Шрифт:
Улетели звезды далеко
Их уже лопатой не добить,
Хочется кого-нибудь порвать
Хочется куда-нибудь любить
«Агата Кристи – Немного земли»
Глава 1
Мне нравится убивать. Наверное, нравилось с самого детства, когда я, лёжа в постели, представляла себе жуткие пытки своих недругов и их ужасную смерть. Впрочем, процесс для меня всегда был куда интереснее результата…
Результат (смерть) – такое холодное слово. Точка, из которой уже нельзя вернуться на прежний путь, повторить заново. Всё удовольствие перечёркивается. Приходится искать новую жертву, а это, между прочим, очень утомительно!
Злобным героям де Сада всегда предоставлялось множество жертв на выбор, но мне до них далеко. Меня за такой роскошный "стол" почему-то не приглашают присесть.
Хотя, конечно, и в этом процессе есть своя прелесть. Не скажу, правда, что я самый лучший охотник по своей натуре. Да и в жизнь сложно претворить такие идеальные на бумаге (или в голове) планы.
Люди настолько непредсказуемые.
Иногда они умирают настолько быстро, словно давно этого желали. А иногда приходится потратить много времени, чтобы организм отказался от отчаянной борьбы за жизнь.
Конечно, всё было бы проще, используй я пистолет. Пистолет, револьвер, автомат и прочие прелести современной жестокой цивилизации… Они стали бы идеальным вариантом… Если бы не оставляли следов. Точнее, не они сами, а пули, по которым можно вычислить слишком многое. Почти как наследить отпечатками пальцев на месте преступления. И дополнительно оставить визитку со всеми контактами. Чтобы доблестная милиция уж точно не прошла мимо.
Тем более, в нашей стране пистолет достаточно сложно приобрести, если ты не связан с криминалом. У нас же не Америка, где, кажется, негласно действует правило: "Каждому потенциальному убийце по оружию. А остальным ублюдкам за компанию".
А я, как настоящая творческая личность, предпочитаю работать самостоятельно, подальше от разных посредственностей, убивающих ради банальных денег.
Правда, это был бы скучно. Всё равно что сравнить настоящую любовь и секс за доллары.
Ножи. Символ МУЖСКОЙ сексуальной неудовлетворённости. В общем, в этом мире почти всё мужское. Считается, что все серийные убийцы сумасшедшие, а также, что практически все они мужчины. Причём, белые мужчины. Да уж, и в этой области существует дискриминация. Как в магазине нижнего белья, где на полных женщин смотрят с безграничным отвращением.
Женщины-маньяки тоже вызывают лишь презрение, как ещё одно доказательство бабской слабости. Мол, посмотрите, какие они всё-таки дуры. Из серии: чего ты сюда припёрлась? Лучше иди, полы помой, ребёнка роди, картошку вскопай.
Ведь убивать – это совершенно не женское дело. Кстати, этот постулат применим к любой области деятельности.
Хотя и на самом деле женщин-серийных убийц куда меньше. И это доказывает, что женщины сильнее. Или слабее. Тут сложно сказать однозначно.
Всё равно что оценивать с позиции крутости школьного хулигана. Да, его боятся одноклассники и учителя, им даже восхищаются различные малолетние задротики, но при этом любой мало-мальски умный человек вполне способен сыграть роль гадалки и заглянуть в его будущее.
Выше, чем обычный карманник, грабитель магазинов или ещё какая-нибудь шестёрка в криминальном мире, такое "чудо" не прыгнет. Какая уж тут крутость.
Но то, что женщины в своей основной массе восхищаются кошками и ненавидят кровь – правда. Я равнодушна к кошкам, и не то, чтобы боюсь крови. Просто я умею думать и сопоставлять факты. Кровь – она очень маркая, оказаться с ног до головы в крови после сражения с очередной жертвой – это всё равно что выйти голой на центральную площадь в разгар какого-либо праздника, да ещё и засветиться перед телевизионными камерами, этот праздник снимающими.
Далеко ты уйдёшь вся в крови? Даже ночью. Ночью, в принципе, уйти можно. Мы далеко не США, поэтому встретить в тёмное время суток милицейский патруль так же сложно, почти невероятно, как и НЛО. Наверное, они боятся темноты. Милиционеры, я имею в виду. Хотя, тут дело не в страхе, а в полнейшем равнодушии и в отсутствии сверхурочных.
Между прочим, я тоже боюсь темноты!
И не хочу попасться под руку какому-нибудь банальному насильнику. Конечно, я достаточно сильна физически и всегда вооружена электрошокером, но я не мужчина.
Признаю, что для такого хобби, какое выбрала я, быть мужчиной куда выгоднее. Тело более сильное, легче накачать мускулы.
Возможно, только из-за своей женской природы – сиречь, хлипкости – я выбрала бесконтактный способ убийства.
Я вообще не люблю физические контакты. Не то, чтобы они меня пугали, скорее, ничего не давали. Всё равно что пытаться напиться из нарисованного колодца. А я не люблю пустоты, ненавижу напрасно тратить своё время.
И кувырки в постели, плюс другие акробатические трюки, называемые сексом, меня интересуют столь же мало, как прошлогодние новости в старых газетах.
Говорят, секс помогает снимать напряжение.
Но мне этот способ ничего не даёт.
Моё хобби – смерть. Только убийства способны снять лишнюю стружку с моей зачерствевшей души. Избавить от переполняющей тело агрессии.
Как если взять бутылку кока-колы, хорошенько потрясти, а потом открыть. И тёмную массу, так похожую на кровь, начинает в буквальном смысле слова рвать на части. Пузырьки газа пытаются вырваться на волю. И почти тоже самое происходит в моей душе, каждый раз перед очередным убийством.
Не знаю, чтобы я без этого делала.
Наверное, страдала, поедала сама себя изнутри, и уже давно бы отдыхала в психушке.
Неплохой вариант для моих жертв. Но мне такой расклад не нравится.
Я читала, что в момент совершения убийств у маньяков первой категории – к которым я бы себя отнесла, будь у меня мания величия – агрессия выходит стремительным потоком сразу через подсознательное, минуя сознательное. А у обычных людей агрессия выходит постепенно, совсем другим путём. Не знаю, насколько это правда. Больше похоже на неуклюжее оправдание, такую себе городскую легенду.