Чтение онлайн

— А девочка влюбилась, влюбилась, влюбилась, — напевала Люда, перефразировав известную песню.

По закону подлости из кабинета напротив вышел Андрей. Вряд ли он слышал наш разговор, но последние слова точно. Коллега растерянно улыбнулась и произнесла:

— Ой, Земфиру вспомнила. Андрей, вам нравится творчество Земфиры?

Лучше бы молчала. Своей неловкой попыткой исправить ситуацию только подлила масла в огонь или сделала это намеренно? Я уже ничему не удивлялась.

— Идем!

Мой парень подхватил меня под локоть, игнорируя заданный ему вопрос, и повел на улицу.

— Что происходит? — спросил он, едва мы покинули здание. — К чему эти намеки? Если тебе есть, что сказать, говори сейчас. Я не хочу быть посмешищем или рогоносцем!

Его слова, неоправданные обвинения настолько задели меня, что я не смолчала.

— А устраивать сцены ревности на парковке хочешь?

Я отступила в сторону и закрыла лицо руками. Сейчас, как никогда понимала, мы слишком разные: он думает только о своей репутации, а я погрязла в страхах и сомнениях. Оправдываться не стала, потому что я не понимала его обвинений. Мудрая опытная женщина смогла бы сгладить ситуацию, но бросать томные взгляды из-под полуопущенных ресниц я не умела, так же, как и соблазнять, умело играя на чувстве ревности. Искать примирения, заменять разговор сексом было не в моих правилах.

Знала, что со мной трудно, порой даже слишком. Мы попытались, но, не получилось. Видимо, настало время отпустить Андрея, дать ему возможность жить нормальной жизнью, а не мучиться рядом со мной. Еще недавно все было хорошо, однако ситуация стремительно менялась не в нашу пользу.

Почувствовала надвигающуюся истерику. Пусть! Лучше один раз отрубить, чем медленно резать по живому. Мне не привыкать. Я, видимо, проклята и недостойна счастья. Только бы выдержать этот разговор, не разреветься и суметь отпустить единственного человека, который любил меня.

— Андрей, — повернулась к нему, не поднимая глаз, — ты очень дорог мне, но я не хочу, чтобы ты страдал. Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня, но так больше продолжаться не может.

— Ты бросаешь меня?

Я никогда не видела его таким: колючий взгляд, сдвинутые на переносице брови, сжатые в кулаки руки. На мгновение стало страшно, словно я видела перед собой опасного незнакомца, а не любимого мужчину. Пытаясь не сорваться, постаралась успокоить обоих:

— Я отпускаю, потому что ты достоин лучшего, чем ненормальная истеричка с комплексом неполноценности.

— Я не знаю, что происходит, но ты не имеешь права решать за нас обоих, поняла? Все пары ссорятся — это нормально, но это ничего не значит. Я не позволю тебе уйти!

***

Полчаса спустя мы сидели в кабинете Ахметова, пили зеленый чай и говорили, конечно, обо мне. Андрею было некомфортно. Это чувствовалось по его напряженной позе, молчанию, хотя он сам вызвался привезти меня сюда. Сказал, что хочет знать больше о моих проблемах

— Для начала успокойтесь, молодой человек. Вероника с недавнего времени проходит новый курс терапии, который позволит ей преодолеть свои страхи и обрести спокойствие. Вам следует поддержать ее. Сейчас она очень уязвима. Если вы не готовы бороться вместе с ней, постарайтесь хотя бы не мешать.

Андрей стиснул зубы, сдерживаясь, чтобы не позволить себе ответить что-то резкое. Больше всего на свете он ненавидел подчиняться чьим-то решениям, будучи слишком самостоятельным и уверенным в своей правоте. Психолог, в свою очередь, не собирался щадить его чувства.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — дождавшись кивка Андрея, Ахметов продолжил:

— Подождите Веронику в прихожей. Я не задержу ее. Ничего такого, о чем вам следует беспокоиться, но понятие врачебной тайны никто не отменял.

Как только дверь за моим парнем закрылась, я отставила ненавистный мне зеленый чай и произнесла:

— Спасибо вам, Ренат Мансурович! Простите, что мы приехали без предупреждения. Моя жизнь никогда не была нормальной, но с каждым днем все только хуже. Теперь еще и вас втянула в мой персональный ад.

Психолог молчал довольно долго, то ли обдумывал что-то, то ли не решался мне сказать нечто неприятное. Лучше бы и дальше молчал, потому что сказанное им мне не понравилось.

— Есть много обстоятельств, но только вы принимаете то или иное решение и несете ответственность за него. Только вам решать, где работать, с кем жить, кого любить. Если вы считаете свою реальность адом, значит, пришло время что-то менять.

Он произнес эти слова спокойный тоном, а у меня мурашки побежали по коже.

***

— Ты как? — первым делом спросил Андрей, как только я вышла из кабинета.

— Все нормально.

— Расставаться передумала?

— А ты? — улыбнулась ему.

— А я и не думал об этом. Ты же пропадешь без меня!

Слова были сказаны полушутливым тоном, в голосе отчетливо звучало беспокойство, но стало неприятно. Андрей говорил обо мне будто о неразумном ребенке, хотя, скорее всего, я снова накручивала себя на пустом месте.

— Ты прав: куда я без тебя? Может быть, прогуляемся? Такой вечер пропадает.

— Ника, давай в другой раз. Сегодняшний день выдался слишком напряженным.

— Хорошо, — ответила, усаживаясь в автомобиль.

Андрей включил музыку, видимо, не желая разговаривать. Мне тоже нужно было время, чтобы разобраться в себе. Я с тоской смотрела на мелькавшие за окном деревья, набережную, прогуливающихся внешне таких беззаботных людей. Действительно, пришла пора изменить свою жизнь, чего бы мне это не стоило. В первую очередь следовало вернуть себе воспоминания, и я уже знала, кто сможет мне в этом помочь.

С Сережей мы встретились несколько дней спустя. Я честно предупредила Андрея о том, куда и с кем иду, чтобы избежать недопонимания. Он не стал возражать, но просил не задерживаться и не скрывал недовольство.

Мой бывший одноклассник ждал меня в кафе. Он заметно волновался, даже сильнее меня. Поднялся навстречу так быстро, что уронил стул, смущенно улыбнулся и протянул букет ромашек.

— Не розы, — добавил он, — но ты же с детства любила полевые цветы.