Чтение онлайн

– Интересно знать, откуда у этого убийцы взялись такие деньги? По-моему, следователи и судьи в первую очередь должны были бы заинтересоваться именно этими вопросами. Но я точно не знаю. Сам не понимаю, откуда взялся этот адвокат. Может, его назначили. Не могу сказать вам, господин Дронго.

– Значит, суд принял решение вернуть дело на доследование?

– Да. При таких доказательствах. Это просто позор.

– Охранника выпустили?

– Пока сидит. Но я не удивлюсь, если его вот-вот выпустят.

– Тут налицо одна небольшая нестыковка. Если человек работает простым охранником, то вряд ли у него есть столько денег, чтобы отмазаться от следователей, подкупить экспертов и получить согласие прокуроров. Вам так не кажется?

– А деньги? – сразу же возразил Монахов и продолжил: – Я уже говорил, что мой брат был достаточно состоятельным человеком, причем бизнесменом. Конкуренты Алексея могли пообещать этому охраннику крупную сумму за его убийство. Может, действительно кто-то платит за адвоката. Вам нужно узнать, так ли это.

– Значит, нужно искать, кому могла быть выгодна смерть вашего брата. Все опять возвращается к проклятым деньгам, – невесело подвел промежуточный итог Дронго. – Давайте двигаться дальше. Вы сказали, что у него была первая жена, которой он при разводе оставил свою квартиру. Значит, имелась и вторая?

– Несчастная Тамара! – со вздохом проговорил Монахов. – Там вообще приключилась ужасная трагедия. Молодая женщина после убийства мужа потеряла и ребенка. Она не смогла доносить его. Можете себе представить? Значит, этот негодяй убил двоих и причинил жуткую душевную и физическую боль вдове моего брата. Можете себе представить, через какие страдания она прошла?

– Ее не было в доме в момент убийства мужа?

– Не было. Она еще утром уехала в город. Видимо, плохо себя чувствовала. Может, это ее и спасло. Иначе преступник застрелил бы их обоих. Теперь такого мерзавца хотят оправдать. Суд решил вернуть дело на доследование. Теперь понимаете, почему я к вам пришел? Мне просто необходимо, чтобы вы как можно быстрее и убедительнее доказали вину этого негодяя. – Монахов снова налил себе воды и так же залпом выпил.

Инна, сидевшая рядом, поправила очки на худом, немного вытянутом лице.

– Теперь давайте вернемся к деньгам вашего брата, – предложил Дронго. – Скажите, он оставил завещание?

– Мой брат был предусмотрительным человеком и, конечно же, оставил завещание. Я видел этот документ и поэтому знаю все подробности.

– Какие именно?

– Одну квартиру в Москве он завещал двум моим сыновьям. Брат вообще хотел ее нам подарить. Она находится в соседнем от нас доме. Он солидный, кирпичный. Квартира не самая большая, но хорошая. Три комнаты. Я вам о ней уже говорил. Еще одна квартира осталась его второй жене. В завещании этого не было, но все мы понимали, что иначе и быть не может.

– А его акции, деньги, счета?

– Алексей назначил меня главным опекуном всего имущества.

– Почему не жену?

– Он так решил. Тамара не очень хорошо разбирается в финансовых вопросах. Никакого совместно нажитого имущества у них не было. Он хотел оставить новой супруге загородный дом, но не успел включить его в завещание. Теперь этот особняк будет поделен между второй женой и дочерью. Мне так пояснили юристы. Должен сказать, что мой брат был очень рациональным и расчетливым человеком. Другой мужчина в его возрасте не стал бы составлять такого подробного завещания. Но он почти полгода прожил в Германии и нахватался там разных новых идей. Я до сих пор не составил своего завещания и не собираюсь этого делать в ближайшие лет тридцать. Даже несмотря на мой диабет.

– Но у него должен был появиться еще один ребенок?

– Верно. Алексей говорил мне, что перепишет завещание, как только Тамара родит ему сына. Он очень хотел мальчика. С другой стороны, сегодня акции нефтяных компаний упали раз в десять, и еще неизвестно, когда они вырастут. Эксперты говорят, что их стоимость больше никогда не поднимется до прежних значений.

– А почему в доме был племянник его первой жены?

– Он работал с братом уже довольно много лет. Семь или восемь. Помогал ему, всегда был на подхвате.

– Сколько лет его двоюродной сестре, вашей племяннице?

– Шестнадцать. Она уже взрослая.

– Нет, пока еще несовершеннолетняя. Получается, что смерть вашего брата сделала их достаточно обеспеченными людьми. Девочка получает квартиру и наверняка еще некоторое количество акций. Ведь ваш брат не мог лишить наследства свою несовершеннолетнюю дочь. Есть еще его вторая жена. Она тоже получит часть акций.

– Наверное, – мрачно пробурчал Монахов.

У него явно испортилось настроение при мысли о том, что он не сможет контролировать финансовые активы младшего брата, и они попадут в руки женщин, не подготовленных к этому.

– Это все? Или вы хотите что-то еще сказать?

– Нет. Больше ничего, – не слишком уверенно произнес гость.

– Когда вы лжете или не хотите говорить всей правды, это сразу заметно, – строго произнес Дронго. – Поэтому давайте договоримся, что вы не будете врать или пытаться скрыть от меня правду. Я обратил внимание, что вы часто моргаете, когда нервничаете. Что еще вы мне не сказали?

Монахов взглянул на родственницу, сидевшую рядом.

– Есть вещи, о которых люди обычно вслух не говорят, – сказал он.

Инна поправила очки и как-то странно поежилась, словно опасалась услышать какую-то горькую правду.

– Я даже догадываюсь, о чем именно не стоит упоминать в присутствии вашей молодой родственницы. Жена вашего брата уехала утром, а секретарша прибыла с документами в загородный дом, – проговорил Дронго.

– Мне не хотелось бы обсуждать эту тему, – сказал Монахов и поморщился. – Вы должны понять мои мотивы. Мой брат погиб, и я не желаю сейчас говорить о его личной жизни. Это были отношения Алексея, не касающиеся меня, и я не вправе распускать язык по этому поводу.