Испанец
Шрифт:
Марина плакала навзрыд. Игорь играл с ней, как кошка с мышкой, издевался и унижал. Ломал ее гордость, ее самоуважение, демонстрируя свое пренебрежение. Марина уже пожалела, что вообще ответила ему. Задавая себе вопрос, зачем она это сделала, она честно отвечала себе – хотела избавиться от него раз и навсегда. Хотела его припугнуть чтобы он исчез из ее жизни раз и навсегда. Но у нее не вышло; Игорь чувствовал ее слабость, и она увязла в его сетях, безуспешно сражаясь с ней.
На плечо ей легла рука, и Марина испуганно вскрикнула, подскочила.
Перед ней стоял Эду.
Господ, Эду! Девушке казалось, что он вынырнул из какой-то другой, нереальной жизни.
– Кто это? – поинтересовался молодой человек, кивнув на экран. – Твой муж?
Марина с силой потерла виски ладонями. Сказать, что это тролль, что обидел и оскорбил ее?
«О, нет, только не это! Эду не заслуживает лжи!»
– Нет, конечно, - ответила она, едва совладав с собой. – Это не муж, никогда им не был и никогда не станет.
– Но он был тебе близок и дорог, - настойчиво продолжил Эду все так же пытливо глядя в глаза девушке. – Из-за чужих людей так не плачут.
Марина судорожно сглотнула.
Она могла все отрицать, но…
«Эду не заслуживает вранья!»
– Si, - ответила она твердо. – Но больше нет. Можешь перевести нашу переписку через переводчик. Он просто издевается надо мной и делает мне больно.
– Я не хочу переводить, - произнес Эду, взяв ее ладони и сжав их в своих руках. – Я хочу, чтобы ты сама мне все рассказала, чтобы я мог понять, помочь и утешить.
Марина задумчив глянула в его темные глаза. Рассказать Эду? А, собственно, что? Всю свою нескладную жизнь? Весь свой стыд, унижения? Показать Эду себя такой – жалкой и ничтожной? Такой, какую ее знал весь ее знакомый мир? Такой, с какой она сама сражалась каждый день и час?
Речь Марины лилась на удивление спокойно и легко. Вспоминая мелкие и крупные обиды, проговаривая их, пробуя на вкус горькие сова, Мрина чувствовала, что с каждым словом ей становится все легче дышать. Она вслух произносила то, что в чем мысленно себе не смела признаться, отваживалась давать оценку окружавшим ее людям, и становилось хорошо и спокойно.
Эду выслушал молча; на его красивом лице отразилось лишь брезгливое недоумение, когда Марина упомянула о связи Игоря и ее матери, но он не произнес ни слова в адрес этих двоих.
– Вот кто тебя обидел так сильно, - сказал, наконец, Эду, когда Марина затихла. – Вот почему ты такая колючка. Бедная моя…
Он притянул девушку к себе и крепко обнял ее, поцеловал в макушку.
– Я не хочу снова видеть этих людей, - тихо промолвила Марина. – Я боюсь, что не справлюсь. Боюсь, что они меня просто уничтожат. Они не хотят уходить из моей жизни, как бы я ни гнала их. Они просто игнорируют мои слова. А сил схватить и вытолкать прочь у меня просто нет…
– Так может, - задумчиво протянул Эду, - тебе не уезжать? Может, осторожно продолжил он, прижав Марину крепче к сильно забившемуся сердцу, - тебе остаться тут, со мной?..
Эти слова были невероятны, невозможны, настолько фантастичны, что Марина закусила губу, чтобы тотчас же не разрыдаться или не сойти с ума от радости.
– Но твой отец, - напомнила она дрожащим голосом, - сеньор Педро… Он будет против. Ты хочешь, чтобы жизнь здесь превратилась в ад? Он будет видеть меня каждый день, и…
– Почему здесь? – удивился Эду. – У меня есть свой дом. Здесь я живу… наверное, ради тебя. Чтобы видеть тебя и быть с тобой рядом. А вообще, я вполне самостоятелен. Я неплохо зарабатываю, и все то, чем я владею – это мое, а не то, что позволил мне взять отец. Ну, так что?
Глава 13. Чужое счастье
Грасиеле на самом деле Эду нравился.
И она вовсе не прочь была с ним познакомиться, тем более, что ее родители о нем говорили, что он сочетает в себе редкие качества: смелость, достойную настоящего мужчины, и доброе, мягкое сердце. К тому же, Эду был знатен, красив и достаточно обеспечен – чего можно было еще желать?
Однако, к ее величайшему удивлению, Эду не проявил к ней должного внимания, такого, какого ей хотелось бы. Грасиела привыкла к тому, что в ее обществе мужчины ведут себя более темпераментно, и потому спокойная вежливость Эду показалась ей почти холодностью или даже слабостью, чрезмерной нерешительной мягкостью. Девушка темпераментно ругала Эду, обзывая его тряпкой и списывая неудачное знакомство на недостатки его характера – только ради того, чтоб не признаваться себе в том, что именно она не смогла понравиться Эду.
А потом и причина его холодности отыскалась.
Братец полез обниматься к невзрачной бледной девчонке, и тут уж Эду словно подменили. Темперамент и решительность плеснули из него так, что стало совершенно ясно – с ним не шути. И Грасиела пропала.
Она была «норовистой кобылкой», как частенько говаривал ее отец, и ей нужна была «твердая рука», то есть такая, которой Грасиела хотела бы подчиниться. Подспудно ее влекла сила, и ей казалось, что именно она смогла бы обуздать и усмирить разгневанного Эду, очаровав его своей красотой. Подумаешь, какая-то неуклюжая девчонка… да она даже не соперница Грасиеле! Эду просто толком не рассмотрел ее. Надо всего лишь чаще у него перед глазами мелькать, делов-то!
Так размышляла Грасиела, решительно направляясь к дому Авалосов. Со всей решительностью она хотела напроситься в гости, на чашку кофе. Можно было построить глазки Эду, можно подразнить его, а можно восхищаться его мужеством в последнем поединке с быком…
Но Иоланта, открывшая незваной гостье двери, с невозмутимым лицом ответила, что Эду уехал в свою городскую квартиру.
– Еще позавчера, - закончила она и оглядела Грасиелу с ног до головы с таким выражением лица, словно очень осуждала дерзость девушки.
– А можно узнать, - так же дерзко, не выказывая Иоланте своего смущения, произнесла Грасиела, - точный адрес? Я хотела бы навестить его, пожелать ему скорейшего выздоровления.
Иоланта снова смерила девушку с ног до головы одним из своих презрительных взглядов. Грасиела невольно покраснела; проницательная Иоланта читала все ее немудреные секреты, и уж точно знала, зачем девушка хотела повидаться с Эду.
– Видите ли, сеньорита, - очень мягко, будто извиняясь перед Грасиелой, произнесла Иоланта, - я знаю, сеньор де Авалос вас очень уважает, и вы ему нравитесь, и я, разумеется дала бы вам адрес сеньора Эду, не раздумывая, потому что его отец был бы очень рад вашему… близкому знакомству с сеньором Эдуардо, но…