Чтение онлайн

– Хевы напали на Василиск, сэр, – лишенным интонаций голосом, с оттенком неверия, повторила она, и впервые ее сфинксианский акцент не вызвал у графа мучительных воспоминаний о Хонор. – АКС объявила ситуацию «Зулу» и начала авральную эвакуацию торговых судов шесть… – Она взглянула на дисплей времени и поправилась: – Нет, семь минут назад. На момент отправки вице-адмиралом Рено курьера вторгшиеся силы оценивались как минимум в двадцать супердредноутов с крейсерским прикрытием.

– Боже мой! – прошептал кто-то за спиной Александера, а сам адмирал почувствовал, как каменеет его лицо.

Это был не обычный крейсерский рейд: двадцать супердредноутов способны уничтожить весь пикет Василиска, особенно с учетом того, что часть сил была отведена из системы для укрепления его же, александеровского, флота, а оставшиеся корабли разделены между терминалом и Медузой.

«Они уничтожат пикет Маркхэма, а потом разнесут вдребезги все орбитальные сооружения Медузы, – с нарастающем ужасом подумал граф. – Дадут они техническому персоналу время на эвакуацию? Должны… если только ими не командует какой-нибудь фанатик нового режима. Но и в случае благополучной эвакуации людей прахом пойдут шестьдесят лет трудов и триллионы долларов инвестиций. И вряд ли уничтоженную инфраструктуру удастся восстановить до конца войны».

А потом ко всем этим мыслям добавилась еще одна, даже более страшная.

– Рено сообщил что-нибудь о намерениях адмирала Ханаби? – требовательно спросил граф.

– Никак нет, сэр!

МакТирни покачала головой, и Белая Гавань нахмурился. Рено должен был сообщить и об этом, но, по справедливости, не стоило требовать слишком много от гражданского лица, транспортного инженера и администратора, пусть и носившего адмиральские нашивки. По правде сказать, он и так сделал больше, чем Белая Гавань вправе от него ожидать. Другое дело, что не получившему нужных сведений графу от этого легче не становилось.

«Да брось ты, – сказал Хэмишу внутренний голос – Тебе и без всяких донесений ясно, что предпримет Ханаби. То, что сделал бы любой адмирал, достойный своих галунов: устремится на грохот пушек».

То есть сделает именно то, чего ждет от нее противник.

Снова нахмурившись, адмирал уставился на голографический экран, показывавший его собственные силы, размещенные в сорока пяти световых секундах от терминала звезды Тревора; в голове взвихрилась стремительная круговерть мыслей. Офицеры его штаба, работавшие на флагманском мостике «Бенджамина Великого», еще не успели оправиться от потрясения, но они видели, как поникли под страшным грузом ответственности широкие плечи их адмирала. Спустя несколько мгновений он повернул к ним суровое, сосредоточенное лицо и начал отдавать приказы.

– Синди, диктую депешу адмиралу Вебстеру. Начало записи: «Джим, оставайся на месте со всеми кораблями. Возможно, это уловка, чтобы выманить флот метрополии к Василиску и расчистить путь для атаки на столицу. Восьмой флот немедленно отправляется на Василиск». Конец записи.

За его спиной кто-то тяжело задышал, и Белая Гавань невесело скривил рот, подумав, что им стоило бы самим предусмотреть такую возможность. Взгляд его при этом не отрывался от МакТирни.

– Записано, сэр! – доложила она. Ее голос все еще дрожал, но глаза прояснились, жесты снова стали четкими.

– Хорошо. Вторая депеша – командующей Мантикорской центральной АКС. Начало записи: «Адмирал Естременская, в силу предоставленных мне полномочий предписываю вам полностью – повторяю, полностью! – освободить туннель Мантикора-Василиск от транспорта и приготовиться к приоритетному транзиту военных кораблей». Конец записи.

– Записано! – вновь подтвердила МакТирни.

– Следующее сообщение – контр-адмиралу Ханаби, через АКС Василиска. Начало записи: «Адмирал Ханаби, направляюсь на выручку Василиску от звезды Тревора через туннельную Сеть с сорока девятью кораблями стены, сорока линейными крейсерами и прикрытием».

– Записано, сэр.

– Прекрасно. Копии всех депеш отправьте в Адмиралтейство, а также лично адмиралу Капарелли, адмиралу Гивенс, вице-адмиралу Рено и вице-адмиралу Маркхэму. Шифр и код стандартные. Приоритет номер один. Сразу после зашифровки передайте сообщения на курьер адмирала Рено.

– Есть, сэр!

Кивнув офицеру связи, Белая Гавань повернулся к начальнику штаба и опрерационисту флота.

– Алисон, – сказал он капитану Гранстон-Хенли, – я хочу, чтобы вы отправили этого курьера на Мантикору, как только Синди передаст мое сообщение. Далее, вы и Тревор готовите план туннельного транзита: звезда Тревора-Мантикора-Василиск.

– Есть, сэр! – ответила Гранстон-Хенли, стряхивая остатки оцепенения, оглянулась на коммандера Хаггерстона и снова обернулась к графу.

– Схема перехода стандартная?

– Нет, – покачал головой Белая Гавань. – Некогда нам перемещаться с приятностью и удобствами, по стандартной схеме. Корабли будут отправляться в порядке прибытия к терминалу. При одновременном прибытии корабля стены и корабля прикрытия первым в туннель входит тяжелый; в остальных случаях сохраняется порядок прибытия. Причем, Алисон, транзит следует осуществить с максимальной быстротой. Корабли пойдут к терминалу с максимальным боевым ускорением, а интервалы должны быть срезаны до минимума. Не до разрешенного минимума, а до минимально возможного! Воспользуйся курьером, чтобы проинформировать о моем требовании АКС на Мантикоре.

– Я… – начала было Гранстон-Хенли, но оборвала фразу. – Да, сэр. Будет исполнено.

Белая Гавань кивнул и снова повернулся к своему монитору.

Он понимал причину замешательства Гранстон-Хенли, но выбора у него не было. Его флот находился в сорока пяти световых секундах от терминала звезды Тревора. Эсминец с новейшим компенсатором мог при нулевом запасе надежности развить ускорение в 620 g, но супердредноут с компенсатором того же поколения выжимал не более четырехсот шестидесяти пяти. По прибытии к терминалу ускорение все равно пришлось бы сбрасывать до нуля, что означало общие затраты времени в пятьдесят минут для эсминца и более пятидесяти семи для супердредноута. А ведь, нырнув в туннель, каждому кораблю предстояло совершить транзит дважды, сначала от Тревора к Мантикоре, а потом от Мантикоры к Василиску.

При этом одновременное и беспрерывное прохождение всех кораблей флота через туннель исключалось, ибо возможности любого узла были ограничены предельным тоннажем. Для терминала Мантикоры максимальная масса единовременного перемещения составляла примерно двести миллионов тонн, то есть туннель мог перебросить за раз двадцать два супердредноута. Проблема, однако, заключалась в том, что любая переброска выводила туннель из строя как минимум на десять секунд, причем если суммарная масса единовременно перемещавшихся объектов превышала два с половиной миллиона тонн, продолжительность интервала бездействия туннеля возрастала пропорционально квадрату этой массы. Таким образом, использовать пропускную способность полностью и перебросить за один раз с Мантикоры к Василиску максимально возможный груз означало прервать работу туннеля более чем на семнадцать часов.