Испытание
Шрифт:
— И чего от меня хочет «Огонек»? Угощайтесь!
Он взял чашечку кофе, который принесла секретарша, и обжигаясь, сделал глоток. Виктория тоже взяла чашку и устроилась в кресле, положив ногу на ногу. На мгновение ей показалось, что в глазах Протасова мелькнуло презрение, и она машинально одернула юбку.
— Мы готовим материал о директорах таких крупных компаний, как ваша. Нас интересует не работа непосредственно, а ваши взгляды на жизнь, образ жизни и так далее.
— Образ жизни? — хмыкнул Протасов. — Работа — это и есть мой образ жизни. Все — в ней.
— Но у вас же есть, вероятно, семья, дети и…
— Детей нет. О семье говорить не буду.
— Хорошо, не нужно, — очаровательно улыбнулась Виктория. — Тогда поищем другие общие темы…
Ее взгляд стал до предела откровенным. Пожалуй, она все-таки доведет до конца свое последнее дело. Никогда бы не подумала, что самые отпетые негодяи могут быть такими привлекательными…
— Знаете что, — холодно улыбаясь, заявил ей Протасов. — Мне кажется, об этом глупо писать и про это скучно читать. С какой стати вы решили, что у нас с вами могут быть хоть какие-то общие темы? Я же не идиот!
В этот момент раздался телефонный звонок, Протасов снял трубку, а у Виктории было достаточно времени справиться с гневом. «Спокойно! — сказала она себе. — Его слова адресованы не мне, Виктории Королевой, а женщине легкого поведения, пытающейся его соблазнить. Это только роль, а не я сама. И потом, многие пьющие мужчины до поры становятся импотентами. Может, ему просто не интересны женщины?» Она взглянула на Протасова. Он ей определенно нравился. В глубине души зашевелился азарт. Виктория решила не сдаваться.
Терять ей нечего: сегодня в последний раз!
— ..И когда же вы явитесь? — спрашивал Протасов. — У меня контора через полтора часа закрывается!
Он выслушал то, что ему сказали и посмотрел на Викторию. Затем коротко бросил в трубку:
— Да, — и, помолчав, добавил:
— Нет, завтра я не собираюсь за город.
А потом его, похоже, что-то развеселило.
— В самую точку. Именно! Вы — умница. Думаю, что смогу.
Протасов положил трубку и с улыбкой повернулся к Виктории:
— Рабочий день можно считать законченным.
Хотите выпить?
— Ба! — удивилась Виктория. — Какая перемена! Я уж думала, вы собираетесь вышвырнуть меня из кабинета!
— Ну что вы! Как можно?
Он снял трубку и сказал секретарше:
— Вера, на сегодня вы свободны. Переключите городской телефон на меня.
«Все как обычно! — подумала Виктория грустно и Протасов потерял в ее глазах половину своего обаяния. — Обычный бабник, — подвела она итог, — который только что показался тебе мировым мужиком. Опять иллюзия!»
— Вы разочарованы? — удивился Протасов. — Разве вы не этого только что хотели?
— Да, да, — поспешила откликнуться Виктория. — Я не разочарована. Просто задумалась.
Что буду пить? То же, что и вы.
— Я не пью, — улыбнулся он. — Только угощаю.
— Совсем не пьете?
Протасов лгал, а глаза у него были чистыми, как у младенца. Не знала бы Виктория о его пьянстве, ей и в голову бы не пришло усомниться.
— Абсолютно. Только квас. Но я его сам готовлю.
— Вот с этого и начнем, — подмигнула она ему и достала миниатюрный блокнотик.
— А я-то думал, что журналисты теперь все при диктофонах, — заметил он невзначай.
— У меня хорошая память, — парировала Виктория.
— Это теперь такая редкость, — протянул Протасов. — А не покажете ли вы мне свое журналистское удостоверение?
— Зачем? — искренне удивилась Виктория.
— Да так, не видел никогда…
— Я редко ношу его с собой…
— Ну а паспорт-то у вас есть?
— Тоже нет.
— Как ваша фамилия? — спросил Протасов, снимая телефонную трубку, и его напускная веселость испарилась. — Хочу позвонить в редакцию и проверить!
— Ну, знаете! — возмутилась Виктория. — Если вы настолько мне не доверяете, я могу уйти.
Номер не слишком от этого пострадает.
Она встала и направилась к двери. Протасов легко перемахнул через стол и преградил ей путь.
— Я не сказал, что хочу, чтобы вы ушли.
Я сказал, что хочу проверить ваши документы.
— Немедленно выпустите меня! — Виктория не на шутку испугалась.
Вместо того, чтобы открыть дверь, Протасов дважды повернул в ней ключ, положил его в карман и крепко взял ее за плечи.
— Я позову на помощь!
Виктория, решив, что он хочет ее ударить, вскрикнула. Протасов тут же закрыл ей рот рукой и повел к столу.
— Не кричите, — спокойно попросил он. — Ладно?
Виктория кивнула, и он убрал руку от ее лица.
— А теперь вы либо звоните в редакцию, либо я вызываю милицию.
Вика поняла, что попалась. Если он действительно вызовет милицию и попросит установить ее личность… Можно без труда представить себе заголовки завтрашних газет!
— Хорошо, — сказала она. — Я позвоню.
Она набрала свой домашний номер. Дина, конечно, догадается подыграть ей. Только бы она никуда не ушла! Но надежды ее не оправдались.
В трубке тянулись бесконечные длинные гудки.
— Никого нет, — пожала она плечами.
— Тогда — милиция, — злорадно улыбнулся Протасов.
Виктория чертыхнулась и набрала номер телефона Сан Саныча. Выбирать не приходилось.
— Привет, это я, — сказала она, как только он взял трубку. — Столкнулась здесь с одним человеком, который не верит, что я — корреспондент «Огонька». Подтверди, пожалуйста. Я сейчас передам ему трубку.