Чтение онлайн

— Прости меня, Сэм, — сказала Стелла, нахмурившись.

— Кофе, — заорал что есть мочи Комински. — Принесите этой женщине немного кофе. Наш прелестный обвинитель немного перебрал. Точнее сказать — два обвинителя.

Бренда Андерсон быстро вышла из комнаты, чтобы посмотреть, не осталось ли немного кофе на кухне. Кухня находилась в другом конце коридора. Сидевший рядом со Стеллой Гроуман наклонился и прошептал ей на ухо:

— Я попросил своего секретаря записать твое интервью, которое транслировалось по телевидению. Зайди ко мне в офис, я вручу тебе эту видеокассету в качестве сувенира. Если ты хорошенько изучишь ее, то непременно поймешь, как следует вести себя перед телекамерой. Понимаешь, это очень важно в нашей игре. Как только ты начнешь свою избирательную кампанию, ты захочешь выглядеть более подготовленной.

— О нет, покорно благодарю, — сказала Стелла, чувствуя, что прекрасное настроение внезапно оставило ее. Она специально выставила себя напоказ, чтобы выиграть это дело, но сейчас, когда все позади, ей определенно не хотелось получить сувенир, который напоминал бы ей об уродстве.

— Пожалуй, пора домой, — сказала она Сэму, поправляя копну волос, прикрывавшую правую сторону лица. — Сегодня был долгий и трудный день. К тому же ты прав: если я еще хоть немного выпью, то вырублюсь напрочь, а потом буду тяжело и долго болеть.

— С удовольствием провожу тебя, — ответил Сэм, помогая ей встать.

Стелла взяла его руку и внезапно подумала, что он всегда казался ей особенным. Она уже привыкла относиться к нему с уважением и знала, что всегда может рассчитывать на его помощь. Он один воспитывал своего двенадцатилетнего сына и ухитрялся совмещать домашние дела с весьма хлопотной юридической практикой, отнимавшей немало времени. Она по себе знала, как это трудно. Стелла была так поглощена своей работой, что не могла уделять достаточно внимания даже мужу, не говоря о том, чтобы принимать участие в воспитании ребенка.

В комнату, приоткрыв дверь, заглянула младшая сотрудница окружной прокуратуры.

— Тебе звонят, Стелла, — сообщила смущенно молодая женщина. — Ты подойдешь к телефону или мне попросить, чтобы перезвонили завтра утром? Это Холли Оппенгеймер из офиса окружного прокурора Хьюстона.

— По какому телефону она звонит? — рассеянно спросила Стелла. Холли Оппенгеймер в настоящее время была обвинителем в Хьюстоне, а раньше работала несколько лет в окружной прокуратуре Далласа. Женщины хорошо знали друг друга и поддерживали отношения до сих пор. Правда, они теперь редко общались, но раньше проводили, бывало, время в каком-нибудь кафе, любили вместе выпить по чашечке кофе во время утреннего или обеденного перерыва. Кроме того, Холли была обвинителем на процессе по делу Пелхама шесть лет назад, когда не удалось доказать его вину. Стелла пару раз советовалась с Холли перед новым процессом.

— Она на третьей линии, — сказала женщина. — Это единственная линия, по которой можно дозвониться сюда после окончания рабочего дня. Телефон стоит в моей комнате, и, когда я задерживаюсь на работе до позднего времени, звонки постоянно мешают мне.

Сказав Сэму, что вернется через несколько минут, Стелла нетвердой походкой подошла к телефону и сняла трубку.

— Холли, — сказала она радостно, — ты уже слышала новости о процессе Пелхама?

— Разумеется, слышала, Стелла, — раздалось в ответ. — Как я могла это пропустить? Тебя показывали едва ли не на всех каналах. А отделение Си-Би-Эс в Хьюстоне вело прямую трансляцию из зала суда. Я просто не могла удержаться, чтобы не поздравить тебя немедленно.

— Спасибо, — сказала Стелла. — Но знаешь, что я хочу тебе сказать? Почти всем, чего сегодня добились, мы обязаны тебе. Мы предъявили ему те же обвинения, использовали те же доказательства. Мы сделали все возможное, но при этом, увы, не придумали ничего новенького. Я просто покопалась в твоих старых бумагах и заставила зазвучать твои слова по-новому.

— Ты даже не представляешь, Стелла, как я хотела, чтобы в конце концов этот процесс состоялся. Я очень сблизилась с матерью Рикки. А когда мы потерпели неудачу и этого подонка выпустили на свободу, у меня появилось чувство, что я предала ее.

— Она довольно милая женщина, — охотно подтвердила Стелла. Заметив, что Бен Гроуман пристально смотрит на нее, она отвернулась к стене и слегка понизила голос. — На днях она вспоминала о тебе и просила передать наилучшие пожелания.

— Как она поживает? — участливо спросила Холли. — Она пережила жуткие времена. Ведь Рикки был ее единственным сыном. Я очень хорошо понимаю ее горе, ведь у меня самой дочь примерно такого же возраста.

— Сейчас, кажется, она чувствует себя немного лучше, — сказала Стелла. — Я думаю, что после того, как дело закончилось и справедливость восторжествовала, ее жизнь потихоньку войдет в нормальную колею. — Стелла задумалась, вспомнив собственное прошлое. — Кстати, — обратилась она к подруге, — у тебя была возможность просмотреть старые отчеты о пожаре? У тебя же такой острый взгляд, Холли, ты наверняка сможешь заметить то, что скрылось от всех остальных. Я знаю, у тебя мало времени, но все же надеюсь…

— О да, — воскликнула Холли. — Извини, Стелла. Я так увлеклась результатом процесса над Пелхамом, что забыла сказать тебе главное: твой старый приятель вернулся в город. Полицейские задержали его прошлой ночью. Завтра утром его привезут к нам для дачи показаний.

— Рэндалл? — спросила Стелла, непроизвольно прикрыв щеку рукой. Затем она повернулась и похлопала по плечу Гроумана. — Задержали Тома Рэндалла, Бен. Он снова в Хьюстоне.

Гроуман заерзал на стуле и нахмурился.

— В котором часу он будет у вас? — поинтересовалась Стелла.

— В девять утра, — ответила Холли. — Послушай, Стелла, — продолжала она внезапно осипшим голосом, — все почему-то решили, что я ушла от вас из-за того, что проиграла дело Пелхама. Но это не так. Я сменила место работы прежде всего потому, что Гроуман постоянно домогался меня и в конце концов просто вынудил уйти. Коллегия адвокатов почему-то не обратила на мое заявление должного внимания, но это еще не означает, что я была не права. — Холли сделала небольшую паузу, и Стелла услышала ее тяжелое дыхание. — Я знаю, что ты с ним тесно связана и что, возможно, он сейчас сидит рядом, но, по правде говоря, мне на это наплевать. — Прежде чем Стелла успела ответить, Холли бросила трубку.

Стелла пожала плечами и положила трубку на рычаг.

— Твоя самая большая поклонница, — сообщила Стелла Гроуману.

— Неужели? — усмехнулся он, отодвигая в сторону стул. — Лучше скажи мне что-нибудь такое, чего я еще не знаю. — Через несколько секунд он встал, с удивлением заметив напряженное выражение, которое изменило лицо Стеллы. — Рэндалл — это тот самый человек, который, как ты полагаешь, виновен в пожаре, унесшем жизни твоих родителей. Это означает, что из-за него на твоем лице появился этот ужасный шрам, я прав?