Чтение онлайн

Я ожидаю, что это будет похоже на те моменты в морге, когда мне пришлось опознавать тела моих родителей. Но оказывается, что здесь нет холода и бездушности, свойственных моргам: пока я была с Хадсоном и с Алистером, члены Ордена успели превратить комнату в подобающее место для прощания с покойным.

Лука лежит на столе посреди комнаты, накрытый простыней, так что видно только его лицо, вокруг него горят сотни черных свечей – должно быть, члены Ордена добыли их в башне ведьм и ведьмаков, – а за свечами стоит множество ваз, полных полевых цветов Аляски.

Теперь вскрикивает отец Луки, подавив рыдание, а его мать просто падает на колени рядом с телом сына.

– Мы дадим вам несколько минут, – говорит Джексон, прервав тяжелое молчание, и мы все киваем, как марионетки.

– Спасибо, – выдавливает из себя мать Луки.

– Да, – вторит ей его отец. – Спасибо, что вы позаботились о нашем сыне.

– Лука был нашим братом, – отвечает Байрон, и в его голосе звучит боль. – Нет ничего, чего мы бы не сделали ради него.

– Мы видим, что это правда. – Отец Луки откашливается. – Он всегда уверял…

Он осекается, когда в зал входит Мэриз, облаченная в парадные одежды. Она все еще немного бледна, но выглядит куда лучше, чем прежде.

– Вивиан, Майлс, мне так жаль, что мы встречаемся при таких обстоятельствах. Здесь, в Кэтмире, мы все любили Луку, и его гибель большое горе для нас.

Родители Луки не смотрят на нее – они не сводят глаз со своего сына, – и она поворачивается к нам. На ее лице написано сострадание, и она шепчет:

– Я приготовила вам укрепляющее зелье. Оно в главном зале отдыха вместе с несколькими бутылками крови. Выпейте его, а позже я приготовлю вам еще. Мы не знаем, что нас ждет, и вам нужно восстановить силы.

Это нам определенно не помешает, поэтому я киваю, а Флинт бормочет:

– Да, Мэриз.

Мы поворачиваемся, чтобы выйти. Но тут отец Луки резко разворачивается и кричит:

– Нет!

Мэриз поднимает руку и тянется к нему.

– В чем дело, Май…

Она не успевает закончить предложение, потому что Вивиан вдруг вскакивает на ноги… и зубами разрывает ее горло.

Мэйси истошно вопит. Мать Луки отпускает истекающую кровью и задыхающуюся Мэриз, у которой осталась только половина горла, и фельдшер оседает на пол, после чего Майлс вонзает в ее сердце кинжал.

– Вам надо уходить! – говорит Майлс, меж тем как Вивиан берет безжизненную руку своего сына. – Мэриз сообщила Сайрусу, что вы вернулись в Кэтмир, и он скоро явится сюда. Мы должны были отвлечь ваше внимание.

Проходит секунда, прежде чем до нас доходит смысл его слов. Сама я слишком поражена видом бездыханного тела Мэриз и тем, что произошло, чтобы его предостережение уложилось в моей голове. Ведь Мэриз столько раз выручала меня, пока я училась в Кэтмире. Она спасла мне жизнь, когда меня чуть не убили осколки разбившегося окна. Она помогла мне смириться с мыслью о том, что я горгулья, она лечила меня после моей схватки с Лией.

Как она могла быть заодно с Сайрусом? Это кажется невероятным. Похоже, сомнения одолевают не только меня, потому что Иден резко спрашивает:

– И вы думаете, что мы так просто поверим вам? Вы же убили ее!

– Мне плевать, поверишь ты мне или нет, – огрызается Вивиан. – Но мне очевидно, что вы сделали для моего сына все, что могли. И это правильно помочь тем, кого он называл своими друзьями, он сам поступил бы так, если бы мог.

– Убив Мэриз? – спрашивает Мэйси, и я вижу, что на ее щеках блестят слезы.

– Да, и предупредив вас, чтобы вы уходили отсюда, пока не поздно, – отвечает Майлс.

– Мэриз отнюдь не была вашим другом, – рявкает Вивиан. – Неужели вас не удивило то, что она оказалась единственной, кого они оставили здесь живой? Потому что она всегда была верна Сайрусу. – Она опускает взгляд на Луку. – Как и мы сами до сих пор.

– Вам надо уходить, – настойчиво повторяет Майлс. – Сайрусу нужна Грейс, и он ни перед чем не остановится, чтобы заполучить ее.

С этими словами он одной рукой обнимает свою жену, а другой – тело сына, и они вместе переносятся из комнаты к порталу на кампусе школы, через который прибыли сюда, а мы продолжаем стоять над трупом Мэриз.

Глядя, как вокруг ее бездыханного тела разливается лужа крови, я чувствую бегущий по спине холодок. Как же этот мир жесток и беспощаден – и следующей его жертвой могу стать я сама.

– Что же нам теперь делать? – спрашивает Мекай, прервав оглушительное молчание, повисшее в зале после их ухода.

Хадсон уже подошел к окну и обводит взглядом горизонт, освещенный утренним солнцем.

– Я ничего не вижу, но это не значит, что их там нет.

– О, они уже там, – доносится из дверей за нашими спинами голос, говорящий по-английски с легким акцентом. – И очень скоро они окажутся здесь.

Я разворачиваюсь так быстро, что едва не налетаю на Джексона, который расположился прямо за мной. А Хадсон тем временем переносится к двери.

– Кто ты такой? – спрашивает он парнишку лет пятнадцати-шестнадцати с темно-карими глазами и смуглой кожей. Волосы у него черные и доходят до плеч, и он лишь на пару дюймов выше меня. Я испытываю странную радость от того, что он не великан и не еще одно сверхъестественное существо такого роста, что мне пришлось бы задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он также очень субтилен, его чрезмерную худобу еще больше подчеркивает футболка не по размеру. Пожалуй, если бы этот день не был таким ужасным, я бы посмеялась над надписью на ней.

«Ты материя, если только не помножишь себя на скорость света. Тогда ты становишься энергией».

Я почти уверена, что он человековолк. Сообразив это, я тут же подбегаю к Хадсону, чтобы помочь ему в случае чего – и все наши делают то же самое.

Парнишка и бровью не ведет. Он окидывает взглядом каждого из нас, словно пытаясь определить, кто представляет большую угрозу. По-видимому, он решает, что это Хадсон, поскольку, отвечая, смотрит на него:

– Меня зовут Дауд. Я из Логова солнца пустыни в Сирии.