идите сюда.

Она указала на дверь, которая вела в заднюю часть дома. Когда модистка открыла эту дверь, Линет увидела темный коридор и краем глаза заметила, что все взгляды устремлены на нее. В какой-то момент она почувствовала себя кроликом, которого загоняют в клетку с удавом, но усилием воли прогнала эту мысль. В конце концов, она находится в модном ателье в центре Лондона. Здесь не могло быть никаких удавов.

Кивнув баронессе, Линет спокойно прошла в мрачный коридор, удивляясь тому, что ее спутницы молчат. Женщины вплотную следовали за ней, словно преграждая ей путь к бегству. Линет почувствовала тревогу и замедлила шаг. Ее страх усилился, когда баронесса вдруг грубо подтолкнула ее сзади.

– У нас назначена встреча, мы не можем опаздывать, – сквозь зубы процедила пожилая леди.

Коридор внезапно закончился, и они оказались перед самой обыкновенной дверью. Правда, на ощупь она была холодной и очень тяжелой. Линет стоило больших усилий, чтобы открыть ее. Женщины вошли в просторную комнату, освещенную огнем, который полыхал в камине. В центре комнаты стоял большой стол. Справа – ширма и массивное кресло.

В углу Линет заметила мужчину.

Он казался каким-то безликим, хотя был хорошо одет и учтиво им улыбался. Его присутствие почти никак не ощущалось. Даже Линет, которая всегда старалась уловить характерную особенность в лицах прихожан своего отца, не могла зацепиться взглядом хоть за что-нибудь в облике этого человека. Он вышел вперед, вежливо поклонился и поцеловал руку баронессы, затем взял руку девушки.

– Вас зовут Линет? – спросил он высоким гнусавым голосом.

Она кивнула, вопросительно глядя то на баронессу, то на незнакомца. Линет вдруг заметила, что модистка исчезла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Меня зовут мистер Смайт, – продолжал мужчина. – Я врач, и мне предстоит провести обследование.

– Обследование? Какое еще обследование?

Линет повернулась к баронессе, но та, капризно поджав губы, не соблаговолила ответить. Вместо этого она села у камина и вздохнула. Мистер Смайт вежливо пояснил, обращаясь к Линет:

– Я должен обследовать вас на предмет болезней и наличие шрамов.

Девушка оглядела его с головы до ног. Только сейчас она поняла, что этот мужчина собирался обследовать ее.Она застыла, чувствуя, что ее охватывает яростное негодование.

– Уверяю вас, мистер Смайт, у меня прекрасное здоровье.

– Конечно, – согласился врач. – Тогда это не займет у меня много времени. Зайдите за ширму и разденьтесь.

Линет подошла к баронессе, которая сладко зевала, вытянув ноги к камину.

– Баронесса, вы, конечно, понимаете, что в этом нет необходимости. У меня превосходное здоровье.

Та пожала плечами.

– Разумеется. Но мы не можем полагаться на то, что ваш будущий жених поверит вам на слово. Это должно быть заверено врачом.

– Заверено? – заикаясь, переспросила Линет.

– Конечно. Мистер Смайт – очень уважаемый человек. Он весьма аккуратен, и его невозможно подкупить.

Линет в ужасе посмотрела на мужчину. Тот спокойно кивнул ей в ответ.

– Кроме того, я должен также убедиться в том, что вы девственница.

– Ни за что!

Линет отпрянула к двери. Ее глаза расширились от ужаса. Мысль о том, что этот человек будет осматривать ее тело, была ей невыносима. То, что он собирался прикоснуться к ней... там ,казалось ей ужасным.

– Уверяю вас, – продолжал врач, – эта процедура абсолютно безболезненна, и, если вы будете мне помогать, все пройдет очень быстро.

– Конечно, она будет помогать, – заявила баронесса. Смайт снова поклонился, на этот раз, предназначая поклон баронессе. Затем он приглашающим жестом указал Линет на ширму.

– Вы можете задавать мне любые вопросы, поскольку я – опытный эксперт в вопросе девственности.

– Задавать вам вопросы? – слабо отозвалась Линет.

– Ну, давайте же, – торопила ее баронесса, – мы не можем посвящать этой процедуре весь день. Снимайте одежду. – Увидев, что Линет не шелохнулась, баронесса холодно добавила: – У вас нет никакого выбора.

Линет смотрела на нее затуманенными от слез глазами. Она не узнавала в женщине, сидящей перед ней, той любезной компаньонки, вместе с которой они так весело смеялись вчера днем. Сейчас она напоминала ей ведьму, которая смотрела на нее с неприкрытой неприязнью, как и тогда, в соборе Святого Павла.

Линет чувствовала, что находится на грани срыва. Как она ненавидела баронессу! Но у нее действительно не было выбора, как не было и никакой возможности сбежать. Даже если ей удастся покинуть кабинет мерзкого мистера Смайта, то куда она пойдет? Учитывая нынешнее положение, дядя, конечно, не примет ее. Он примет племянницу только в том случае, если она будет замужем. Что касается других вариантов, то у нее не было ни денег, ни работы. Ничего.

Ничего, кроме предупреждения виконта, которое она хорошо запомнила: «Если вы сбежите, я найду вас. Я заставлю вас выполнить ваши обязательства передо мной и перед вашим женихом».

– Давайте же, давайте, – уговаривал ее мистер Смайт. – Я постараюсь сделать это как можно более приятным для вас.

Приятным? Линет снова повернулась к врачу и мрачно посмотрела на него. Приятным? Она едва не расхохоталась. То, что ей предстояло перенести, было настолько унизительно, что утрата права выбирать себе одежду казалась теперь совершенно незначительной. И все же она вынуждена согласиться – у нее действительно нет выбора. Ей придется подчиниться.

Линет с застывшим лицом бесстрашно прошла за ширму. Когда она начала расстегивать платье, руки ее задрожали, по щекам потекли горькие слезы. Стиснув зубы, девушка держалась из последних сил. Стараясь не всхлипывать, Линет думала о том, что никто не должен знать, как она несчастна, или видеть ее в таком состоянии.

Она продолжала медленно раздеваться. От холода по ее коже побежали мурашки и она вся сжалась. Ей не хватало решимости выйти из-за ширмы. Линет стояла, прижав руки к груди, и с горечью думала о том, что само Небо стыдит ее. И вдруг с ней что-то случилось. Странно, но Линет вдруг вспомнила образ, который преследовал ее этим утром: обнаженный виконт, распростершийся на ее постели. Он, наверное, всегда спал таким образом. А его многочисленные девушки могли входить к нему в любое время.