Чтение онлайн

– Что же Сквозной молчит? – Яков Иванович с досадой смотрел влево, в сторону батальона Сквозного, где больше всего двигалось танков. Его рука невольно потянулась к телефону, но в этот момент раздался гулкий взрыв. Против самой высокой сосны, за дымом разрыва, остановился танк, за ним – другой, и вот уже третий танк вздрогнул и тут же вспыхнул ярким пламенем. Двигавшиеся вслед за первым танком солдаты залегли, но вдруг сорвались с места и хлынули назад, увлекая за собой другие группы гитлеровцев.

Железнов увидел, как вслед за ними, размахивая гранатами, в дым ринулись три наших бойца. Их мощные «ура!» перекрыло даже грохот боя.

– Герои! – крикнул Железнов и велел адъютанту соединить его со Сквозным.

– Сквозной на проводе. – Адъютант протянул комдиву трубку. Но, к своему удивлению, Железнов услышал в трубке голос Хватова.

– Ты что, Фома Сергеевич, наверно, скоро взводом командовать будешь? – вспылил Железнов, не слушая объяснений Хватова. – Не ожидал!.. Сейчас же Военсовету донесу все как есть. Пусть хоть они тебя вразумят! – И, немного успокоившись, спросил: – Кто эти трое бойцов, которые сейчас погнали фашистов? – Выслушав Хватова, продиктовал майору Бойко: – Пиши: Кочетов, Подопригора, Кремнев… Постой, Фома Сергеевич, а дружок Кочетова?.. Как его… Кажется, Трошин… Попал в плен?.. Не может быть!.. Наверно, где-нибудь раненый или убитый лежит? Прикажи организовать поиск…

Гитлеровцы полукольцом окружили Акулово и медленно, шаг за шагом продвигались на его окраины. Обе стороны несли большие потери. В седьмой роте, на которую особенно сильно навалились гитлеровцы, из командиров остался только один молодой лейтенант да оказавшийся там отсекр полка старший политрук Горин.

Горин набрал гранат и лег в окопе возле Подопригоры. Справа от него сквозь ветлу виднелся пулемет Кочетова. Поверх пулемета возвышалась каска профессора Кремнева. В большом снеговом окопе, где раньше находился целый взвод, осталось в живых только семь бойцов и эти два командира. Увидев, что лейтенант растерялся, Горин принял команду на себя. Он понял, что фашисты хотят обойти Акулово слева и лесной дорогой выйти на Минское шоссе.

Танки поползли по снежной равнине прямо на окоп Горина. По следам танков гуськом бежали пехотинцы.

– Ну, товарищ профессор, держитесь, сейчас нам покажут высшую математику! – проговорил Кочетов. Он навел пулемет, покрутил целик и, растопырив ноги, уперся локтями в вещевой мешок. – Следите за лентой.

Кремнев лег рядом с Николаем. Тот скомандовал самому себе:

– Внимание! Пять… ориентир – три… Огонь!

Теперь гитлеровцы уже не бежали, а по-змеиному ползли вперед, прячась в бороздах взрыхленного танками снега.

Сосредоточив весь артиллерийский огонь на правом фланге, гитлеровцы перешли в атаку.

Уже дважды раненный майор Карпов никак не хотел понять, что положение критическое и пора переходить на новый рубеж.

Его связной, видя, что командир не хочет уходить, взял гранаты и разложил их около себя.

Вдруг раздался удар снаряда и вслед за этим сдавленный стон командира.

– Неужели все? – с трудом произнес Карпов и медленно опустился на лежавшую возле него балку.

Телефонист бросился к лестнице, хотел кого-нибудь позвать и увидел поднимавшуюся вверх Валентинову. Вглядевшись в полумрак, она заметила сидевшего на балке Карпова и крикнула веселым голосом:

– Товарищ майор, прибыла подмога! Мотоциклетный полк армии!.. – Она подбежала к окну. – Смотрите! Смотрите, как они рванули!

Карпов хотел подняться, но не смог.

– Подмога пришла!.. Погнали фашистов… – растерянно повторила Валентинова.

– Большое вам спасибо, товарищ Валентинова… Спасибо! – Ему наконец удалось подняться. Держась за стену, он шагнул к окну.

И тогда Валентинова заметила темное пятно на его левом плече, проступившее сквозь полушубок. Она заставила Карпова сесть.

– Принесите бинты! – приказала она ординарцу.

Ординарец круто повернулся и с грохотом скатился вниз. Он тут же вернулся, неся санитарную сумку.

С его помощью Валентинова быстро сняла полушубок с Карпова, вспорола рукав гимнастерки, разорвала рубашку и быстро наложила повязку.

– Ничего, до свадьбы, товарищ Карпов, заживет! – сказала она, стараясь весело улыбаться.

– До свадьбы далеко… – тихо проговорил Карпов.

Валентинова надела ему полушубок на одну руку, раненую спрятала внутрь и затянула ремень.

– Товарищ майор! Сквозного прорвали! – крикнул вдруг ординарец.

Через наблюдательную щель было видно, что гитлеровские танки шли широким фронтом. Они миновали уже вторую линию окопов. За танками, горланя, бежала пехота. Позади для подавления еще дышащих огнем очагов оставались штурмующие группы фашистов.

И в этот момент, когда всем уже казалось, что пришел конец, слева по гитлеровцам ударил полк Дьяченко, а справа обходным маневром на них направился мотоциклетный полк. Прорвавшиеся на Акулово гитлеровцы были отсечены от своих и взяты в плен. Остальные откатились от Акулова в лес. Инициатива перешла в руки Железнова.

– Победа! – сияющими глазами глядя на вошедшего Хватова, сказал Яков Иванович.

Только он собрался подписать продиктованное им адъютанту донесение, как в избу вбежал начальник разведки.

– Разведка донесла: противник повернул по Брянскому шоссе на Москву! – крикнул он.

– На Москву? – испуганно повторил Яков Иванович.

– Как же так? Ведь там дивизия! – воскликнул Хватов.

– Значит, не выдержала!.. – проговорил Железнов. Он обозначил на карте изменение обстановки. – Эх, Фома Сергеевич! Вот как бывает!.. – Снял телефонную трубку, чтобы связаться с командиром, но связь оказалась прерванной. – Где тонко, там и рвется… – тяжело вздохнул Железнов. – Надо действовать. Время нам терять нельзя! – Он вызвал к себе Бойко и стал диктовать ему решение о перегруппировке частей.

Вскоре на НП появился полковник – начальник оперативного отдела штаба армии, он привез Железнову приказ командарма. Вместе с ним прибыл личный состав штаба армии. Полковник сообщил, что гитлеровцы прорвались, захватили Юшково и Бурцево и теперь ведут бои в направлении Апрелевки.

– Командарм решил совместными встречными ударами нашей и тридцать третьей армии, – сказал он, – отрезать прорвавшуюся по Брянскому шоссе группировку от основных сил гитлеровских войск и закрыть образовавшуюся на фронте брешь, прочно закрыть выход на Кубинку. Командарм приказал вам сосредоточиться здесь, – отметил он карандашом на карте дорогу севернее Акулова, – и завтра утром совместно с моим отрядом штаба армии и с мотоциклетным полком ударить под основание наступающей группировки: ударить вдоль дороги на Головеньки, правым плечом закрыть прорванный фланг и не допустить обратного отхода через фронт прорвавшейся группировки фашистов.